Чтение онлайн

– Хорош языками чесать, – свернул болтовню ровный голос Хомского. – Грузите его.

– Может, заодно и второго подцепят? – предложил Гарик.

– Нет, гаплонт останется, – тут же встрял Оскар.

– На кой он тебе? – с подозрением осведомился Слесарь.

– Палатку будет разбирать! – огрызнулся пират.

– Тебе напомнить правила Шкипера? – все также бесстрастно спросил Хомский. – Или на руке запишешь? А то что-то ты забывчив стал.

Оскар не ответил.

– Ладно, пакуем бегуна. За вещами придется два захода делать.

– Надо успеть до грозы, – поддакнул Гарик. – И до обеда.

Максим почувствовал, как его поднимают и куда-то несут. Его трясло, холодный пот затекал в уши, губы потрескались от жажды. Кровь в поврежденной ноге ощущалась жидким металлом, но не расплавленным – ледяным. Ступня потеряла чувствительность и казалась неподъемной.

В сознание вклинился громкий звук, похожий на рычание бензопилы. Максим удивился, откуда на пляже бензопила, потом сообразил, что звук слишком низкий для бензопилы, вспомнил о динги, подумал о Лоле и провалился в забытье.

«Рюкзак Лолы» – этих двух слов Руслану хватило, чтобы прийти в себя. Его захлестнуло негодованием, но тут же подоспела смешанная с отчаянием злость. Как он мог забыть, что котомка осталась в биваке? Максиму из-за этого пришлось лезть под пули, он чуть не погиб! Почему я не взял сумку с собой на яхту и не утопил, ведь палатка была прямо у меня перед глазами, я говорил с Максом и смотрел на нее!

Когда в Максима начали стрелять, у Руслана все поплыло перед глазами. Кажется, он кричал? Нет, он пытался закричать, но не мог из-за боли в груди. Набирал воздух, открывал рот – и давился кашлем. С горем пополам поднявшись на ноги, двигаясь, словно после наркоза, он успел сделать к Максиму два-три шага, но один из ублюдков ударил его в спину прикладом, повалил на песок и прижал ботинком. Руслан вырывался, но ему приставили автомат к голове.

– Лежи смирно, боец, – услышал Руслан голос этого сукиного бородача. – Ты же не хочешь остаться гнить здесь с дырявой черепушкой?

Руслан с бессильной яростью наблюдал, как Максим неуклюже пытается подняться. Эта заминка дала пиратам возможность прикончить беглеца, но даже после того как Максим снова устремился к лесу, они больше не стреляли.

Руслан представлял, как подстреленный Максим тяжело ковыляет по безмолвному сумрачному лесу, где еще день назад они проходили вместе, устало падает в кусты, из последних сил заталкивает рюкзак в заросли, чтобы никто и никогда его не нашел, ложится на спину и смотрит в затянутое кронами небо, пока дыхание не останавливается от кровопотери. Руслан не мог отделаться от этого видения, оно стояло перед глазами, словно уже приходило однажды, предостережением являлось во сне или вплелось в сознание чьим-то настойчивым шепотом, но Руслан забыл, не придал значения… Как наяву видел он омертвевший взгляд Максима, устремленный вверх, на небо в просвете меж деревьями, за которыми для него так и не начался новый день. Мысль о том, что жизнь товарища оборвется из-за каких-то подонков, обвешанных оружием и взявшихся из ниоткуда, приводила Руслана в бешенство. Он извивался под ботинком пирата, изрыгал проклятия и требовал отпустить, но захватчики только ржали, называли горячим парнем и сравнивали с верным псом, который бежит за машиной хозяина после того, как тот вывез его на окраину и оставил на обочине.

Когда Максим скрылся в лесу и двое пиратов добровольцами отправились на поиски, Гарик и Кочегар принялись собирать гильзы. Между делом они весело гадали, вернется беглец или нет.

– Ставлю на то, что не вернется, – азартно бросил Кочегар и высыпал набравшуюся горсть в надколенный карман брюк.

– На что ставишь? – пробасил Гарик, нагибаясь за очередной гильзой.

– Если не вернется, уступлю свою ночь.

– Идет. Ставлю то же самое на то, что приползет, как миленький.

Они ударили по рукам, с хохотом пожелали друг другу провалиться к чертям собачьим и продолжили заметать следы неистовой стрельбы или, как они ласково называли ее, «пострелушек».

Увидев Максима живым, Руслан и сам будто ожил. Но потом состояние друга стало ухудшаться с угрожающей скоростью. Когда белый как мел Максим рухнул в песок, у Руслана все перевернулось внутри. Что теперь будет, Максима добьют?.. Руслан пытливо следил за пиратами, всматривался в лица, вслушивался в разговоры, старался по голосам уловить настроение и предугадать их намерения. Он уже начал подыскивать слова, которые сумели бы убедить захватчиков помиловать Максима, но тут кто-то произнес: «Касательное» – и Руслан почувствовал, как падает внутри подвешенная многопудовая гиря.

