Помощница для князя оборотней
Шрифт:
Тетка Глафира стояла напротив и время от времени вытирала слезинки уголком головного платка.
– Ну чисто сыночек мой Ярочек, прими боги его душу… Ох, сердечко болит…
А Василиса еще старательней принялась разглядывать начищенный чугунок. Значит, ее сын умер. Так печально...
– Мне очень жаль, тетя Глафира… Детки - это… - И снова запнулась.
А Глафира вдруг круто развернулась и ушла. Наверное, умыться. Василиса осталась одна, но никто не обращал на нее внимания. В кухне кипела работа. Повара готовились к вечернему пиру. Стучали ножи, гудело пламя в печах, звенела посуда.
Василиса отставила чугунок на лавку. Ну и что ей делать? Время поджимает, стрельцы ждут свой окорок. И Проську-кухарку…
Но Глафира возникла перед ней так же внезапно, как появилась.
– На вот, бедовый, - сунула ей… сапоги! Ужасно потрепанные, но целые!
Василиса аж на лавке подпрыгнула.
– Спасибо! Ой, благодарю! От всего сердца, правда-правда!
– И это, - сунула Глафира ей небольшой мягкий сверточек.
– Пирожок тут с брусникою, как Ярочек любил…
Женщина снова вздохнула и вдруг нахмурилась.
– А теперь давай живенько за работу!
– Хорошо! Только, - Василиса замялась, - стрельцы меня за окороком посылали… Грозились наказать, если не принесу.
Глафиру аж затрясло.
– Ах они, коты толстомордые! А смелости ни на грош! Они ж тебя, мальчонка, аки овечку кроткую под нож отправили. Сами-то испужались ухватом в лоб получить! Погань!
Василиса закивала.
– Ваша правда, тетенька. Такие слова говорили - слушать стыдно!
– Небось, Проську вспомнили!
– Ага, ее…
– Вот им всем!
– скрутила фигу.
– В погребе беспутницу запру! А ты хватай разнос, - указала пальцем.
– Да беги скорее. Будет им окорок…
И ушла, бурча что-то нехорошее.
Василиса поежилась. Как бы не вышло ей все боком. Ну да ладно, надо пироги и сапоги отрабатывать. А потом сбежать можно. В тереме ее лицо уже примелькалось, так что оставаться здесь - не вариант.
Примерив обувь, которая оказалась впору, Василиса спрятала за пазуху пирог и схватила поднос. Тяжелый, зараза!
– Эй, мальчонка, подмогнуть?
– крикнула одна из трущихся рядом служанок.
Ее товарки захихикали. Но Василису это не смутило.
– А помогите, красны девицы! Проводите меня, будьте любезны, а я… э-э-э… богам за вас помолюсь! Чтобы мужа себе нашли богатого да красивого! Князя, не меньше!
Кажется, служанки слегка обалдели от ее речи. Переглянулись и как захохочут!
– Ишь, какой языкастый!
– Не диво, что карга тебя приветила!
Это они про Глафиру?
– Точно ли помолишься?
– продолжили язвить служанки.
– А то мужики болтать горазды!
И снова засмеялись. Василиса терпеливо ждала. Она этих щебетух на своем веку повидала вот сколько! Как придут молоденькие практикантка, так вся лаборатория на ушах.
Отсмеявшись, девицы поманили Василису ближе.
– Идем, работничек дорогой.
– Уж проводим со всем почтением.
И направились вглубь кухни.
Сначала Василиса напряглась - мало ли куда ее решили смеху ради завести. Но девушки оказались вроде бы нормальными. По узкому чуть грязноватому коридору вывели ее в правое крыло терема и с шутками-прибаутками довели до нужной горницы.
– Вот тут наших дорогих гостей потчуют, - шепнула одна.
– Видишь?
Василиса заторможено кивнула. Ещё бы не видеть!
Напротив окна в окружении мисок сидел громила. И ел… Много ел. Как оголодавший до жути хищник.
Зубами рвал истекавшее соком мясо. Косточки трещали, не выдерживая натиска мощных челюстей. А стаканы напитка легко исчезали в его глотке один за другим.
За ее спиной тихонько вздохнули.
– Ой, девоньки… Каков мужик!
– Твоя правда. Услада для глаз!
И разорение кошельку. Такого проще убить, чем прокормить.
– Ну чего стоишь?
– шепнула третья.
– Неси давай!
Василиса поёжилась. Не то чтобы она боялась Северяна, но в последнюю их встречу он был не в настроении. А сейчас, судя по нахмуренным бровям и сердитому стуку кружки о столешницу, к нему вообще лучше не приближаться. Убьет.
Но девки аккуратненько толкнули ее, и Василиса пошла.
Один шаг, второй, третий… Громила коротко зыкнул, словно иглой уколол, и снова уставился в миску.
Вот и отлично.
Василиса даже немного ободрилась. Но рано, очень рано… Откуда ни возьмись, возник худой смуглолицый мужчина в пестрых одеждах.
– Вон ить-ди!
– зашипел с явным акцентом и…
Василиса сама не поняла, как ублюдок умудрился подставить ей подножку. Земля резко ушла из-под ног, и Василиса с криком полетела на громилу. А поднос вместе с ней.
Глава 6
Горницу сотряс оглушительный звериный рык. Схватив Василису за грудки, Северян без усилий поднял ее высоко в воздух и встряхнул.
– Совсем ополоумел-р-р-р?!
А глаза багровым светятся. В прямом смысле этого слова! Как раскаленные угли!
– Кх-х-х… - прохрипела Василиса, впиваясь ногтями в мужское запястье.
Громила оскалил клыки - боже, откуда у него клыки?! Их ведь не было!
– и встряхнул ее так, что зубы клацнули.
– Прибью!
– Н-не-е-е…
– Добр-р-ра не помнишь?!
– Я-а-а….
– Отвечай!
– Дурак!
– не выдержала Василиса.
– Меня толкнули!
Глаза Северяна полыхнули ярче прежнего. Василиса ойкнула. Вот сейчас ее точно прибьют за длинный язык.
Но вместо этого громила медленно опустил ее на пол. В каком-то отупении Василиса отметила живописно заляпанный кашей плащ. И даже на волосы немного попало.
Василиса нервно облизнула губы.
– Меня толкнули, вы же… ты видел все. Знаешь. Так за что… - И подавилась воздухом.
У нее сердце сейчас выпрыгнет! А все вокруг смотрят на них. Шушукаются. Трусливые гиены. Взгляд громилы изменился. Он тоже услышал эти шепотки. И наконец-то сложил дважды два.
Железная хватка исчезла.