Чтение онлайн

Он все пытался осознать, что матери больше нет – и почему-то никак не мог объяснить это себе и почувствовать сполна жгучее горе, какое, наверное, должны ощущать люди в таком случае. Он понял в ту минуту одно: он любил мать, несмотря ни на что – так сильно, как мало кого еще любил на свете, кроме, может, Камиллы или брата с сестрой. Все их склоки и безобразный скандал зимой казались ему сплошным недоразумением, которое легко было бы простить друг другу, просто поговорив – а вспоминалось сейчас совсем другое: как мать в детстве читала ему сказки, как смеялась, когда у нее в аптеке он играл с котлами и дощечками, как успокаивала, когда ему уж чересчур влетало от отца. Внутри словно заскулил щенок. Альбус сдернул очки, и на траву закапали слезы.

О том, как она умерла, думать он все еще не хотел.

На сей раз удалось быстро взять себя в руки: в конце концов, его ждали. Поднявшись, он дотащился на конец до дома мисс Бэгшот и постучал. Она открыла без промедлений, едва поздоровалась, указала, куда положить вещи и поставить клетку – и тут же потянула за собой. В низенькой, но непомерно широкой темной гостиной, где по углам валялись вредноскопы и пахли плесенью вазы с давно засохшими букетами цветов, посередине стоял длинный и узкий темный гроб. В нем, в темно-синем суконном платье, укрытая до пояса белым покрывалом, лежала со сложенными на груди руками Кендра – спокойная, отстраненная, выглядевшая куда моложе своих лет. Ей зачесали волосы так, что седина почти не была заметна; лицо истончилось, и следы индейского происхождения проступили на удивление ясно. Альбус почти перестал дышать от жалости и прикусил снова затрясшуюся губу. Подступил к матери, поцеловал в щеку, приложился к руке – и не выдержал все-таки: уткнулся ей в плечо и некоторое время не мог поднять лица. Когда разогнулся наконец, мисс Бэгшот подошла, похлопала по спине.

– Ну-ну. Она, бедная, отмучилась. А ты мужайся. Ты теперь глава семьи.

– Как мама умерла? – хрипло спросил Альбус, отворачиваясь: глаза стало жутко резать.

– Неправильно сработавшее бытовое заклинание, - пожала плечами мисс Бэгшот. – У меня прямо все вредноскопы взвыли. Поэтому я и побежала к вам.

– Сразу к нам? – Альбус покривил рот. – Откуда вы знали, куда нужно бежать?

– На этот вопрос ты можешь ответить и сам, - отчеканила соседка. Помолчав, добавила:

– Я видела, как ты заходил к себе в дом. В таком случае…

– Да, я знаю, в каком состоянии моя сестра, - отрезал Альбус. – Как после сильнейшего припадка. Что вы сказали аврорам? Вы ведь их вызывали?

– Они явились сами. У местного представителя тоже есть вредноскоп, - объяснила мисс Бэгшот немного лениво. – Им я сказала то же, что и тебе. Они не знали, что Кендра была искуснейшей хозяйкой, а твоя сестра находилась в бессознательном состоянии, и они не могли догадаться о её болезни. Я сказала, что девочку оглушило магической волной. Впрочем, сейчас ты можешь вызвать их повторно и сказать им правду.

Альбус воззрился на соседку, а она холодно продолжала.

– Твоя сестра больна, так что вряд ли её ждет Азкабан. Скорее всего, её отправят в специальное отделение в Мунго. У меня есть знакомый, который там работает. Там, помимо заклинаний, применяются маггловские средства: веревки, плети… Пережитки более ранних времен, магглы от этого избавились, а мы – нет. Таких, как Ариана – опасных – держат на цепи, за решеткой. Если ты считаешь, что твоя сестра заслужила это – можешь отправить её туда. Ты глава семьи, в конце концов.

Некоторое время Альбус смотрел в лицо матери. «Мама жизнь положила, чтобы уберечь Ариану от Мунго…» - шептал он себе. – «Да, а сестренка в благодарность убила её, наверняка от какого-то пустяка выйдя из себя», - блеял козлиный голосок. – «Она не виновата. Она не могла себя контролировать». – «Ну и что? Ты подумай: что её поступок значит для вас всех? Где теперь твои планы путешествия? Твой выбор сторонников? Образование? Изменение мира? Все перечеркнула выходка сумасшедшей девчонки! Хотя… У тебя еще есть шанс избежать последствий. Просто один раз послушай голос разума. Как она убила мать, так может убить и вас с Аберфортом. Подумай: с твоими способностями ты мог бы осчастливить мир, а погибнешь из-за какой-то бесполезной куклы только потому, что вовремя не сдал её туда, где ей самое место». Он мотнул головой.

