Чтение онлайн

Альбус слегка удивился

– Вы верите сказке?

– О, нет, - отмахнулся Геллерт. – Но в ней заключено рациональное зерно. Гениальные ученые, братья Певереллы, создали три мощнейших артефакта, обладатель которых может подчинить себе смерть. То есть его нельзя будет убить. А это очень важно, если хочешь подчинить себе мир. Срываются любые покушения, и враги чувствуют суеверный страх. Проводите меня на могилу Игнотуса?

Когда они добрались до кладбища, уже спускались сумерки, пришлось посветить пред собой Люмосами. Трава в то лето росла так быстро, что ухаживающие за могилами не успевали её скашивать, и парням пришлось шевелить заросли палками.

– Здесь кто-то, кто вам знаком? – спросил Геллерт, заметив, как Альбус замер: они вышли под дуб, где была могила Джеральдины, а в двух шагах, забросанный венками, виднелся свежий холм над Кендрой.

– Здесь девушка, на которой я хотел жениться. – Альбус указал на плиту. – А там моя мать.

– А когда вы хотели жениться?

– Мне лет десять было.

Некоторое время Гриндевальд молчал.

– Тетя сказала мне, что ваша мать умерла совсем недавно. И учитывая все обстоятельства и то, что я видел… - он прикусил губу, посмотрел исподлобья. – Ваша сестра – сумасшедшая?

– Как вы поняли? – спросил Альбус неожиданно устало.

– Я видел сумасшедших волшебников, - коротко пояснил Геллерт. – Она такая с рождения?

– Нет… - и Альбус, столько лет оберегавший секрет семьи, с легкостью рассказал все человеку, которого видел второй раз в жизни. Он сам не знал, как это вышло, но перед Геллертом изворачиваться не хотелось.

Тот, к счастью, не стал ни ахать , ни сочувственно вздыхать, ни соболезновать. Он с яростью стиснул палочку.

– Проклятые магглы. И проклятые власти, прогибающиеся перед ними. И проклятый Статут.

– Да, думаю, без него отца наказали бы мягче, - вздохнул Альбус.

– Вот именно! Вашему отцу не пришлось бы скрывать от властей дочь ,само существование которой постоянно чревато нарушением этого Статута, он мог бы признаться, как все было на самом деле. Возможно, он был бы даже оправдан. И вообще, - Геллерт нервно откинул волосы со лба, - как маггловские ублюдки посмели приблизиться к волшебному ребенку? Разве так должно быть?

Альбус нахмурился, но не ответил: возможно, воспитание Геллерта давало о себе знать, но относительно Статута он говорил здраво. Тем временем они нашли наконец старую плиту, на которой был вырезан такой же треугольник, что и у Гриндевальда на цепочке. Геллрт опустился перед могилой на корточки, деловито её осмотрел, отгибая стелющиеся побеги вьюна, и стал шептать длинные формулы и посылая в землю вспышки. С каждым разом лицо его искажалось досадой, пока наконец он не взмахнул в воздухе кулаком.

– Ничего нет!

– А вы думали, Дары смерти зарыты прямо здесь?
– усмехнулся Альбус. – Нет, их здесь не может быть.

– Но где-то же они быть должны!- прошептал Геллерт, повернув к нему искаженное злобой лицо.

– Разумеется, - Альбус пожал плечами. – У потомков братьев Певереллов.

Геллерт пружинисто выпрямился, по-детски приоткрыв рот – губы у него были розовые, пухлые и мягкие.

– А вы знаете этих потомков? У тети мне не хочется спрашивать. А найти Дары необходимо, понимаете! Ведь Бузинная палочка – непобедимое оружие. Воскрешающий камень – это неубиваемые солдаты. А мантия… С её помощью можно проникнуть куда угодно и подслушать какой угодно секрет.

– То же можно и с помощью дезиллюминационных чар, - Альбус пожал плечами.

– Но мастером смерти с их помощью не стать! – ответил Геллерт резко и снова заговорил умоляюще. – Так вы знаете? Вспомните, вспомните!

Альбус сморщил лоб.

