Чтение онлайн

— Не смей смеяться! — крикнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы от унижения, бессилия и от того, что всё это правда. — И попрекать тоже не смей! Ты вообще демон! И не такое творил!

Я замолчала, тяжело дыша. Сердце колотилось, в висках стучало, а щёки горели так, что, наверное, можно было яйца печь.

Тишина. Хэй Фэн молчал. И это молчание было хуже любой насмешки.

— Я... — начала я снова, уже тише, пытаясь взять себя в руки. — Я просто... Не надо было...

Я замолчала, не зная, как закончить. «Не надо было так говорить»? «Не надо было прижиматься»? «Не надо было просыпаться»? О да, лучше было вообще не просыпаться! Никогда!

В темноте снова раздался вздох. Но теперь в нём было что-то похожее на смирение.

— Светлячок… — Голос Хэй Фэна звучал ровно, без тени насмешки. — Я не попрекаю. Я просто ответил на вопрос.

Я замерла. Дыхание всё ещё сбивалось, сердце всё ещё колотилось, но злость начала уходить, уступая место чему-то другому. Чему — я не понимала.

— И вообще, — добавил он, и в голосе мелькнула тень прежней ленцы, — если бы я хотел тебя попрекнуть, я бы выбрал момент получше. Например, прилюдно. На площади. При твоём принце и наставнике.

Я открыла рот для новой порции возмущения и вдруг поняла, что он шутит.

Это было так неожиданно, что я фыркнула. Совсем как он только что. И от этого фырканья напряжение вдруг рассыпалось, как порванные бусы.

— Нашёл время шутить, — сказала я в темноту, но в голосе уже не было злости.

— А когда ещё шутить? — лениво отозвался Хэй Фэн. — В темноте, в Лабиринте, с девицей, которая то прижимается, то отрицает, что прижималась. Лучше момента не придумать.

Я хотела снова возмутиться, но вместо этого рассмеялась. Тихо, коротко, почти удивлённо. Смех прозвучал странно в этой каменной тишине, но почему-то был уместен.

Кончики пальцев вдруг защипало.

— Я не отрицаю, — сказала я примирительно. — Я просто... объясняю.

— Объясняешь, — согласился он. — Я услышал.

Тишина. Но теперь она стала другой. Спокойной и почти уютной.

Пальцы продолжало пощипывать. Странное, тёплое покалывание, будто сотни крошечных иголочек касались кожи изнутри. Я посмотрела на свои руки и ахнула.

Из груди, из самого центра, где только что пульсировало тепло и вибрировал смех, вырвалась волна. Она поднялась по плечам, скатилась к локтям и хлынула в ладони, послушная и почти забытая. Я не думала, не направляла, просто позволила ей течь, и она заструилась, как вода, как дыхание.

Из кончиков пальцев вырвались искры. Маленькие, золотистые, они кружились в воздухе, разгорались ярче, множились, пока вся моя рука не оказалась окутана роем светлячков. Они взлетали, поднимались выше, освещая пространство вокруг — каменную стену, край лежанки, тёмный силуэт рядом.

— Ой... — выдохнула я, забыв про всё.

Светлячки танцевали в воздухе живым, тёплым роем. Я протянула другую руку, и они перетекли на неё, закружились вокруг запястья, будто здороваясь. В груди разливалось такое знакомое, такое родное тепло — то самое, что я считала потерянным навсегда.

Я зажгла свет. Сама. Своей ци.

— Получилось... — прошептала я, и в голосе звучало столько удивления, сколько не было, наверное, за всю мою жизнь. На глазах выступили слёзы радости. — Получилось!

Светлячки взметнулись выше, разгоняя тьму, и я увидела комнату, в которой мы оказались. Небольшая, с низким потолком, с лежанкой, врезанной в стену. И рядом — его. Хэй Фэн лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на меня. В свете искр моей ци его лицо казалось почти человеческим. Тёмные волосы рассыпались по плечам, в глазах плясали золотистые отблески.

Он едва заметно улыбался. И в этой улыбке не было ни насмешки, ни ленцы.

— Молодец, Светлячок, — сказал он тихо.

Я попробовала снова направить ци в пальцы, как учили. Светлячки послушно закружились, но стоило мне захотеть собрать их в шар или заставить лететь в сторону, как они погасли, и снова стало темно.

Но расстройства не было. Получилось же! Пусть ненадолго, пусть неумело, но свет зажгла я сама. Значит, получится и потом.

Снова воцарилась тишина. Та самая, спокойная, почти уютная, но теперь, когда я проснулась окончательно, в ней появилось что-то ещё. Неловкость. Я вдруг остро ощутила, что мы находимся рядом. Слишком близко. Что его рука только что была на моём животе. Что я прижималась к нему во сне. И до сна тоже.

Щёки снова вспыхнули. Я поспешно села, отодвигаясь к краю лежанки, насколько позволяло пространство. Холод камня пробрал сквозь одежду, но это было лучше, чем демонов жар.

— Откуда ты знаешь про комнаты отдыха? — спросила я, лишь бы заполнить тишину. — Что здесь стены не двигаются и всё остальное.

В темноте раздался ленивый голос:

— Проходил тут дважды. Тьма для меня не проблема, и мы с этим Лабиринтом не то чтобы одной природы, но есть общее в основах. Так что я быстро понял, по какому принципу тут всё устроено.

Дважды? Он был в Лабиринте дважды?

— Но... легенды говорят, что в Лабиринте был Кай Синхэ. А ты его создал и заманил сюда противника, а сам шёл поверху. Потом он догнал тебя, и вы бились в долине. А в Лабиринт ты не спускался.

Хэй Фэн хмыкнул. В этом звуке послышалась знакомая насмешка, но смягчённая, будто он не надо мной смеялся, а над чем-то своим.

— Легенды, конечно, лучше знают, — протянул он. — Ты можешь верить им.

Я нахмурилась, но обижаться не стала. Спросила другое:

— Раз ты всё знаешь об этом месте... Может, пойдём к выходу? Почему мы тут сидим?

— Не стоит привлекать внимания, Светлячок. — Голос демона стал серьёзнее. — Ты не должна выходить в числе первых. Лучше ближе к концу. Пусть остальные думают, что ты еле справилась, что повезло. Иначе можно столкнуться с лишними неприятностями.

— Неприятности?

— Во-первых, на тебя уже дважды напали, и этому наверняка есть причина. Во-вторых, если ты слишком хорошо себя покажешь, то нам могут устроить повторную проверку, а шутка с талисманом ещё раз не сработает. В-третьих, сильные заклинатели любят убирать соперников до того, как те станут опасны. Если ты выйдешь первой или даже в десятке, у тебя появятся враги. А нам лишнее внимание ни к чему.

Я вздохнула, но спорить не стала. Мысль о врагах, которые могут на меня охотиться, не радовала совсем.

— А... каким был Кай Синхэ? — спросила я после очередной невыносимо неловкой паузы. К тому же меня разбирало любопытство.

Хэй Фэн снова долго молчал, но в этот раз я была уверена, что он ответит. И через несколько мгновений раздался задумчивый, почти отстранённый голос:

— Хороший заклинатель и сильный соперник. — Молчание. — Но слишком самоуверенный. Примерно, как твой принц.