Чтение онлайн

– Позвольте дать вам совет, - сказала она. – Оправдайте Дэвида Аттертона.

Эмиссар удивленно наклонил голову:

– Это же явный вор! И не имеет влиятельных друзей. Не вижу резона в милости.

– Суд состоится накануне вашей свадьбы. Вашу строгость невеста увидит сама. Покажите ей также милость – пускай Роуз знает, что вы способны на то и на другое.

– В глазах капитула я буду выглядеть нелепо. Проделал такой путь и никого не казнил?..

– Напротив, милорд. Повесить Дэвида смог бы кто угодно, в том числе и наш городской суд. Но вы проделали долгий путь, чтобы спасти юношу, чистого душою. Это запомнится капитулу, в отличие от казни.

– Хороший совет, - признал эмиссар. – Одобряю ход вашей мысли.

– Говорите, замок нужен, леди Роуз?..

– Да, сударь, навесной.

– Вам на въездные ворота или подвал, или на амбар может быть?

– Нет, на сундук.

– А сундук большой или малый? Какое отверстие в ушках?

– Сундук средних размеров, как для столового серебра. Отверстие тоже среднее. Вы дайте какие есть, я сама выберу.

– Ну уж…

Мастер не выказал веры, что юная девица способна выбрать такую мудреную вещь, как навесной замок. Однако выложил на прилавок четыре образца, и Роуз тут же увидела подходящий.

– Вот этот замечателен! Красив, аккуратен, с позолотою.

– Это бронзовая накладка, миледи, но очень хорошего качества. За пять лет не потемнеет.

– Он будто для церкви сделан!

– Уж да, такое качество и в храм не грех. Там даже гравировка со спиралью.

– А ключик позвольте...

Мастер подал связку с несколькими копиями ключа. Роуз испробовала: замок открывался легко, с приятным сочным щелчком.

– Все же простите, он слишком церковный… Не найдется ли похожего, но другого?

– Показал, какие были, леди Роуз.

– Будьте так добры, поищите в кладовке, в мастерской… Может, завалялось хоть что-нибудь…

Он сомневался в результате, но все же пошел взглянуть. Вернулся с пустыми руками:

– Ничего, миледи. Для ваших нужд – только эти четыре.

– Тогда простите. Возьмите агатку за беспокойство, поищу у других мастеров…

– Да где ж вы найдете! Тут на десять улиц – я один!..

Но она уже выскользнула на улицу. Красивый замок остался лежать на прилавке.

Роуз несколько раз прошлась от мастерской к Софиевскому монастырю и обратно. Она безумно скучала по Дэвиду, очень хотелось зайти в обитель. Конечно, аббатиса не пустит ее к нему, но даже просто побыть рядом – уже счастье! Улучить миг, когда никто не смотрит, подойти к дверям подвала, позвать… Услышать хоть слово родным, любимым голосом! Спросить – каково ему, страшно ли, холодно? Утешить: «Не бойся, милый. Завтра суд, все будет хорошо, тебя освободят, я точно знаю!» Но как ни хотелось этого, Роуз понимала: нельзя. Покажись возле Дэвида – поставишь план под угрозу. А цель – превыше всего!

Из ворот обители вышла монахиня и засеменила по улице, придерживая рясу.

– Сестра Лизбет? Долгих лет вам, куда так спешите?

Лизбет выделялась из монашек двумя приметами: бородавкой на подбородке и неумолчной болтовней.

– Ах, леди Роуз!.. Такое случилось: Предмет закрыли в ларце, а отпереть не можем! Я говорю: матушка, это не к добру, дурная примета, отмолить нужно. А матушка мне: иди за новым замком. Вот и иду – а сама думаю: если не отмолить, новый тоже сломается. Святое слово здесь необходимо! И мастерскую бы найти…

– Я знаю мастерскую: ступайте прямо, сестра, за трактиром – направо, а после башмачной – налево. Там в тупичке…

– Ой, спасибо, леди Роуз, защити тебя Софья! У нас же такое творится, все с ног сбиваются. Муки не хватает, картошку свалили у храма, младшие спалили сковородку, а тут еще замок… Истинно говорю: нужно восемь молитв, нет, даже шестнадцать. Вернусь – так и скажу матушке…

– Пожалуйста, передайте ей еще одно. Мой отец приносит извинения: вино не успели доставить из поместья. Мы привезем его ночью, после вечерней песни.

– Вино к нам? Аж после вечерней?.. Матушки, кто ж его примет! Все будут спать, да и ворота на засове!..

– Отец пришлет грузчиков, и я сама буду, прослежу за доставкой. От вас нужна только одна сестра: чтобы отперла ворота и показала, где сгрузить.

Круглое личико монашки выразило заинтересованность:

– Затемно привезете?.. Нужна сестра, чтобы встретить?.. А вина-то много?..

– Восемь бочек, как заказано. И еще маленький подарок от отца.

– Затемно, одна сестра… Я так и передам матушке… Да…

Лизбет поспешила дальше, подхватив подол. Роуз воскликнула вдогонку:

– За трактиром – направо, за башмачной – налево и в тупик!

Роуз натянула поводья, и кони послушно встали. Как только замер цокот подков, на улицу легла приятная, бархатная тишина. Ночь была лунной и теплой, в такую ночь гулять бы рука об руку с любимым, до самого утра, напролет. Болтать про все на свете, шептать нежные слова, целоваться всласть, взахлеб, пока никто не может помешать… Эх.

– Ты хорошо правишь, - сказал Колин Бейкер. – Извозчик, а не дева божья.

Роуз обернулась к товарищам, сидевшим в телеге, облокотившись на винные бочки. Недовольно нахмурилась:

– Колин, ты снял шляпу.

– Я в ней похож на разбойника из притчи!

– А без нее – на семинариста Колина Бейкера. Надень и надвинь пониже. Вот так… Теперь – повторим план.

Колин подобрался, Хейс выплюнул травинку, которую жевал по пути. В грубых куртках грузчиков, надетых на голое тело, они и вправду напоминали бандитов.

– Мы стучимся в обитель, отпирает сестра Лизбет, показывает, куда сгружать. Вручаем ей подарок, она тут же предается порочной страсти. Мы с Хейсом разгружаем телегу, а ты идешь в храм. Делаешь то, чего никому нельзя знать…

Роуз исправила:

– Молюсь Праматери Софьи. Кто бы вас ни спросил – говорите одно: леди Роуз молится.

– Угу… После так сказать молитвы, ты идешь к Дэвиду. Шепчешься с ним, а мы заканчиваем с бочками. Потом уезжаем.

– Тебя не должны узнать. Шляпу держи на бровях, а рот – на замке. Пускай говорит только Хейс.

– Вопрос, - сказал Хейс, - а если пойдет не по плану?

– Что именно?

– Да что угодно. Так оно всегда. Если план есть, то по нему не идет.

– Как бы ни случилось, я должна попасть в храм, любой ценой. К Дэвиду могу не успеть, тогда передайте ему записку.