Чтение онлайн

выжила из ума, - он отошел от трещины, и она начала закрываться.

– Прошу, погодите!

Я еще видела один глаз, руку с фонарем и тени.

Камень замер.

– Айе? – отозвался голос.

– Расскажите всем. Мы будем готовы к празднику, надеясь, что вы придете. Скажите

им, что я здесь, и что я передала.

– Ах, они знают, что ты здесь. Разве ты не проникала в наши головы с момента, как

появилась тут осенью? Как бы они не знали, что Зовущая рядом? Но ты лишь беда. Айе, я

передам, - пауза. – В этот раз, - камень с треском закрылся.

– Северники, – пробормотала Шалфей. – Не тревожься, девочка. Они придут. Они

знают, что ты здесь, понимают, что не могут отказаться. Дары? Не представляю, какой дар

развеселит такое кислое лицо, - она взглянула на меня. – Ты устала. Этот вызов и я

ощутила. Тебе стоит подняться и согреться, а я пойду. У Красного колпака есть только

кроха, а с ним не поговорить.

* * *

Я отчиталась Регану. Его глаза выражали такой же восторг, как у Тали раньше,

наполняя меня тревогой. Очень многое зависело от успеха совета, и Реган мог не

понимать, как сложно убедить добрый народец помогать. Хотя он был рад новостям, все

были серьезны. Они не работали, а сидели в столовой, тихо говорили о потере Цианом

двух товарищей, которых даже не могли похоронить даже. Я поговорила с Евой и Миллой

насчет пира и даров, а потом оказалась такой усталой, что едва могла держать глаза

открытыми, хотя еще был день. Тали отправила меня спать, ведь тренироваться я так не

могла. Я послушалась.

Мне снился Флинт. Флинт, стоящий у кровати, где спал крупный юноша. Флинт

обхватил руками лицо мужчины, пел и заклинал. Вокруг сидели богато одетые люди,

следя за ним. Их лица были напряженными, а глаза… алчными. Когда я проснулось,

желудок крутило. Я успела добраться до уборной, и меня стошнило.

Я знала, что Флинт – Поработитель. Я понимала, что он должен порой – а то и часто

– применять силы по приказу короля, превращая мятежников в послушных, чтобы дары,

как у меня, использовались только в целях Кельдека. Многие Силовики были

порабощенными людьми, ставшими верной силой. Знание, что Флинт делает так, чтобы

скрыть истинную цель, не остановило моей реакции на это.

Милла пришла, когда меня тошнило в дыру в уборной, вытерла мое лицо и усадила в

столовой, где заставила выпить бульон. За ужином Фингал спросил меня о здоровье и

посоветовал чай с мятой и медом, который был бы эффективным и с сухими листьями. Он

предлагал поспать в лазарете, там только Циан приходил в себя после долгого пути.

Андра, которую обычно больше интересовали тренировки, а не происходящее вне их,

принесла мне одеяла, чтобы меня не разбудил холод. Большой Дон усадил меня на свое

место ближе к огню. Я поблагодарила всех. Я не могла объяснить, что мне плохо не из-за

тела. Как шпион Регана при дворе, Флинт должен был вести себя как верный слуга короля,

даже если приходилось использовать дар во зло. И он не мог перечить. Люди уже умирали

из-за меня. Если я не могла справиться с этим, я ослаблю мятежников. Я стану помехой.

В Тенепаде было восемь женщин, включая меня. Мужчин было в четыре раза больше.

В спальне нас было шестеро, а Милла и Ева делили комнатку у кухни. Сначала мне было

сложно быть в окружении людей, хотя спать на кровати было для меня роскошью. А

потом оказалось, что они уставали за день так, что засыпали, едва головы касались

подушек.

Этой ночью я лежала на кровати, укутавшись одеялами, составляя мысленно письмо,

которое никогда не написала бы. Я говорила Флинту, как скучаю, как тревожусь за него,

как надеюсь, что он вернется весной. И о том, что мне было одиноко без него, хоть у меня

и было задание. И о том, как простила его за то, что ему приходится делать. Как надеялась,

что скоро наступит день, когда ему не нужно будет слушаться Кельдека.

Тали тоже не спала и не успокаивалась. Она ворочалась, сбрасывала одеяло и

укутывалась в него, била подушку. Я знала, что лучше не трогать ее.

А она вдруг сказала:

– Нерин?

– Ммм?

– Плохой сон был днем?

– Не хочу говорить об этом.

Пауза. А потом:

– Тебе снится он, да? Флинт?

Она была догадлива.

– Угу.

– Ты скучаешь.

– Я не хочу говорить об этом, Тали, - ни с кем, и не с ней.

– Реган сказал, что твои сны могут быть полезными, если там то, что делает Флинт.

Вы близки, Флинт – целитель разума, управляющий чужими снами, и мы думали об этом.

Ты можешь рассказывать нам о снах.

Я приподнялась на локте, чтобы посмотреть на нее. Она лежала ровно, волосы были

темной кляксой на подушке, кольца и завитки тату окутывали ее тонкое тело загадкой. Я

хотела спросить ее о них, ведь они были сделаны тщательно, умело. И совпадали с тату ее

брата. Я бы хотела знать их историю. Но люди редко рассказывали о прошлом, о семьях, о

доме, об оставленных любимых. В Тенепаде это оставляли на будущее.

– В этом нет пользы, - сказала я. – Я вижу отрывки, не успеваю понять, что творится.

– Больше отрывка было, раз ты побежала в уборную.

Я промолчала.

– Сны скорее проклятие, чем радость, раз они так тебя тревожат.

Я мешкала. В тишине комнаты, где спали остальные, было проще говорить правду.

– Порой да. Но я не хочу быть без них. Даже если Флинт в беде или делает то, что я

ненавижу, это лучше, чем вообще не видеть его. До весны далеко. А он может и не прийти.

Молчание.

– Я не забыла, что ты сказала насчет близости, - решила добавить я. – Мы с ним

друзья. Мы долго шли вместе. Сны с ним дают мне надежду.