Чтение онлайн

— Да.

— Скажете новый?

— Нет.

— Как хотите.

Эрвин провел мечом по его шее. Истекая кровью, беломорец повалился в пропасть.

— Теперь у нас четыре запасных коня. И одна небольшая проблема.

Ради такого разговора сделали привал. Лихорадка возвращалась, Эрвина вновь начинало трясти, но теперь это была меньшая из бед.

— Флеминг снова предал?

— Нет, сестрица, на сей раз он проявил диковинную верность. Кукловоду.

— Что теперь будет?

— Я спрятал его жену и дочерей. Чтобы вернуть их, ему надо взять меня живьем. Я просил его открыть мне северный путь к Первой Зиме. Очевидно, там он и устроит ловушку.

— И как раз туда придет Джемис с иксами?

— Верно.

— Мы должны его предупредить!

— Не должны. Флеминг ждет нас именно на той дороге. Сунемся туда — попадемся.

— Мы прорвемся с боем. У нас Перст, я могу сражаться!

— Мартин сбежал от нас, ты заметила? Он предупредит брата о тебе.

— Но Мартин отстал! Мы приедем первыми!..

Эрвин посмотрел вверх. Небо в просвете между гор стремительно чернело. Туманный ореол опоясал ближайшую вершину, вниз от него тянулись серые хвосты.

— Мы не успеем к иксам, миледи, — сказал Хайдер Лид. — Надвигается буря, нельзя ехать дальше, нужно найти укрытие.

Эрвин зачерпнул рукою снега. Поднял перед собой, раскрыл ладонь. За секунду ветер смел с нее все снежинки.

— И что же нам делать?.. — прошептала Иона.

Он ясно вспомнил Запределье: если солдаты боятся, не дай им понять, что ты чувствуешь то же… И сказал, глядя в беззащитные глаза сестры:

— Как — что делать? Следовать моему гениальному плану!

2 декабря 1775 г.

День Сошествия

Ночная метель унялась, белая перина устелила землю, а воздух стал прозрачен и свеж до головокружения. Долина Первой Зимы лежала словно на ладони. Две полукруглые скальные гряды окружали ее, как борта корабля. Самая высокая гора — вершина Агаты — находилась в дальнем конце долины. У ее подножья развернулся город: крепостная стена, шпили соборов, часовая башня ратуши, флюгеры над крышами. Перед городом, соединенный с ним мостом, громоздился замок: темное чудовище с восемью головами башен в коронах зубцов. Не только стены прикрывали эту крепость. Перед западной стеною естественной защитой лежало озеро. На севере и юге от озера были прорыты два широких рва, а за рвами вздымались валы. Замок очутился на полуострове, с трех сторон окруженный валами и водой, а с тыла прикрытый самим городом.

Подход к замку имелся по трем мостам: с севера и юга, надо рвами, а также с востока — из Первой Зимы. Ни один из подходов не прост. Вражеские солдаты — не только на стенах и башнях, а и снаружи замка, в предполье. Валы прикрывают от огня Перстов и кайров, и замковые врата. Под тысячами стрел надо пересечь узкие мосты, потом прорваться за вал, подавить сопротивление под стенами, в предпольях, и лишь потом вышибать ворота.

Впрочем, не город и не замок сейчас притягивал взгляды офицеров. Лидская дорога входила в долину через узкое горлышко с западной стороны. Отсюда и до замка — примерно полмили пространства — долина всегда была пустой: только луга да пастушьи избушки. Но теперь ее усыпали сотни ледяных глыб — а может, и тысячи. Самые мелкие имели размер телеги, самые крупные были с двухэтажный дом. Глыбы смерзлись по пять-десять штук и образовали ряды. А ряды складывались в… лабиринт! Прямого пути к Первой Зиме не наблюдалось. Чтобы доехать до замка, следовало пропетлять через хаос ледяных стен.

— Откуда взялась эта дрянь?! — процедил Рихард Ориджин.

