Чтение онлайн

– Лайза? – переспросила она.

Говорил он искренне и просто переадресовывал вопрос дочери или для себя хотел выяснить, когда она зайдет?

Господи, почему все вдруг осложнилось?

– Да, Лайза. – Выражение его лица оставалось непроницаемым. – Ты помнишь эту коротышку. – Он поднял вытянутую руку на высоту примерно трех с половиной футов от пола. – Говорит как взрослая, хотя ей всего шесть лет. – Сэм выдержал паузу, как бы размышляя, следует ли говорить дальше. – Она хочет знать, сделал ли я что-нибудь такое, из-за чего ты откажешься приходить. Я сказал, что не думаю, но она сомневается. – Он взглянул на Райли глазами, полными невысказанных мыслей. – Или я ошибаюсь?

– Нет. – Она прочистила горло, удивляясь, откуда возникло вдруг нервное возбуждение, смешанное с радостью. – Думаю, что зайду… – На этот раз смотрела ему прямо в глаза она. – Если Лайза хочет меня видеть.

Сэм снова перевел взгляд на электронное табло, качнулся в кресле и сказал:

– Конечно хочет.

– Если вы, оба, закончили говорить о личных делах, – вмешался Баркер, неожиданно подошедший сзади, – то, может, кто-нибудь из вас объяснит мне, как идет расследование?

Взгляд темно-карих глаз лейтенанта переместился с Сэма на Райли.

Вот лишнее доказательство того, подумала Райли, что этот человек – дьявол.

– Расследование которого из дел? – спросила она вежливо.

– Всех, – прорычал он.

Поднявшись с кресла, Сэм сделал несколько шагов, остановившись между Баркером и Райли.

– Хэйворты большей частью молчат, – сказал Сэм лейтенанту. – Согласно показаниям, которые они дали полицейскому офицеру на месте, а затем нам, два грабителя были теми же злоумышленниками, которые ограбили другие три дома. Насколько можем судить мы с Макинтайр, новая супружеская пара не имеет почти ничего общего с другими жертвами. – Перед тем как Баркер отреагировал на сообщение, Сэм перечислил несколько других фактов: – Все они водят разные машины, имеют разные профессии. Хэйворты – пенсионеры, – вставил он. – Вращаются в различных кругах общества.

Баркер не собирался выслушивать доклады по всем делам.

– Да, да, я уже слышал об этом раньше! – рявкнул он. – Не хочу больше никаких оправданий. Следующий доклад, который я жду от вас, должен состоять в том, что дело закончено. – Он пробежал взглядом по Сэму и Райли, затем остановился на двух детективах, сидевших поблизости, на Санге и Аллене. Его метода была очевидна. По его убеждению, за более чем скромные результаты расследования должен нести ответственность весь отдел. – Все меня поняли?

– Так точно, – отозвалась Райли с известной долей энтузиазма, который, как она знала, раздражал и возмущал Баркера.

Темно-карие глаза лейтенанта стали еще темнее, когда он сузил их, чтобы сфокусироваться исключительно на Райли.

– При условии, что мы понимаем друг друга.

С этими словами бывший морской пехотинец повернулся на изрядно истоптанных каблуках и отправился в свой стеклянный кабинет. Жалюзи оставались открытыми, так что ничто не могло укрыться от его внимания.

– Между прочим, тебе не нужно выступать в мою защиту, – заметила Райли. – Я могу позаботиться о себе сама.

– Не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь, Макинтайр, – сказал Сэм. Он снял пиджак со спинки кресла и надел на себя. – Пойдем и посмотрим, сможем ли мы заставить Хэйвортов вспомнить, что они делали в последние сорок восемь часов. – Он заметил недоумение на ее лице и объяснил: – Может, нам посчастливится, и мы получим разгадку этого проклятого дела.

– Я не знала, что ты такой оптимист, – сказала Райли, хватая сумку, и поспешила вслед за ним.

Пока они выходили, Сэм обдумывал ее замечание.

– Должно быть, благодаря сотрудничеству с тобой, – решил он.

Райли улыбнулась в ответ.

Они застали профессора Кэйхила в кабинете колледжа.

– Опять вы? – произнес профессор с досадой, увидев, как они входят. Выругавшись, Кэйхил отложил в сторону не слишком увлекательную курсовую работу, которую читал. – Вы получили еще не все ответы на свои вопросы? – спросил он с раздражением.

– Осталось совсем немного, профессор. Вопросы будут безобидны, и вы не заметите, как мы оставим вас в покое, – пообещала Райли.

Ее слова, видимо, не убедили профессора.

– Не так скоро, как меня бы устроило. Ну ладно, присаживайтесь. – Он указал на два кресла перед своим столом.

Сэм подождал, пока Райли займет свое место, прежде чем сам сел в кресло.

– Вы можете сообщить нам, что вы делали за два дня до того, как грабители проникли в ваш дом?

Профессор бросил подозрительный взгляд:

– Зачем это вам?

В разговор вмешалась Райли:

– Нам нужно выяснить, не предпринимали ли вы и другие жертвы ограблений в это время одинаковые действия.

Кэйхил всем своим видом говорил, что не считает себя на кого-либо похожим. Это было бы слишком просто.

– Какие, например, действия?

– Обычные действия, – ответил Сэм. – Точно мы пока не знаем.

Лицо профессора выразило презрение.

– У вас имеется чертовски много людей для допросов, не правда ли?

– Те люди, которых мы расспрашивали, не проявляли готовность сотрудничать, – просто сказала Райли. Она подалась вперед в своем кресле. – Вам не хочется выглядеть жертвой, понятно. И мне жаль беспокоить вас, профессор, но мы изо всех сил стараемся вернуть вашу собственность. Но чтобы добиться результатов, мы нуждаемся в помощи – вашей и других людей, пострадавших от грабежей.

Мы отрабатываем версию, что имеется общая нить, ведущая к раскрытию преступлений. Какие-то действия, которые вы все совершали, дадут эту нить. Она говорила вежливо, но твердо. – Теперь, если вы будете так любезны и подробнее расскажете, как провели два дня до грабежа, это очень нам поможет. – Она бросила на Кэйхила испытующий взгляд.

– Хорошо.

Вздохнув, профессор закрыл глаза и стал вспоминать, что с ним происходило в искомые два дня.

– Ты вполне убедительна, если захочешь, – говорил Сэм, когда менее чем через двадцать минут они оставили кабинет профессора и направились к гостевой парковке у трехэтажного здания факультета криминологии.

Райли усмехнулась:

– Как самая младшая из четверых детей, я обнаружила, что убедительность весьма полезна для меня. – Она подождала, когда Сэм откроет дверцы машины, затем забралась внутрь. – Двоих опросили, осталось еще двое.

– Не могу сказать, что меня обнадеживают наши усилия, – признался он, вставляя и поворачивая ключ зажигания. – Пока, помимо обязательных приемов пищи и выполнения рутинных обязанностей, два дня профессора ничем не похожи на два дня Хэйвортов.

– Сохраняй веру, Вьятт, – подбодрила Райли, когда они покидали территорию университета. – День еще только начался.