Чтение онлайн

Бринн резко кивнула и пошла вслед за Маликом. Эдвина, несомненно, права. Ей не следует расстраиваться или чувствовать неловкость из-за неприятной встречи. Как только они достигнут Фалкаара, все будет хорошо.

***

Гейджу удалось раздобыть только четверых старых лошадей и трех небольших ослов.

Поздним вечером он привел животных в лагерь.

Малик, едва взглянув на них, недовольно покачал головой.

– Ты разочаровал меня. И этого человека у меня в стране называют Принцем обмена? Несчастные, они же падут, не прожив и дня!

– Они не так уж плохи! – раздраженно ответил Гейдж. – Нам вовсе ни к чему боевые кони, способные покрывать большие расстояния.

– Верно, но нам нужны лошади, у которых хотя бы ноги не заплетались.

– Тогда иди и торгуйся сам. – Гейдж сел у костра и вытянул к огню руки. – Но не надейся, что управишься до утра или сторгуешься на что-нибудь получше.

– Неужели такие неприветливые?

– Ты был более приветлив со мной, всадив при первой нашей встрече мне в руку свой меч. – Гейдж поежился. – Хотя, как мне кажется, они не представляют угрозы. Сомневаюсь, чтобы во всей деревне нашлось хотя бы одно боевое оружие. Они уставились на меня, как на волка, жаждущего их съесть.

– Естественно, – торопливо вступила в разговор Бринн. – У тебя грозный вид.

– Что правда, то правда. – Гейдж поморщился. – И я выглядел бы более грозным, пробудь с ними подольше. Меня так и подмывало постричь им шерсть, когда они украдкой проходили мимо меня.

– Они не овцы.

– Недалеко ушли от них. – Он взял котелок из рук Малика, налил себе похлебки и принялся есть. – И не такие тихони, когда пытались перебороть меня при торговле.

– Поставлю-ка я этих несчастных созданий туда, где трава пожирнее. – Малик взял животных за поводья. – Как знать, может, это их последний ужин! Ты поможешь мне, Эдвина?

– Ты даже этих кротких созданий не способен вывести на пастбище без посторонней помощи? – Вопреки своим насмешливым словам Эдвина резво вскочила и пошла за ним.

– Здешние жители не овцы, – повторила Бринн. – Они лишь привыкли жить в мире и согласии, их так научили.

– Гевальд Великий?

– Почему ты такой жестокий? – Она закусила нижнюю губу. – Ты говоришь так, словно ненавидишь их. Перед тем как ответить ей, он закончил есть.

– Возможно. Наверное, мне хочется, чтобы в них вообще не было ничего хорошего, тогда бы они ничего не значили для тебя. – Он поставил котелок на землю и стал смотреть на огонь. – Некоторые жители деревни, с которыми я разговаривал, вспомнили твою мать… и тебя.

– Ты спрашивал о ней?

– Разумеется, я расспросил их о ней. – Его голос слегка дрожал, но он постарался придать ему твердость. – Я заметил, как старый священник обидел тебя своим безучастием.

– Я не обиделась.

– Черта с два!

– Я просто не понимаю, почему он мог решить, что она обманула их. Она их любила. Может, так думает только отец Том, а другие наверняка не отвергают ее.

Гейдж продолжал смотреть на огонь.

– Неужели они так думают? – прошептала она.

– Нет, конечно, нет! Так считает только этот выживший из ума старик.

Он заведомо говорил не правду. Гейдж, который никогда не лгал, сейчас придумывал небылицы в надежде облегчить ее страдание.

– Так несправедливо! Пока она не уехала, она охотно делилась с ними своим даром.

– Похоже, слишком охотно. Может, они привыкли к ее дару, и он стал их частью? Тебе надо бы сделать выводы из ее безоглядной доброты. – Он спросил о другом:

– Где в Фалкаарском лесу лежит клад?

– С южной стороны острова, в скалах, пещера. Там спрятаны сокровища.

– Если они еще там. – Он помолчал. – А твоя мать когда-нибудь рассказывала о кладе твоему отцу?

Он считает, что ее отец мог вернуться и украсть золото, поняла Бринн.

– Нет.

– Почему ты так уверена?

– Насколько мне помнится, она не доверяла ему.

– Но ведь она его любила, раз решилась оставить Гвинтал вслед за ним.

– Я не говорила, что она была к нему равнодушна. Просто не доверяла. Она боялась, что он приведет чужестранцев за сокровищами и разрушит тихую жизнь Гвинтала.

– Как поступила ты!

– Это совсем другое. Вы уедете и оставите нас в покое. Ты никогда бы не причинил вред Гвинталу.

– Откуда тебе известно?

– Просто не смог бы, и все. У тебя есть честь.

– Боже праведный, неужели мне послышалось, что ты веришь мне?

Она посмотрела на огонь.

– Я… верю… тебе.

Гейдж пробормотал какое-то ругательство.

– Наконец-то! Вырвать у тебя признание – все равно что пройти по зыбучим пескам и остаться туда не втянутым. – Он помолчал. – Ты доверяешь мне полностью или с оговорками?

Он ждал от нее таких важных для него слов о том, что она поверила в его невиновность в смерти Делмаса. Она не могла пойти на это.

– Думаю, ты не причинил бы вред тому, что мне дорого.

– Значит, с оговорками. Ну что ж, это лучше, чем ничего. – Он посмотрел в темноту. – До замка Гевальда день пути?

– Да.

– И еще день до пещеры?

Она кивнула.

– Значит, не пройдет и недели, как мы отправимся обратно в путь с сокровищами.

И он уплывет из ее жизни. При этой мысли сердце пронзила боль с нестерпимой силой.

– Но знай, ты не отделаешься от меня так просто. – Ярко-голубые глаза Гейджа смотрели изучающе в ее лицо. – Мы договоримся гораздо раньше, чем это случится.

Удивительно, как он читает ее думы! Просто страшновато. С каждым днем он ей все ближе и дороже. Как же она останется без него? Как же будет жить дальше?

– Я хотела поговорить с тобой о кладе, – отогнала она пугавшие ее мысли. – Мне бы хотелось отдать часть сокровищ Эдвине и Алисе. Золото поможет им стать более независимыми.

– Оно им может не понадобиться. У них верные мужчины.

Эдвина и Алиса нашли любящих их защитников. Она снова почувствовала боль одиночества.

– И все-таки я хотела бы отдать часть им. Клад огромный, и вряд ли ты ощутишь, что в нем не будет хватать малой частички.

– А для Бринн ничего? Она покачала головой.

– Богатства мне никогда не хотелось. Мне оно не понадобится. Обещаешь?

– Пожалуйста, если тебе так хочется. Но для женщины оно порой оказывается опаснее безопасности.