Чтение онлайн

***

— Девочка? Вставай, мы уходим.

Старик осторожно потрепал меня по плечу, от испуга я тут же подскочила. Первое, что я увидела, было лазурного цвета небо. Высокие кроны деревьев не позволяли солнцу целиком проникнуть в лес, однако золотистые лучи пробивались, мерцая от каждого порыва ветра, что заставлял покачиваться листву.

— Как тебя звать-то?

— Я не помню… — честно призналась, смущенно опуская взгляд. Я чувствовала себя глупо. Ощущала себя опустошенной. Впрочем, именно так оно и было — я была пуста. Без имени, без прошлого и без настоящего.

Будет ли у меня будущее?

— Совсем? А на ум что первое приходит?

Я крепко зажмурилась, пытаясь в очередной раз напрячь память.

— Вера. Кажется, так… — протянула я, и тут же быстро добавила, — Но я не уверена.

— Вера, значит. Я Густаво. Живу здесь всю жизнь, на село дров заготавливаю. А ты не из наших мест. Может, с другого края леса, — старик пожал плечами.

— Вы отведёте меня в ваше село, господин?

— Эй, девочка! живу уже семьдесят лет, но господином мне стал. Коль по имени звать неохота, называй как попроще, дядей. Ну, или как там.

— Простите, дедушка Густаво.

Он одобрительно кивнул, улыбаясь. Очевидно, он был рад, что мы так быстро пришли к какому-то компромиссу. Мне же в обществе этого доброго старика становилось спокойно. Он показался мне честным и безобидным.

— Значит, поживёшь пока у нас. Моя старуха рада будет гостям. Может, как выспишься хорошенько, так и вспомнится что.

Я закусила губу:

— Мне неловко вас стеснять.

Густаво лишь отмахнулся и прибавил шагу, оказываясь необычайно ловким для своего возраста. Вскоре мы вышли из леса и почти сразу оказались в небольшой деревушке. Уже смеркалось, но жители, занятые работой, не торопились по домам. Они все здоровались с моим сопровождающим и интересом разглядывали меня. Должно быть, я была похожа на чучело, так как дети шарахались в разные стороны, оглядываясь в мою сторону.

— Пара минут позора, и мы… Пришли, — Густаво точно читал мои мысли, меня поразило, как чутко он уловил моё настроение, — Адма! Адма! Встречай гостей!

Из глубины небольшого дома донёсся бойкий женский голос, который звучал всё громче по мере приближения и самой его хозяйки.

— Кого там принесло? Если Мария, скажи, чтобы сама разбиралась со своими соленьями. Батюшки! — передо мной появилась крупная женщина в простом платье из домотканого материала, на её плече было полотенце, на лбу испарина, со стороны кухни валил пар. Очевидно, она и сама занималась какими-то заготовками на зиму, — Что с тобой случилось, деточка?

— Вот пристала! — напустился на жену Густаво, — Ей поесть да помыться надо. У Марии своей одежды попроси какой, у ней дочка такой же фигуры.

— Что это я… — засуетилась Адма. Она быстро перекинула полотенце на мужа, поправила фартук и выбежала из дома.

— Проходи, Вера, не стесняйся. Живём скромно, сразу скажу. А у тебя, вижу, ручки белые, не из крестьянских.

Почему-то я смутилась. Казалось, он сейчас посмеётся надо мной и наречёт неумёхой.

— Дедушка Густаво, я помогу вам по хозяйству.

— Поможешь, деточка, поможешь. Из колодца сама сможешь воды натаскать?

Я неуверенно кивнула, опуская глаза. Густаво же смотрел на меня с хитрым прищуром и улыбался. Было ощущение, что он знал обо мне больше, чем я сама.