Захватчики собирались отвезти Максима к себе в логово и подлатать. Это была не шутка, не чье-то предложение, это было сказано, как нечто само собой разумеющееся, и никто даже не пытался возражать или спорить. Руслан боялся поверить. Может, удача покинула их не безвозвратно?.. Лола в безопасности, пираты о ней не знают и узнать теперь никак не смогут. Как только его и Максима свезут в логово и где-нибудь запрут, Руслан прикинет план побега. «Надеюсь, нас не станут накачивать», – в отчаянии думал он, пока Гарик и Кочегар, шлепая по мелководью, грузили бессознательное тело Максима в динги. Руслан ожидал, что сейчас они запрыгнут за Хомским на носовой кокпит катера и уедут, но пираты швырнули на борт несколько первых попавшихся сумок, махнули рукой отбывающим сородичам и вернулись в разгромленный бивак.

Сопровождал Максима кореец. Нагруженный доброй частью улова камуфляжный катерок дал задний ход, развернулся и под управлением Хомского важно поплыл вслед за маленьким собратом, вспенивая волны и сыто урча. Руслан провожал динги взглядом, пока тот не скрылся за выступающим из воды отрогом горного хребта. «Держись, Макс. Пожалуйста, держись… Я найду тебя и вытащу». Сдвоенное рычание моторов стихло вдали на удивление быстро.

Оскар подошел к своим, раздраженно что-то бурча под нос, присел на рюкзак, вытащил из кармана сигареты и закурил. Некоторое время он смолил с кислым выражением лица, наблюдая, как соратники копаются в сумках, потом заметил небрежно брошенные на песок водонепроницаемые чехлы с документами и бумажниками, поднял и принялся изучать.

По телу пробежала судорога. Острая боль шевелилась в животе, как свернувшийся кольцами спрут, и давила на кишки. Руслан опустил голову и задержал дыхание, торопясь справиться с приступом, пока его состояние не заметили пираты. «Чертов психопат!» – с яростью глянул он в сторону Оскара.

Пираты тем временем, решив проблему с беглецом и проводив сородичей, наметанным глазом таможенников отыскали баул со съестными припасами и захрустели галетами, черпая ими как ложками плавленый сыр и печеночный паштет, весело переругиваясь и с мальчишеским озорством отбирая друг у друга контейнеры. Затем они вернулись к потрошению сумок, начали со смехом перебирать одежду, прикладывать к себе футболки, джемпера и фуфайки и спрашивать: «Ну, модненький я?» Супостаты баловались ветроустойчивыми спичками, игрались плеерами и перекидывались «тапками» (так они называли телефоны). С электроникой не церемонились, тыкали во все кнопки, а когда надоедало, со скучающим видом бросали прямо на песок или швыряли обратно в сумку и переключались на что-нибудь другое.

Наконец, нарезвившись, пираты разошлись по сторонам. Гарик с сигаретой в зубах принялся изучать GPS-навигатор, в то время как Кочегар устроился на сумке рядом с покуривающим Оскаром, предложил ему галеты, ничуть не расстроился хмурым отказом и углубился в смартфон Максима, дожевывая конфискованную еду и кончиком языка выковыривая из зубов остатки.

«Милану» относило течением все дальше. Пираты, по всей видимости, не настолько нуждались в деньгах, чтобы прибирать к рукам все, что плохо лежит или плавает. Как скоро кто-нибудь наткнется на дрейфующую яхту, и случится ли это вообще? На борту не осталось ни вещей, ни надувного плота, ни съестных припасов… Любой, кто обнаружит «Милану», придет к очевидному выводу, что команда успела спастись с искалеченного суденышка, высадиться на плот или на остров… Последние сигналы бедствия с Понкайо – пусть никто не ответил, но это не значит, что не слышал… У Лолы есть шанс вернуться домой. Только бы она сумела найти в себе достаточно сил, чтобы выстоять…

Четыре года назад Максим увлекся армейским сленгом, радиокодом и военными сокращениями и сумел подсадить на него Руслана и всех участников команды «Свидетели», тогда насчитывающей только пять человек. Довольно быстро новшество распространилось среди знакомых, и вскоре в окружении Руслана и Максима не осталось ни одного страйкболиста, который не знал бы, что такое трехбуквенный Альфа-код 15 .

«Свидетели» для защиты радиопереговоров уже несколько лет пользовались собственным цифровым радиокодом. Самые важные сообщения, которые употреблялись чаще всего, обозначали отдельным шифром. Делалось это так. Если не было готовых тактических сокращений, «Свидетели» переводили необходимые слова на английский и присваивали персональный код: по первой букве каждого слога – для отдельного слова; по первым буквам каждого слова – для отдельной фразы. Сложные на слух и выговор шифры укорачивали, складывая полученные числа, пока радиокод не приобретал легкость и скорость звучания. Цифровое обозначение букв английского алфавита, как и трехбуквенный Альфа-код, могло меняться каждую игру и держалось в строжайшем секрете.