Полночный воин
Шрифт:
Гейдж поднял глаза на темные окна в башнях.
– Ну, если только тараканов… – еле слышно произнес он. – У меня странное чувство, будто… – Он пожал плечами. – Глупости. Мы останемся здесь, если ты так решила, – повернулся он к Бринн.
– Мне так хочется! – твердо сказала она.
– Прекрасно! – Малик спрыгнул с коня и снял Эдвину с лошади. – Пошли, найдем этот колодец и убедимся, что вода в нем чистая.
Проводив их взглядом, Бринн повернулась к Гейджу.
Он стоял, подняв голову, словно прислушивался к чему-то, и, когда они пошли к замку, с его лица не сходило настороженно-любопытное выражение.
– Они здесь, верно? – мягко спросила она. Он посмотрел на нее.
– О ком ты?
– Гевальд, его жена и все его храбрые рыцари. Я всегда чувствовала их присутствие.
– Ерунда!
Она покачала головой.
– Порой дух живет вопреки всему. Вот почему это печальное место. Нехорошо, когда ложишься в землю, а не возносишься к небесам, – улыбнулась она. – Мне казалось, ты сможешь услышать их.
– Почему?
– Потому что ты воин, как и Гевальд. Вот ты вышагиваешь по этим залам в своих доспехах… – Она явно видела его, его черные волосы, на которые алый отсвет бросали вогнутые сводчатые окна, мимо которых он проходил, направляясь в зал, чтобы встретиться с Гевальдом и другими рыцарями. Ей даже почудилось бряцание его оружия… – Не надо опасаться. Думаю, ты почувствуешь это там, в замке.
– А я считаю, ты все-таки немного сумасшедшая, Бринн из Фалкаара. – В его словах не слышалась насмешка, он говорил с нежностью. Отвернувшись, он принялся собирать поводья у лошадей. – Ступай в замок и посмотри, найдется ли для нас место, где можно переночевать в безопасности от неведомых существ. Я отведу животных в лес на выпас, туда, где трава погуще.
Лес!
– Я пойду с тобой! – Она быстро схватила за повод ослов, пошла вслед за ним. – Тебе может понадобиться помощь.
– Я сам справлюсь.
Но Бринн уже толкала неуклюжих осликов за ворота.
– Не сомневаюсь, но тебе будет нелегко уследить за всеми сразу.
Она с облегчением поняла, что он не возражает, и только хитро улыбается ей.
– Может, твои духи помогут мне?
– У них своих проблем хватает, чтобы еще думать о нас.
– Какие эгоисты! – Гейдж вел под уздцы четырех лошадей через мост по дороге в лес. – А я-то считал, твой Гевальд – красавец мужчина и он предложит… На кого ты смотришь?
Бринн пробежалась глазами по кустарнику, растущему вокруг.
– Вот и трава для выпаса. Чего нам еще нужно?
Его лицо стало настороженным.
– И я о том же.
Уклонившись от его взгляда, она провела ослов к поляне с сочной травой и привязала к дереву.
– Тут им будет хорошо. Чего ты копаешься? Я хочу вернуться и посмотреть, понравилась ли Малику вода из колодца.
Он повернулся к ней спиной и принялся расседлывать лошадей.
– Здесь есть волки?
– Что?
– Животные здесь будут в безопасности? Ты говорила, в лесу водятся волки.
– Они живут гораздо дальше к северу, там я и нашла Селбара. – Ей стало тепло и печально, когда она подумала о волке. Скоро она встретится с ним, возможно, даже завтра. – Волки не забредают далеко, если на их территории достаточно добычи. Я ни разу не встречала у замка даже их следов.
– Думаешь, твой волк все еще жив?
Она ни на миг не сомневалась в этом.
– Разумеется, он был совсем молодым, когда я нашла его. Теперь он в самом расцвете.
– Не представляю, чтобы волки доживали до старости. – Гейдж уже привязал лошадей к деревьям. – Ты говорила, что недолго знала его до отъезда из Гвинтала. Если он вернулся в свою стаю, то, вполне вероятно, забыл тебя.
– Я его помню.
– Он всего лишь зверь, Бринн.
– Знаю. – Но для нее он был больше, чем просто зверь. Она вылечила его, и он стал ее другом и товарищем в играх, защитой от одиночества, от жизни в замкнутом круге. – Он не забыл меня. Он сам придет ко мне.
– А за ним вся стая?
– Я не желаю говорить о Селбаре. Все будет в порядке.
Он повернулся к ней.
– Я не хочу, чтобы ты снова пострадала.
– Он не нападет на меня.
– Но он может и не помнить тебя вообще, как и тот священник из деревни. Приготовься к этому.
– Ты не понимаешь. Селбар не такой. Он на самом деле заботился обо мне.
– Надеюсь, ты права.
Ей нельзя ошибиться в Селбаре, ведь во многом он воплощал для нее Гвинтал – дикий и прекрасный, частью которого она была. Она не переживет потери волка. Повернувшись, Бринн направилась к замку.
– Посмотришь.
Ступая вслед за ней, он мрачно заметил:
– Наверняка увижу. Я не собираюсь отпускать тебя на встречу с твоим волком без себя.
***
Вода в колодце оказалась чистой, но они вначале привели все в порядок, прежде чем нагреть воду для мытья.
Уже наступила глубокая ночь, когда они в зале, у камина, сели ужинать, приготовив дичь, пойманную Маликом днем.
– Замок действительно великолепный, – сказала Эдвина. – Интересно, почему никто из жителей деревни не захотел поселиться здесь? – Доев один кусок, она взялась за другой. – Здесь так просторно. Ты сказала, из семьи Гевальда никого не осталось?
Бринн покачала головой.
– У его жены не было детей.
– Как жаль! – с горечью заметила Эдвина. – Он, должно быть, очень расстраивался по этому поводу.
Бринн поняла, что она как бы переносила поведение ее собственного мужа на Гевальда.
– Да, ему хотелось иметь наследника всего этого, но говорили, что он никогда не укорял свою жену. Он любил ее всем сердцем.
– Так не бывает! – усмехнулась Эдвина недоверчиво. – Мужчины всегда винят женщин в своих грехах. Думаю, и твой благородный Гевальд был не лучше.
– Я не согласен, – вступил в разговор Малик. – Далеко не всегда для мужчины плод любимой женщины дороже ее самой.
Эдвина встретилась с ним взглядом.
– Так легко решает тот, кого это не касается. Ты совсем по-другому заговоришь, когда другие мужчины будут хвалиться своими красивыми, здоровыми сыновьями, а тебе и сказать будет нечего. Без детей мужчине нельзя, как и женщине.
Бринн и Гейдж понимали, что Эдвина с Маликом говорили не о несчастной супруге Гевальда. Боль исходила от Эдвины. Даже если вскоре и придет время, когда Ричарда уже не будет между ними, то все равно неспособность Эдвины родить ребенка могла стать непреодолимым препятствием для Малика.