Чтение онлайн

Он буквально снёс её с места и пригвоздил собой к стене рядом. Не дав возможности опомниться, Александр тут же впился в любимые желанные губки, а руками обхватил талию в хлопковом, стёганом халате.

Но и Сула тоже не дремала. Жаклин не успела отпустить её ошейник, поэтому собака не смогла в свойственной ей манере впиться гостю где-нибудь внизу, в лодыжку или голень. Она схватила то, что оказалось ровно напротив её пасти, а точнее — коленку. Но поскольку коленная чашечка парня такого роста как Александр МакЛарен, это тоже не семечко рожкового дерева, то собаке удалось только лишь обхватить её челюстями, но сильно сжать не получилось — слишком широко была разинута пасть.

— А-а-а-а… — приглушенно взвыл парень, хватаясь за ногу.

— Сула! — крикнула Жаклин довольно громко и дёрнула за ошейник.

Собака тут же разжала челюсти. На морде было написано, что она всё понимает, но и её тоже понять нужно.

— Уф-ф, — держался ладонями за коленку гость.

— Сула, бессовестная такая! — поволокла охранницу Жаклин в ванную. — Сказала же: «Нельзя». Почему не слушаешься?

Хозяйка отвела животное и тут же прибежала к парню, который при свете лампы в прихожей, пытался рассмотреть дырочки на своих джинсах.

— Идём скорей на кухню, — потянула его за руку девушка. Александр похромал за ней.

— Ставь ногу, — подвинула Жаклин ему низенький детский стульчик. Гость тут же послушался. — Ну… тут у тебя прокусана штанина, — пригнувшись и прищурившись, осторожно, но уверенно и умело дотрагивалась доктор Фортескью до пострадавшего участка. — Чтобы осмотреть получше положено разрезать, — выпрямилась она.

— Режь, — кивнул Алекс.

Девушка достала ножницы и разрезала сбоку брючину до самого таза.

Никакой трагедии с коленом не оказалось, Сула даже до крови не прокусила, а только лишь очень сильно прижала и сдавила ткани и покарябала кожу. Поэтому Жаклин продезинфицировала рану, намазала ранозаживляющим кремом и перевязала.

— Мазь с анестезирующим эффектом, — поясняла она, зашивая штанину крупными рабочими стежками и стыдясь в это время своих собственных мыслей.

Дело в том, что увидев обнаженную стройную мускулистую ногу Алекса с довольно внушительной порослью мягких светлых волос, Жаклин вспомнила: как приятно эти волосинки ласкали и щекотали кожу на её ногах, когда переплетались их конечности под одеялом. — Вот, — перекусила нитку девушка и помассировала немного пальчиками повреждённое колено под джинсами и повязкой.

— Спасибо, — потерпевший кивнул, выпрямляя ногу и прислушиваясь к ощущениям. Острой боли не было, только лишь что-то ноющее.

«Ерунда», — подумал бывший футболист и действующий боксёр.

— Чай будешь? Тебе стоит немного посидеть спокойно пока впитается мазь, — Жаклин укладывала швейные принадлежности в жестяную коробку из-под шоколадок.

— Нет, не буду. Ты только что переболела и тебе нужно лежать. Я сейчас кое-что скажу и уйду.

Девушка вспомнила, как сегодня вечером, всего несколько часов назад, легко и просто отправила Александр побыть одному. Сейчас, уже ночью, его «уйду» больно резануло по ушам и откликнулось эхом где-то там, в районе солнечного сплетения. Слишком много ночей она провела в одиночестве, слишком много места пустовало в её холодной постели.

«Как больно», — внутренне сжалась девушка и, замявшись, будто в неловкости забегала глазами по пространству кухни.

— Не уходи, — тихо прошептала Жаклин и тут же, застеснявшись своей откровенности, кинулась убирать коробку в шкаф. Она всё ждала, что Александр что-нибудь скажет, и как могла заполняла тишину грохотом предметов и дверец шкафа. Но от парня не исходило ни звука, и когда источник шума исчерпал себя, девушка повернулась.

На её любимом родном лице красовался старый добрый покер фейс, и что спрятал за ним хозяин, оставалось только догадываться.

«Ему тоже больно», — догадалась Жаклин, а Александр тем временем сделал к ней пару шагов и взял за руку.

— Идём, — двинулся он на выход из кухни.

Глава 62 Ночь

Глава 62

Ночь

Они прошли в гостиную. Попутно Жаклин всё-таки освободила из заточения свою хулиганку и наказала ей охранять пустую прихожую. Та сделала вид, что если не послушалась, то хотя бы согласилась.

Когда девушка зашла в гостиную, Александр, стоял там, не зажигая света и сжимал в руках мягкую игрушку ёжика.

— Ложись, — показал он рукой с ежом на диван. — Я с тобой посижу, — и отложил игрушку на столик рядом. Жаклин послушно улеглась, а парень опустился перед ней на колени и оперся о край её ложа предплечьями. Он замер и принялся блуждать нежным ласкательным взглядом по её личику. Потом прикоснулся к её щеке указательным пальцем и в задумчивости начертил на ней пару кругов.

— Я люблю тебя. — Он всё-таки не выдержал, взял её руку и поцеловал внутреннюю сторону ладони, после чего погладил это место своим большим пальцем. — Я действительно люблю тебя, Жак.

— Алекс…

— Постой… — в предостерегающем жесте остановил её мужчина. — Помнишь, ты как-то сказала, что не признаёшься мне в любви, потому что слова: «Я тебя люблю» не передают того, что ты ко мне чувствуешь?

Девушка несильно кивнула, а парень, будто тоже соглашаясь с самим собой, утвердительно закивал головой и закусил уголок губы.

— Вот и я пришёл попросить у тебя прощения, но теперь понимаю, что слова: «Прости меня» не передают того, насколько мне жаль, что мы не были вместе эти четыре года.

— Мне тоже. — Она чуть придвинулась к нему поближе.

— Поэтому, что бы я там ни сказал, это всё будет не то, — развёл он ладони в стороны. — Недостаточно. Я вообще, честно признаться, даже не представляю: как тебе жилось все эти годы. Я не представляю, Жаклин, — медленно закачал он головой.

На этом моменте девушка плотно закусила губы меж зубов и её глаза налились слезами. Но вместе с тем, она радовалась, поскольку понимала, что мужчина находит нужные слова. Нужные ей. Именно ей.

— Жаклин… — дёрнулся к ней МакЛарен, — иди ко мне. — Развёл он руки в стороны шире, приглашая её в свои объятья.

Она бросилась к нему и обвилась вокруг шеи, как утопающий хватается за проплывающее мимо дерево. Почувствовав его тело, ладошками ощутив его волосы на затылке, звуки жёсткого, мужского дыхания, запах кожи с остатками лосьона, такой родной, долгожданный, желанный, необходимый, такой обволакивающий и анестезирующий, Жаклин захотелось заорать. На весь Лондон. Как орёт человек на вершине горы после трудного восхождения или подняв штангу с рекордным весом на Олимпийских играх.