Чтение онлайн

Густые зеленые леса, безлюдные и прекрасные. Голубые озера. Богатые, плодородные вспаханные земли. Таким она помнила Гвинтал, таким видела его в своих снах.

Обернувшись, Бринн нетерпеливо спросила:

– Видите? Разве я не права? Смотрите, как прекрасно!

– Здесь еще все в зелени, – прошептала Эдвина. – Листья только-только начинают опадать. Как странно!

– Внутри острова – сплошная равнина, и, похоже, скалы защищают нас от непогоды. Помню, когда я была маленькой, снег выпадал не чаще раза в год. – Она показала вдаль рукой. – Смотрите, отсюда видны башни замка.

Серые башни и зубчатые стены в туманной дымке манили ее.

«Я вернулась домой, Гевальд. Я снова дома», – безмятежно подумала Бринн.

– До замка долго идти? – спросил Малик.

– Два дня пути. – Бринн показала на лес позади замка. – Вон там Фалкаарский лес.

– Твои родные места?

Бринн кивнула, не сводя глаз с леса.

– У нас рядом с замком был небольшой домик, где мы жили со времен Гевальда. Интересно, сохранился ли он еще…

– А почему бы и нет? – спросил Гейдж. – Климат здесь мягкий, сильных ветров нет, как нет и воров, так что дом должен оставаться таким же, каким был, когда вы в нем жили. Или ты сомневаешься?

В ответ на его насмешливый тон Бринн гордо вздернула подбородок.

– Нисколько! – И она стала спускаться с холма к деревне. – Я случайно оговорилась.

***

– В твоей деревне очень тихо. – Эдвина заглянула в окно магазинчика. – Я мельком видела всего нескольких жителей. Заметив нас, они разбежались по домам.

– Они не привыкли к чужим. Сюда никто не приезжает. – «Но ведь я же не чужая, – подумала Бринн. – Я – одна из них». Однако молчаливое непризнание с их стороны почему-то укололо ее.

– Значит, именно так вам всем нравится жить, – сказал Гейдж. – В безопасности, спокойствии. Никаких чужаков из другого мира.

Бринн сжала губы.

– Да, именно так нам всем нравится.

– Моя деревня очень похожа на эту, – сказал Малик. – Но когда пришла засуха, нам пришлось уйти к другим, чтобы спасти себя.

– Да, наступает время, когда приходится покидать отчий дом и идти навстречу жизни. – Гейдж искоса посмотрел на Бринн. – Иначе сделаешься ленивым, скучным или умрешь без движения.

– Они не скучные и не ленивые, – ответила Бринн.

– Тогда почему у бухты не выставлена охрана? Твой рай надо охранять от вторжения.

– Повторяю, никто не найдет дорогу…

– Мы же нашли.

– Потому что я привела вас. – Бринн посмотрела на него. – Я же говорила. Ты не поймешь, не примешь. Нам не нужна охрана, чтобы…

– Кто вы?

Повернувшись, она увидела седого старика в рясе священника – он стоял на дороге за их спиной. Вздох облегчения вырвался из ее груди. Она узнала его.

Бринн шагнула вперед.

– Отец Том?

Он не обратил на нее никакого внимания. Его впалые голубые глаза тревожно смотрели поверх нее на Гейджа.

– Что вам здесь нужно?

– Вы не помните меня? Я Бринн из Фалкаара.

Священник перевел на нее взгляд.

– Фалкаара?

– Вы знали мою мать – Мейрл.

Легкая тень узнавания пробежала по его лицу.

– У нее был дар. Она лишила нас его, уехав отсюда. Она с тобой?

– Нет, моя мать умерла. Я Бринн! – решительно продолжала она. – Вы помните меня? Мы заходили к вам каждый раз по дороге в деревню.

Священник еще раз взглянул на Гейджа и осуждающе сказал:

– Он чужой. Ты не должна была привозить его сюда. Нам не по душе, когда здесь чужие.

– Он не останется здесь. Я покажу ему Фалкаар, а потом он уедет с острова.

Отец Том покачал головой.

– Ты не должна была привозить его сюда. Он не такой, как мы. – Его взгляд упал на Малика. – Да еще этот. Черный, как сатана.

– Мы, конечно, не такие, как вы, но мы долго не будем здесь, – спокойно сказал Гейдж. – Что касается этого человека, то уверяю вас, его сатанинская сущность проявляется только в редких случаях, в остальное время он вполне безобиден.

– Уведи их прочь! – пробормотал отец Том, отступая. – Другие. Недобрые. Они не такие, как мы…

– Они не злые. – Бринн пошла за ним. – Другие – не значит плохие.

Отец Том с неодобрением посмотрел на нее.

– Именно значит.

– Нет, они хорошие. Послушайте меня, я знаю этих… – Она говорила в пустоту. Отец Том уже шел вдоль улицы.

– Кажется, нам нелегко будет раздобыть лошадей и вьючных животных, – пробормотал Малик. – Твой знакомый священник не очень-то приветлив, Бринн.

– Он старый человек, и его разум, похоже, помутился, – смущенно оправдывалась она. – Я уверена, другие будут к нам более приветливы.

– Если нам удастся вытащить их из домов или открыть их двери, – мрачно заметил Гейдж. Эдвина согласно кивнула.

– Может, Бринн пойти к ним? Она здешняя.

В этот миг Бринн чувствовала себя более чужой, чем любой из них. Если уж отец Том неприязненно встретил ее, не признав, то вряд ли найдется хотя бы еще кто-нибудь, кто вспомнит ее. Даже о ее матери он говорил сквозь зубы.

Неужели и другие жители острова думают так же? Она пожала плечами и через силу улыбнулась.

– Я здешняя, это правда. Подождите меня, я пойду…

– Малик, отведи Бринн и Эдвину на край деревни. – Гейдж резко повернулся. – Я привык торговаться с недоверчивыми людьми.

Бринн сразу почувствовала облегчение, но рискнула предложить свою помощь:

– Я пойду с тобой, – Ни к чему. Жди меня! – Он нежно улыбнулся ей. – Одному мне будет справиться легче.

Малик проследил взглядом за Гейджем до первого дома, пока он не постучал в дверь. Затем повернулся к женщинам:

– Пошли, поступим, как решил Гейдж. Постараемся найти место, где можно разбить лагерь. А если он раздобудет нам лошадей, то совсем хорошо, но сомневаюсь, чтобы нас пустили на ночлег.

Не о таком возвращении домой мечтала Бринн, Даже настороженные недружелюбные жители Селкирки согласились выделить им домики.

– Не расстраивайся! – прошептала Эдвина, взяв Бринн за локоть. – Не так уж страшно, когда старый человек принимает нас за врагов. Ты говорила, что прежде не знала никого из деревни, кроме священника.