– По-моему, начал он, - у Антиоха потомков не осталось. Бузинная палочка кочует по свету… При желании, наверное, можно последить её историю. Воскрешающий камень – у Гонтов, потомков среднего брата… Да у тех самых, которым принадлежал Буковый дом! Вот мантия… Можно при желании узнать, кто такие – потомки Игнотуса…

– Нам дорога в архив, - выдохнул Геллерт. – И там же надо найти, где стоял дом Певереллов. Кому он теперь принадлежит. А сейчас…

Он окинул взглядом кладбище. В черном небе белела луна, перекликались ночные птицы. Мимо пронеслась стая летучих мышей.

– Полагаю, нам пора возвращаться. Завтра вы проводите меня в ваши архивы.

…Дверь в дом Альбус приоткрыл тихо: все-таки брат и сестра наверняка легли спать. Он думал было зайти на кухню и сжевать перед сном кусок хлеба, но остановился на пороге. За столом, уронив голову на руки, сидела в ночной рубашке Ариана. Сперва Альбус подумал, что она спит, но после различил, что у нее вздрагивают плечи. Поколебавшись, он потихоньку ушел к себе.

Утром Аберфорт уже не рискнул его будить, и Альбус отоспался вволю. Когда пришлепал завтракать на кухню, Ариана, чистившая морковь, молча протянула ему несколько конвертов. То были письма от друзей: Айла сообщала, что на ферме понравилось и ей, и Лансу, Лэм описывал библиотеку обсерватории, Клеменси коротко сообщала, что смогла устроиться санитаркой в Мунго, Элфиас рассказывал о драконьем заповеднике где-то в Восточной Европе, а Викки сообщала, что на все лето уезжает с родителями в Ниццу. «Так-то лучше», - подумал Альбус: все-таки ему не хотелось, чтобы новый знакомый вмешивался в жизнь его друзей. Мысленно он поблагодарил каждого из них за тактичность: зная, как он не любит утешений, они ни словом не обмолвились о недавней смерти его матери.

– Аберфорт пошел выгонять коз, - Ариана поставила перед Альбусом тарелку с тертыми морковью и яблоком, вымазанными в меду. – Вот, это тебе к каше.

Альбус фыркнул.

– Это можно есть?

– Морковь надо есть для зрения, - проронила Ариана. – Я тебе носки вяжу. Аберфорту уже связала, теперь тебе. Мне сказали, вам будет холодно.

– Кто сказал? – насторожился Альбус. – Часовщик? Ари, он опять приходит? Он приходил, когда ты убила маму?

Сестра растерянно кивнула.

– Я тебе говорил, чтобы ты училась с ним бороться?! – вскипел Альбус. – Говорил! Почему ты меня не послушалась?! Видишь, к чему это привело?! Я торчу теперь тут с вами, а мог бы…

Он сердито набил рот морковью – вприкуску с кашей оказалось не так-то плохо. Сестра умоляюще сложила руки.

– Прости, - прошептала она. – У тебя друг появился. Только у него страшные глаза. Как у меня, когда я не в себе.

– Откуда ты-то знаешь, какие у тебя тогда глаза? – мрачно фыркнул Альбус.

– Он показывает мне зеркало… - начала Ариана, но брат, не выдержав, стукнул по столу.

– Заткнись уже. Как ты мне надоела, ты бы знала. Все вокруг тебя вертятся, а что ты из себя представляешь? Спасибо, если не придется скоро из-под тебя горшки выносить.

Ариана сжалась. Быстро доев, Альбус схватил куртку и вышел на улицу.

Геллерт ждал его у колодца. Вместе они остановили какую-то телегу и отправились в Пэгфорд, где располагались архивы; по дороге Альбус решился предупредить, что навестить Викторию в ближайшее время не получится. Гриндевальд недовольно поджал губы и прищурился.

– Хорошо, - медленно сказал он.- А что этот боров? Наверное, он столь же глуп, сколь и толст?

– Вообще-то он мой друг, сэр, - кашлянул Альбус. – И смею вам заметить, он лучший по зельям на потоке. И да, Виктория выходит за него по своей воле.