Эти добрые люди предоставили мне кров. Когда я помылась и поужинала, отправили спать, выделив мне целую комнату. Адма хоть и показалась на первый взгляд суровой, была ко мне очень добра. Её соседка поделилась со мной нарядами и подарила мне новую ночную рубашку. Так что я, наконец, вылезла из тряпья, которое на себя намотала, и, облачившись в спальную одежду, лежала на кровати. В комнате да и во всём доме пахло деревом и сеном. И, как я заметила, мне нравился этот запах, поэтому я дышала ровно и глубоко. За окном уже пели сверчки. Круглая луна заглядывала в мое окно, освещая контуры скромной обстановки моей комнаты. Я немного поворочалась на жесткой лежанке и устроилась, смотря в потолок.

Теперь, когда мои мысли не были озабочены примитивным выживанием, и я могла спокойно подумать, от чего-то мне стало грустно. Щемящее чувствую распространялась в груди зияющим провалом, но я не могла вспомнить причину этого ощущения. Словно бы я потеряла нечто близкое и ценное. Такое, что даже теперь, хоть я и ничего не помнила, не давало мне покоя. Что же случилось? Что или кого такого необходимого я оставила вместе со своими воспоминаниями?

Какой была моя жизнь. Картина из тёмных фрагментов, проплывающих перед глазами, никак не складывалась, и это снова заставило мою голову разболеться. Ощутила, как по виску скатилась слеза. По кому могу я так страдать? А по мне? Они страдают, потеряв меня…?

***

— Георг, ну что же ты? — Виктория суетилась вокруг моего стола, перекладывая бумаги из одной стопки в другую, — Я знаю, тебе тяжело, но тебе надо есть. И спать. Пойдём отдыхать?

— Нет. Я не могу потерять дочь. Не успокоюсь, пока не увижу её, — мой голос дрожал, я был в горе и печали. Признаюсь, даже еле сдерживал слёзы, так мне было тяжело.

— Ты лучше ей не сделаешь! Если… — жена осеклась, — Когда она вернётся и увидит тебя в таком состоянии, сама тут же сляжет от переживаний.

— Неважно! Я должен сам отправиться на поиски!

Я уже начал подниматься, когда Виктория, проявляя невероятную силу и характер, удержала меня, усаживая обратно.

— В конце концов, Георг! Не веди себя как неразумный юнец! На её поиски брошены все силы. Даже Каспар отправил людей. К тому же, у тебя есть ещё одна дочь, которой не достаёт твоего внимания. Подумай о бедной девочке, как ей тяжело! Она в неведении, потеряла сестру. Ещё ты здесь убиваешься.

И я позволил ей увезти себя в спальню. От еды я наотрез отказался, но всё-таки уснул, измученный отцовской печалью.

***

На следующее утро я почувствовала себя здоровой и бодрой. Моя тревога и смятение в душе, конечно, никуда не делись, но я старательно отодвигала это на задний план, пытаясь настроиться на новый ритм жизни.

Аромат, вызывающий аппетит, распространялся по дому тонким шлейфом. Хоть моя дверь и была прикрыта, сквозь большие щели по всем ее четырем сторонам, запах просачивался внутрь. Пожилые супруги, что меня приютили, видимо, вставали рано. Когда я высунула голову из комнаты, завтрак уже был на столе.

— Дорогая, будешь так долго спать, толку от тебя в хозяйстве не найдётся, — Адма широко улыбнулась, приглашая меня за стол. Густаво уже заканчивал трапезу и допивал свой чай. Хозяйка дома поставила передо мной большую порцию блинчиков с начинкой.

— С творогом. По моему фирменному рецепту.

— Спасибо, — я вернула ей улыбку и принялась за еду, — Не знаю, как я смогу отблагодарить вас, — пробубнила я, набивая рот.

— Хватит сыпать своими высокими словами, белоручка, — дедушка Густаво засмеялся, — Мы люди простые. Дело важнее слов! Дам тебе тяпку, покажу, что в огороде сделать, — он перевёл взгляд на жену, — Варежки найдёшь? Смотри, какие у ней ручки аккуратные. Жалко, если поранится.