Чтение онлайн

"Программу Вашу я прочел два раза со всем подобающим вниманием; со всеми главными положениями я согласен". (А. Островский. Тургенев в Записках Современников. Издательство писателей в Ленинграде, 1929 г., стр. 266).

Тургенев субсидировал этот журнал. Сначала он давал тысячу франков в год, а потом пятьсот. По словам Германа Лопатина, который встречался в Париже с Тургеневым, Тургенев далеко не разделял программы "Вперед". Но он говорил:

"Это бьет по правительству и я готов помочь всем, чем могу" (Там же).

Лавров в статье "И. С. Тургенев" писал:

"Иван Сергеевич никогда не был ни социалистом, ни революционером. Он никогда не верил, чтобы революционеры могли поднять народ против правительства, как не верил, чтобы народ мог осуществить свои "сны" о новом "батюшке Степане Тимофеевиче" (Стеньке Разине); но история его научила, что никакие "реформы свыше" не даются без давления и энергичного давления - снизу на власть; он искал силы, которые были бы способны произвести это давление" (Там же, стр. 267).

Вследствие разногласий, возникших между так называемыми "впередовцами" и редактором, Лавров в 1876 году вышел из редакции. Появившийся в том же году его труд "Государственный элемент в будущем обществе", составил первый и единственный выпуск четвертого периодического сборника "Вперед". После выхода Лаврова из редакции, вышел еще пятый том, в составлении которого он не участвовал и на котором прекратилась деятельность "впередовцев" в России и за границей.

В мае 1877 года Лавров опять переехал в Париж. В первые годы этого нового периода своей жизни он, по его собственным словам, имел очень мало сношений с русскими революционными группами. Он был связан с французскими социалистами, которые в 1877 году создали орган "Egalite" и принимал участие в этом органе. С того же года он начал читать у себя на квартире, а потом в зале на рю Паскаль, для русской молодежи, жившей в Париже, лекции о разных вопросах теоретического социализма и истории мысли.

В 1881 году в России было создано общество Красного Креста Народной Воли. Желая основать отдел за границей, оно избрало уполномоченными для этого Веру Ивановну Засулич и Лаврова. Публикации в иностранных журналах, приглашавшие к пожертвованиям в пользу только что основанного общества, послужили поводом изгнания Лаврова из пределов Франции.

Об этом ему было объявлено 10 января 1882 года. 13 февраля он выехал в Лондон. Вскоре после этого в газетах появилось сообщение, что какая-то русская дама, в Женеве, стреляла в немца, которого приняла за Лаврова. Ее судили и признали помешанной.

В Лондоне Лавров получил от Исполнительного комитета Народной Воли из России приглашение вступить, вместе с Сергеем Степняком-Кравчинским, в редакцию органа партии, который должен был издаваться за границей, под названием "Вестник Народной Воли". Через три месяца после приезда Лаврова в Лондон, он получил возможность вернуться в Париж. Дело об издании "Вестника Народной Воли" тянулось более года, до приезда в Париж Льва Тихомирова, одного из уцелевших вождей "Народной Воли". Он был назначен редактором, вместо отказавшегося Степняка-Кравчинского; в ноябре 1883 года вышел первый том "Вестника" под редакцией Лаврова и Тихомирова. Последний, пятый том, вышел в декабре 1886 года. В этом журнале Лавров, под своей подписью, поместил много статей по социально-политическим вопросам, а также воспоминания о Тургеневе и критику учения Л. Н. Толстого, под заглавием "Старые вопросы".

После прекращения выхода "Вестника Народной Воли", Лавров продолжал безвыездно жить в Париже. Он часто читал рефераты в "Рабочем обществе", в собраниях, устраиваемых кассой русских студентов в Париже, в "Обществе русской молодежи", в собраниях польских социалистов. Многие из этих рефератов потом были напечатаны отдельными брошюрами. В 1886 году Лавров решил осуществить свой план работы по истории мысли. Он начал писать этот труд, не зная, откуда взять средства для его издания. Нашелся, однако, человек, обещавший дать деньги на первый том - на эти средства, с декабря 1887 года, в Женеве начали выходить, отдельными выпусками, "Опыты истории мысли нового времени", в которых автор резюмировал все свои предыдущие работы. В 1889 году появился уже пятый выпуск "Опытов".

В том же году восемь социалистических русских и армянских групп (из которых одна была петербургская) послали Лаврова делегатом на Международный социалистический конгресс, который состоялся в Париже 14-21 июля и на котором был основан Второй Интернационал. На этом конгрессе Лавров был избран в состав бюро и прочел перед конгрессом реферат о положении социалистического движения в России.

В рефератах, которые Лавров читал в Париже в 1877-82 годах, он, по его собственным словам, много раз возвращался к указанию на те опасности, которые представляют для успеха революционной партии анархические начала и террористические приемы.

"Он с радостью видел, что в самой России анархические начала мало-помалу исчезают, но не мог не заметить и того, что рядом с ослаблением анархизма в России, все группы, кроме так называемых "террористов", теряют значение в движении и успех революционного дела в России все более отожествляется с успехом "террористов". Поэтому он решительно отверг приглашение стать во главе издания, объявлявшего войну "Народной Воле".

Он считал войну против этой партии прямо вредной для дела в России, если история русского революционного движения выдвинула на первое место эту партию, поставившую себе непосредственной задачей сотрясение самодержавия, а потом и его разрушение. Тем не менее, Лавров тогда только вошел в союз с этой партией, когда убедился, что она остается социалистической...

В продолжение своего участия в "Вестнике Народной Воли", он смотрел на свою деятельность в этом издании, как на теоретическое уяснение тех социалистических начал, которые остались основой деятельности этой революционной партии в России, в эпоху, когда она одна, в конце 70-ых и начале 80-ых годов умела выработать нечто похожее на общественную силу" ("П. Л. Лавров о самом себе", "Вестник Европы", Петербург, 1911 г., No 19). Герману Лопатину Лавров тогда говорил:

"Я считаю своим долгом - помогать той партии действия, которая имеется в данный момент налицо, хотя бы я далеко не во всем соглашался с ней. Что до того, что я не мог разделить наивной веры "впередовцев" в возможность скорого и полного социального переворота? Что до того, что я не могу верить вместе с "народовольцами" в осуществимость путем заговора и так называемого "террора" тоже внезапного, коренного, политического переустройства России? Но ведь их конечные идеалы и цели тоже и мои. Ведь их средства действия не противоречат моим моральным принципам, хотя бы они и казались мне иной раз непрактичными и нецелесообразными? Ведь я знал и знаю, что, стремясь к неосуществимому в близком будущем, они все же содействуют попутному достижению хотя бы более скромных, но все-таки прогрессивных, задач более умеренных партий, по известному, ироническому закону истории: "Sic - vos, sed - non vobis?" Так что мне до их иллюзий или до наших чисто тактических разногласий, которые я старался и стараюсь обходить? Повторяю; я всегда был и буду с теми, которые действуют, борются, а не с теми, что сидят у моря и ждут погоды". (Г. Лопатин о П. Л. Лаврове, "Минувшие годы", Москва, 1916г.).