Чтение онлайн

Он хочет большего, как я и предполагала. Он хочет обязательств и долгих вечеров в обнимку перед фильмом. Он хочет пить какао в холодные дни и лепить снеговиков на заднем дворе зимним утром.

Ему нужна женщина — не для того, чтобы заменить Софи, а чтобы она сыграла материнскую роль в жизни Эзры.

Каждый раз, когда я нахожусь в его присутствии, я не могу избавиться от ощущения, что, возможно, я тоже хотела бы такой жизни, особенно если бы это было с кем–то вроде Сойера. Но необходимость предложить ему такую стабильность — постоянство, которому я сопротивлялась всю свою сознательную жизнь, потому что по сути это просто не для меня, — заставляет меня отступать каждый раз, когда мы становимся ближе.

Может быть, это правильный человек и неправильные обстоятельства. Я не знаю. Я рассматривала возможность того, что однажды я оглянусь назад на свою жизнь, одинокую и старую, и пожалею о решениях, которые приняла, когда была моложе.

Но если я буду с Сойером и Эзрой и в конечном итоге струшу, я знаю, что ещё больше пожалею о том, что причинила им боль.

Итак, почему это чертовски сложно? Я волк–одиночка; это то, к чему я привыкла. И почему мысль о том, что Сойер в конце концов встретит женщину, которая даст ему всё, чего, я знаю, он хочет, причиняет такую боль, какой я никогда не ожидала?

Потому что он не единственный, кто улавливает чувства.

Когда во вторник он остановился возле моего дома, я помедлила, прежде чем потянуться к дверце его машины. Прямо там, на кончике моего языка, вертелись слова, которые я так сильно хотела сказать. Не хочешь подняться наверх?

Проглотить эти слова было труднее всего. Пять слов, которые опустошили меня. Я знала, что если спрошу его, он скажет “да”, но только при условии, что у нас будут официальные отношения.

Когда я повернулась, чтобы уйти, он схватил меня за левую руку и развернул лицом к себе. Конечно, мы увидимся снова, но уже не так, как раньше. Эта глава между нами закончилась, не успев начаться.

И это всё из–за меня, и мне стало ещё больнее от поцелуя, который я обещала, что мы никогда не разделим, но я всё равно позволила ему это, даже после того, как он признался в своих чувствах.

Он хотел знать, что мне нравится в постели; он хотел увидеть ту часть меня, которую, как я была убеждена, он возненавидит. Хотя сейчас всё, о чём я могу думать, – это о том, как бы я довела нас обоих до экстаза, и насколько потрясающим это могло бы быть, если бы этот поцелуй имел какое–то значение.

Самое лучшее, что я могла бы сделать, – это держаться подальше, видеться с Кендрой, Дженной и Дарси вне остальной группы друзей. Заниматься тем, что у меня получается лучше всего, и держать дистанцию между собой и своими чувствами. Я даже могу уволиться с работы, которую, как я знаю, всё равно, скорее всего, потеряю, и переехать в Нью–Джерси – место, где мне ещё предстоит побывать. Чёрт возьми, я даже могу отправиться в Европу, или вернуться в Японию, или, может быть, даже посетить Австралию.

Прямо сейчас я могла бы быть в любом месте, но всё же я сижу в семейной ложе рядом с двенадцатилетним мальчиком, который быстро превращается в моего лучшего друга, и смотрю, как "Blades" играют на домашней арене со "Scorpions", – и это именно то место, где я хочу быть.

Прошлым вечером, когда я лежала, свернувшись калачиком, на диване, смотрела "Очень странные дела" и ела легкие закуски, позвонила Кендра и потребовала, чтобы я пришла на игру, чтобы она могла меня увидеть.

У этой девчонки есть привычка таскать меня за собой по разным местам.

Она, вероятно, ожидала оправдания. Вместо этого она получила Коллинз, о существовании которой даже не подозревала. Дамбу прорвало, и я разрыдалась, уткнувшись в кукурузные чипсы с соусом. Я рассказала ей всё — от поцелуя до того, что я сказала, когда он попросил дать нам шанс.

Я не знаю, знает ли Сойер, что я здесь, сижу рядом с его сыном и бывшими родственниками жены, и я не знаю, как бы он к этому отнесся.

Он, вероятно, разозлился бы на меня за то, что я провожу больше времени с Эзрой и знакомлюсь с его семьей, когда я сказала ему, что у меня не может быть с ним отношений.

Счёт игры 1:1, и в разгаре первого периода Эзра хлопает меня по плечу пенопластовым пальцем, который у него на руке.

– Если бы ты могла выбрать только одно, что бы ты хотела: чтобы мой папа поднял Кубок Стэнли, или чтобы к тебе в гараж бесплатно доставили новенький Харлей?

Я легонько барабаню пальцами по нижней губе. Это действительно трудное решение.

– О какой модели и цвете мы говорим?

За последние полчаса, с тех пор как мы все сели, чтобы посмотреть игру, Эзра рассказал мне кое–что о мотоциклах, чего я сама никогда не знала. По словам Алиссы и Дома, он сменил Fortnite на журналы о мотоциклах и одержим последним документальным фильмом о байкерах, только что вышедшим на Netflix.

– О, это просто, – отвечает он оживленным голосом. – CVO Road Glide ST черного цвета.

Мои губы складываются в букву "О", когда я выдыхаю горячий воздух.

– Да, эта модель была просто нечто.

Он скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку сиденья.

– Если бы мне предложили что–нибудь подобное, папа никогда бы не получил “Стэнли”, и точка.

Я фыркаю от смеха, привлекая внимание Кендры и Дженны, и они мило улыбаются, обе очарованные парнем, сидящим рядом со мной.

– Думаю, я бы пожертвовала мотоциклом ради мечты твоего отца, – тихо отвечаю я.

Наклонившись, чтобы взять свой попкорн, он опрокидывает его, и он рассыпается по полу. Его плечи опускаются, но он не позволяет этой досаде отвлечь его от мыслей.

– Ты бы сделала это? Я имею в виду, ты бы отказалась от CVO?! – восклицает он с недоверием в голосе.

Я беру свою сумку и расстегиваю её, вытаскивая пакетик драже.

– Иногда я думаю, что смысл жизни в том, чтобы идти на компромисс или просто находить радость в том, что другие воплощают свои мечты.

Не буду лгать; последние несколько дней были для меня очень эмоциональными, и взгляд зеленых глаз Эзры, когда он впитывает мои слова, заставляет мои глаза остекленеть, когда я вспоминаю разговор в японском саду. Там я была уязвимой спустя долгое время, и мне понравилось это ощущение.