Чтение онлайн

Также таблица «распила» в рейхе дает понимание, через кого эти триллионы выводились из рейха. У Геринга очевидным является «еврейский канал» через Мильха и Хейнкеля, а также понятным является прямой «американский канал».

У группы Гитлер — Шпеер очевидны «ватиканский канал» и прямой «американский канал».

Группа Гиммлера — Квандта всегда имела прямую связь с американским истеблишментом. При этом BMW после войны перепрофилировалась на выпуск гражданской продукции. Дойче Банк и страховая группа «Альянс» также сосредоточились на контроле внутригерманской экономики.

В этом свете очень интересны данные: «Д. Миллер и М. Новак (Miller D.T., Novak М. The fifties: The way we really were. N.Y., 1975) пишут, что за время войны американцы отложили немыслимую сумму — 150 млрд долл. США» [146] . С точки зрения замкнутой военной экономики это невозможно в принципе.

Представьте себе: страна воюет, а ей вместо того, чтобы строить какие-то автомобильные заводы, производящие что-то для гражданских, надо строить военную технику, которая не приносит никакого дохода, а, наоборот, пропадает во время войны, ее уничтожают, уничтожают умышленно. А если мы видим, что денег прибавилось, то это еще раз указывает нам на приток денег в американскую экономику извне.

Отдельное исследование можно написать про Банк международных расчетов в Базеле, неоднократно упоминаемый рядом исследователей как специализированное учреждение по переводу средств из нацистской Германии в США.

Конечно же, это могло быть и «бегство капиталов» из воюющих Англии, Франции, Болгарии и Румынии — богатые люди уезжали из воюющих стран. Могли быть какие-то капиталы из арабских стран. Но и «немецкий вариант» в таком ключе становится гораздо более рабочим. А учитывая наличие у Морганов и Рокфеллеров огромных банковских холдингов — еще более рабочим. Огромный банковский холдинг Chase принадлежал Рокфеллерам, а гигантский банковский холдингJ. P Morgan принадлежал, понятно, Морганам.

Иные государства

Также с точки зрения макроэкономики можно посмотреть на другие государства, показавшие резкий экономический рост. Например, имеет смысл задуматься о причинах резкого роста японской экономики, бывшего, кстати, союзника нацистов.

Какие бы умные и дисциплинированные японцы ни были, а деньги на перевооружение экономики откуда-то к ним должны были прийти.

Можно посмотреть на ЮАР (до 1961 года — Южно-Африканский Союз, ЮАС), кстати, находившуюся практически рядом с немецкими владениями в Африке, совершившую в послевоенное время резкий технологический скачок. При этом явно руководствовавшуюся нацистско-расистской идеологией.

Любопытным маркером экономики ЮАР был и до сих пор является метод производства синтетического топлива из угля — точно такой же, как и в нацистской Германии.

В итоге мы можем сделать вывод, что Вторая мировая война имела основной предпосылкой желание нацистской верхушки украсть как можно больше денег методом негативной политической коррупции.

Вместе с рядом деятелей американской промышленной и банковской элиты и при прямом содействии ряда представителей еврейских элит нацистские бонзы реализовали данное желание, создав гигантскую информационную завесу через подконтрольные средства пропаганды.

Идеология «крестового похода против большевизма и международного еврейства» была использована лишь в качестве «легенды прикрытия» для оболванивания немецкого народа и идеологически примкнувших граждан других стран.

Результатом этой огромной «аферы на крови» стала гибель десятков миллионов человек, разрушение экономик Германии, Восточной Европы, Советского Союза.

И криминальный доход организаторов приблизительно в сумме 200 млрд долл. США в ценах 1940–1945 гг.

Доход, вывезенный и спрятанный в ряде стран, и, скорее всего, большей частью в США.

При понимании объемов коррупции совершенно справедливым становится предположение Андрея Ильича Фурсова о невозможности самоубийства этих триллионеров. За «толику малую» они вполне могли найти двойников, умертвить их, нанять десятки ложных свидетелей гибели самих функционеров. Как за деньги, так и на основании «идейности», возникшей в результате пропаганды.

Каким образом эти люди могли сбежать из окруженного Берлина? Очень интересно наблюдать, как историки совершенно серьезно рассматривают версии «улетел на самолете» или «уехал на танке». Создается впечатление, что эти версии придуманы для детей.

Дело в том, что в последние дни своего существования или, по крайней мере, официального существования Гитлер отстранил Геринга от власти, снял со всех постов, отправил под арест и, соответственно, не мог рассчитывать на поддержку люфтваффе. Очевидно, что довериться ни одному летчику в рейхе Гитлер не мог.

Кроме того, за год до официальной смерти Гитлера на него было организовано покушение со стороны генералитета сухопутных войск, соответственно, Гитлер не мог доверять и вермахту, а значит, не мог безбоязненно никуда двигаться ни на каком танке.

Зато у него был очень преданный последователь — Карл Дениц — руководитель военно-морских сил Германии. А через Берлин протекает судоходная река Шпрее, соединяющая Одер и Эльбу.

И в военно-морских силах Германии были замечательные бронекатера повышенной живучести, очень быстрые, которые так и назывались — шнелльботы.

И на этих шнелльботах совершенно спокойно можно было быстро уплыть из Берлина по реке Шпрее до реки Хафель, а от нее до Эльбы, а по Эльбе — до Гамбурга, где в распоряжении Деница было очень много подводных лодок новейшей серии XXI, почти не обнаруживаемых никакими, в тот момент существовавшими, средствами противолодочной обороны.

Действительно, в 1941 году у нацистской Германии было три основных варианта действий:

1) напасть на Англию силами сухопутных войск (операция «Морской лев»);

2) напасть на СССР (операция «Барбаросса»);

3) заключить со всеми мир и заняться развитием мирного сектора экономики.

Для ответа на этот вопрос нам необходимо проанализировать мотивацию руководства Третьего рейха.

Ранее мы выяснили, что основным движущим стимулом нацистских бонз была именно политическая коррупция. Национальные интересы германского государства и национал-социализм были лишь идеологической ширмой, прикрывавшей такую основную задачу руководителей Третьего рейха, как личное обогащение.

Согласно второй рекурсии правила Парето «1 % населения создает 50 % добавленной стоимости». Или, как более привычно, «1 % населения владеет 50 % собственности».

Это мировой социально-экономический закон.