Избранник богов был невозмутим:

— Плоды творчества Минервы. Не понимаю вашего удивления: разведка докладывала об этом.

Верно: еще позавчера передовые отряды вошли в долину и попытались захватить плацдарм. Буквально через сотню шагов наткнулись на первую из ледяных стен, а за нею оказалась засада. Случилась жаркая стычка. В состав авангарда входили двое ханидов, но даже те не достигли успеха. Глыбы льда были слишком массивны, Персты не прожигали их. Пришлось ворваться в лабиринт и начать ближний бой. Скверная тактика для перстоносцев…

— Доклад авангарда был неточен, — огрызнулся Рихард. — В нем говорилось об укреплениях, но это — чертов муравейник! Придется плутать, точно крыса в норе!

— Вчера состоялся военный совет. Я помню, как дремал под ваши голоса. Утвердили план наступления — давайте следовать ему, милорд.

Рихард помолчал, погруженный в сомнения. Граф подбодрил его:

— Выше нос. Возьмем Первую Зиму не к обеду, а к ужину. Дотерпим до ужина, господа?

Избранный улыбнулся офицерам. Они на всякий случай отвели взгляды. Да уж, — подумал сир Джоакин, — даже святой человек не может знать всего. В военных делах граф Виттор был весьма наивен. Имелась проблема: главная ударная сила — шаванская кавалерия с Перстами — лишилась своих преимуществ. В ледяном лабиринте не поскачешь галопом и не постреляешь с расстояния. За каждым поворотом будут ждать враги, лупить в упор болтами и копьями.

Вторая беда не уступала первой: войску Избранного было негде развернуться. Ближайшие глыбы стояли почти впритык ко въезду в долину. Пространства осталось — плюнь и разотри, сюда никак не втиснуть восемнадцать тысяч солдат. Сюда и тысячи не впихнуть, если уж на то пошло. Армия застряла на дороге в виде походной колонны. Развернуться широким фронтом невозможно, придется атаковать все тою же колонной, лезть в лабиринт рота за ротой, отряд за отрядом. Мелкими порциями — как нарочно, чтобы врагу легче было жрать.

— Позвольте пояснить, милорд… — Джоакин вкратце просветил графа.

Тот поморщился:

— Я вчера уже слышал эту болтовню. И повторюсь: был разработан план. Мы разделимся на три корпуса: два нападут на замок с разных сторон, третий возьмет город. А через лабиринт, как по заказу, есть три приемлемых пути. Вот и пойдем по ним!

Рихард сознался:

— Меня смущает это совпадение. Будто враг хотел, чтобы мы разделились на три части.

— А вчера не смущало?

— Я поспал с этой мыслью и заметил второе совпадение: день Сошествия…

— Кстати, с праздником вас, господа! — просиял граф. — Прародители в мир сошли, нам победу принесли.

Рихард пропустил мимо ушей поздравление.

— В Нортвуде враг устраивал всевозможные козни. В Ориджине — до Лида — вывозил все припасы, чтобы задержать нас. У Створок Неба устроил завал. Но потом никаких препятствий больше не было, до Первой Зимы дошли легко и гладко. Будто отец хотел, чтобы мы оказались тут именно на Сошествие. Не стоит ли нам отложить наступление?

Пауль доселе стоял тихо, похожий на черную тень, но тут подал голос:

— Сомневаешься, лейтенант? Я — нет. Граф, отдай командованье мне.

Рихард даже не ответил на эту нелепицу. После падения Лида он вообще избегал Пауля, и общался с ним только через адъютантов. Пауль продолжил свое:

— Мы застряли на дороге, валит снег. Мои люди мерзнут, а я голоден. Нельзя стоять. Хотим в атаку. Если Рихард сомневается, пусть не идет. Справимся сами.

Он кивнул Хорису как бы с вопросом, и тот не выказал протеста. Граф оживился:

— Ты справишься, Пауль?