Полный Шатдаун
Шрифт:
Что происходит? одними губами произносит он.
Я пожимаю плечами и поворачиваюсь к тренеру, который смотрит прямо на меня.
– Если я выведу тебя обратно на последние три минуты, как думаешь, ты сможешь двигаться быстрее, чем моя бабушка?
Я сохраняю невозмутимость, зная, что он не ошибается. Я был чертовски медлителен.
– Ты играешь так, словно у тебя какая–то травма, – раздраженный тон тренера отражает мои чувства.
Без всяких оправданий и, следовательно, без ответа на его заявление, я надеваю каппу и встаю, готовый к смене, когда его рука опускается мне на плечо.
– Я не знаю, что творится в твоей голове, Брайс. Но ты капитан, и тебе нужно подавать пример. Это включает в себя то, что личные проблемы не должны касаться катка.
Срочная новость: они не остались в стороне от катка.
Я играл дерьмово, но каким–то образом Мэтту Райсу – нашему помощнику капитана и вингеру – удалось нанести невозможный удар по воротам, добившись результата, в котором мы остро нуждались, чтобы сохранить недавнюю форму.
– Хорошо сыграно, – Арчер подходит ко мне, когда я снимаю левую перчатку и пожимаю руки некоторым игрокам соперника, которых знаю уже несколько сезонов.
– Ты же знаешь, что сарказм – это низшая форма остроумия, верно?
Арчер смеётся рядом со мной, пожимая руку тренеру Филадельфии. Он хорошо знает эту команду и особенно кайфует от игр здесь, поскольку это его родной город и команда детства.
– Ты стоил мне серии игр в сухую, – отвечает он игривым голосом, хотя я чувствую его разочарование. – Что происходит, чувак?
Я останавливаюсь на полпути к выходу из туннеля, когда остальная команда направляется в раздевалку. Я должен был бы радоваться — даже испытывать гребаное облегчение, — что моя сегодняшняя игра не стоила нам победы.
Туннель почти пуст, когда я перестаю жевать уголок капы и полностью вытаскиваю её изо рта.
– Коллинз, – это всё, что я говорю, не зная, как лучше объяснить то, что крутится у меня в голове.
Лукавая ухмылка растягивает губы Арчера. Возможно, он точно знал, что происходит. Возможно, он на долю секунды отвлекся от Дарси и увидел мою руку на бедре Коллинз.
– А что насчет неё? – спрашиваю я.
Я прикрываю рот рукой, к горлу подкатывает короткая волна тошноты.
– Я думаю…Я думаю, что хочу её.
Он переминается с ноги на ногу, на его лице всё та же улыбка.
– Скажи мне что–нибудь, о чём мы ещё не знаем. Я понял это, когда она отшила тебя в прошлом ноябре прошлого года и ещё раз прошлой ночью.
Он ничего не упускает, чёрт возьми.
Я снимаю шлем, почесывая затылок.
– Нет, ты меня не понял. Я хочу её. Больше, чем секс. Я правда... – я набираю в грудь воздуха. – Она мне полностью нравится. Я не могу перестать думать о ней. Мой мальчик в восторге от неё, и, чёрт возьми, я тоже. Я думал, что смогу забыть об этом, понимаешь? Держать себя в руках и не позволять чувствам встать у меня на пути, – я резко выдыхаю. – Увидев того парня с ней прошлой ночью...
– Тот блондин?
Я киваю один раз.
– Видеть, как он к ней пристает? Я не мог смириться с мыслью, что она пойдет с ним домой. Я думаю…Я думаю, что единственная постель, в которой я хочу её видеть, – это моя.
Арчер отводит взгляд в сторону, на его лице отражается дискомфорт.
Я знал, что он не тот человек, с которым стоит говорить об этом. Джек был бы моим лучшим вариантом. Арчера никогда не интересовали чувства, особенно когда дело касалось женщин. Он отличный парень и чертовски хороший друг, но подобные разговоры просто не в его компетенции.
– Чёрт, Сойер, – отвечает он. – Я не знаю, что сказать. Ты хочешь сказать, что влюблен в неё?
– Нет, – выдавливаю я, моё разочарование от всей этой ситуацией постоянно растет. – Я просто хочу сказать, что, что бы я ни чувствовал, это сильно. Когда мы переспали, у меня были чувства. Она была первой женщиной после Софи, с которой у меня действительно были отношения на каком–то уровне и совершенно не похожие на те, что были у меня раньше. Она бросает мне вызов, – я хихикаю, как гребаный подросток. – Ты был прав, когда спросил, спали ли мы вместе в ту ночь, когда я отвез её домой. Мы переспали, и это была одна из лучших ночей в моей жизни. Но не для неё. Она сказала мне, что я был среднячком.
Его глаза вспыхивают, прежде чем он сгибается пополам от смеха.
– Господи, я бы никогда, чёрт возьми, не оправился, если бы какая–нибудь девушка сказала мне это.
Он смеется ещё громче, и я жду — с ещё большим раздражением — когда он прекратит.
– И после того, как она это сказала, ты говоришь мне, что влюбился в эту девушку ещё сильнее?!
Я натянуто улыбаюсь ему.
– По сути, да.
– Господи. Ты действительно в заднице.
– Спасибо. Чертовски полезно, – отвечаю я.
Смех Арчера затихает.
– Что там за история с Эзрой? Ты сказал, что он в восторге от неё или что–то в этом роде.
Я вспоминаю ужин у Джека и Кендры и выражение его лица. Звуки его смеха и визга, которые наполняли улицу, когда он ехал на мотоцикле позади неё. Выражение лица Коллинз за столом в тот вечер, когда я сказал Эзре, что мы не можем пойти к ней, и ещё раз, когда я сказал, что он не может больше приходить к ней в гараж. Она была не просто разочарована из–за него; она и сама была искренне опустошена. Я это видел. Я чувствовал исходящее от неё тепло.
– Это трудно объяснить, но рядом с ней он оживает. Трудно не влюбиться ещё сильнее в человека, который делает мир лучше для твоего ребенка.
Он не отец, но я знаю, что мой вратарь понимает это.
– Итак, что ты собираешься делать?
Я грустно усмехаюсь.
– Она не чувствует того же. Вполне вероятно, что она уедет из города в ближайшие несколько месяцев, может быть, даже недель. Если я продолжу в том же духе, то у меня будет билет в один конец, и мне причинят боль. Тем не менее, это не помешало мне попросить её пойти со мной домой в среду. Я даже выдавал себя за её парня, чтобы удержать её подальше от этого развратного засранца.
Арчер издает звук согласия, и это выводит меня из себя.
Он делает короткую паузу, прежде чем заговорить.
– Скажу честно, из того, что ты говоришь, я думаю, что твои чувства уже находятся под угрозой.
– Итак, что бы ты посоветовал?
Он ухмыляется в ответ.
– Что ж, надеюсь, мой совет будет лучше, чем тот, что ты мне дал о Кэсси и Шейне.
Я закатываю глаза и жду, когда он продолжит.
– Скажи ей, что ты чувствуешь.
Я качаю головой, на меня снова накатывает тошнота. После Софи я заключил сделку с самим собой, что мы с Эзрой — команда.