– Где Аберфорт?

– На кухне, - вздохнула мисс Бэгшот. – Они с дочкой миссис Скримджер – ну, ты знаешь её – перекусить решили.

Альбус застал на кухне троих. Аберфорт, с набрякшими красными веками, жадно ел тосты с сыром. В сидящей напротив молодой женщине в грубых очках Альбус не без труда узнал Анджелу, которую не видел несколько лет. хотя она причесывалась теперь, как Джеральдина – убирала белокурые волосы в низкий пучок на затылке – больше сходства между ними не осталось. Анджела, невысокая и худенькая, как подросток, была одета с претензией на строгость и некоторый городской лоск: серое шерстяное платье, черные туфли, явно не такие, в которых удобно ходить по нескошенной траве – и этом красные, распухшие руки со сбитыми пальцами, каких и у Джеральдины не было. Серые глаза смотрели с неприязненной настороженностью. У Альбуса, конечно, и мысли не было её этим упрекнуть – особенно когда оказалось, что за существо сидит рядом с ней. Худенький мальчик лет четырех, черноволосый и черноглазый, был так похож на Блэков, что Альбусу даже показалось, что перед ним – копия директора или Сириуса в детстве.

Юноша поздоровался с молодой женщиной и ребенком, но заговорить с ними не решился, обратившись к брату:

– Тебя вчера встретила мисс Бэгшот?

– Нет, - Аберфорт горько усмехнулся. – Она, бедняга, закрутилась совсем и забыла, что я должен приехать. Ллойда мать встречала – ну, и аппарировала со мной. Когда узнала, что с мамой случилось, - он засопел, но сдержался, - хотела остаться, помочь, Роз выписать, чтобы тоже помогла… Мы отказались. Хоть Ллойд мне и друг, а все же лишние глаза и уши нам ни к чему. И ты смотри, друзей своих не притаскивай?

Не было нужды предупреждать: Альбус понимал, что есть вещи ,в которых лучше не посвящать посторонних, и первым делом попросил Элфиаса ничего не говорить друзьям, а уж если они узнают – убедить не вмешиваться.

– Уизли и так помогли. Денег оставили, венок прислали. Объявление обещали в газету дать.

Он зашмыгал носом, размазывая по лицу слезы. Альбус растерянно похлопал его по плечу.

– Тише… Там Ари очнулась. Я же сначала к нам зашел.

– Очнулась? – встрепенулся Аберфорт и быстро вышел, бросив недоеденный кусок пирога. Анджела улыбнулась ему вслед:

– Молодцом держался. Всю трудную работу делал и очень беспокоился за сестру. Боюсь, гроб вам с ним вдвоем нести придется. Разве что мама кого-нибудь из постояльцев привлечет.

– Да, - Альбус опустил голову. Анджела налила ему кофе, положила на тарелку пару тостов с сыром.

– Тетю Кендру, в общем-то, должны были похоронить сегодня. Но она погибла вечером, да потом, эта возня с аврорами… Мы смогли заняться всем, что нужно, только утром. Гудвин, немедленно убери руки.

Мальчик, не обращая внимания, запихнул в рот кусок пирога, не доеденный Аберфортом. Андежла дождалась, пока он прожует, и с силой шлепнула его по рукам. Малыш разревелся.

– Брось, - поморщился Альбус. – Ему ведь тоже хочется пирога, а ему не дали.

– Пусть не привыкает подбирать объедки, - прищурилась Анджела. Парню ничего не оставалось, как усадить хнычущего ребенка на колено и немного покачать. Гудвин скоро развеселился: кажется, он был отходчивого нрава.

– Как твои дела? – рискнул спросить Альбус, пока Гудвин играл пуговицами на его рубашке.

Анджела вздохнула.

– Наверное, ты сам видишь. А уж если хочешь знать все подробности… Директор предложил мне денег за молчание, в противном случае обещал уничтожить меня и мать. Каюсь, деньги взяла. Оказалось, не напрасно: работать я смогла нескоро. Тетя Кендра сказала, что беременность прерывать не следует: это опасно, многие так погибают…