Чтение онлайн

Я закусил губу и кивнул. Я... все понимал. Понимал, но осмыслить и поверить в тот факт, что Ганс сон Розалинд был вовсе не братом, а сыном Ласлы никак не мог. Не мог поверить в то, как страшно ее предали самые дорогие ей люди... и как никогда ненавидел этих людей. Перед глазами встала картина, которую я изредка видел в коридоре. Портрет Розалиндов, который Ласла так мечтала сжечь, разорвать, уничтожить...

– Но если бы они только ее оставили в покое... нет... нет, Ганс... король и принц стали с тех пор как дикие звери... бедная девушка... бедная, несчастная наша королева. Врагу не пожелаешь того, что она переносила от них... Но ты... ты действительно хороший мальчик, - растянула в улыбке губы старая нянька.
– И наша королева никогда не жалела, что ты появился на свет. Пусть так... пусть таким ужасным образом... но ты был таким хорошим... таким милым мальчиком... что она даже забыла о том, при каких обстоятельствах ты был зачат. И я этому рада. Рада, что этот... проклятый маг... дал тебе пожить... хоть так... еще чуть-чуть. Еще немного... а вот мне уже пора, Ганс. Прощай...

Она нашарила мою руку и сжала ее в своих. Я ощутил, как катятся по щекам слезы. Нет, это была не истерика... я вообще ничего не чувствовал, не понимал, но тело будто решило поплакать за меня. И старуха, трижды глубоко и шумно вздохнув, обмякла. Рука ее разжалась, сморщенное лицо застыло с блаженной улыбкой на губах. Я осторожно высвободил ладонь и накрыл старуху одеялом с головой.

Впервые на моих глазах кто-то умер...

72. Давай-ка что-нибудь сломаем!

Длинный как стол язык я опрокинул одним точным ударом ноги. Бутылки упали - некоторые разбились, некоторые остались целы. На секунду мне показалось, что все глаза, что были в них заточены, посмотрели на меня с ужасом. Вслед за столом полетел об стенку стул, одна из его ножек отвалилась и улетела в дальний угол комнаты. Испытывая в груди страшный, все нарастающий жар, я, словно кот на занавеске, повис на одном из гербов Вадгарда, с наслаждением сорвал его и втоптал в пол.

Ганс тихо всхлипывал, обняв собственные колени и вжавшись в угол.

– Твари! Да как они могли! Да как они только посмели тронуть ее!

Я не чувствовал, как из меня вылетали эти слова. Сейчас я хотел только одного - выместить всю ненависть, которую я испытывал к семье Розалиндов, хоть на чем-нибудь. Ломать. Крушить. Уничтожать. Все что угодно, только бы отвлечься от раздирающей меня боли.

Раньше, на земле, я часто так делал. Я раскидывал вещи, переворачивал мебель, мог даже с кем-нибудь подраться. Инвалидность внесла свои коррективы - без нормально работающих ног особенно не побесишься, к тому же я боялся сломать все те дорогие вещи, которыми окружила меня Ласла. И осталось у меня лишь два способа снять стресс - поплакать и поругаться. Ругался я долго. Судя по удивлению Каи, аналогов земного мата в Вадгарде не было и переводное заклинание не справилось с тем потоком брани, что лился из меня. Слезы тоже из моих глаз лились, но высохли еще до того, как мы вернулись в замок Лэд.

Только вот снять стресс это не помогло.

И, будто понимая мое желание побеситься, Ганс затащил меня в наш общий сон. Он не сказал мне об этом прямо, но я - знал. Чувствовал каким-то краем своего подсознания, что он решил таким образом мне помочь. Понимал, что он усыпил меня каким-то образом - я бы не сомкнул глаз после таких новостей, я себя знаю. Теперь же Ганс не трогал меня. Он переживал по своему, я - по своему.

– Как ты мог не знать?!
– возмущенно повернулся к нему я.
– Как ты, слепой идиот, мог не заметить, что они ее насиловали?!

На это Ганс только всхлипнул и задрожал, уткнувшись лицом в колени. Чувствуя, как гнев сжигает меня, я подошел и вздернул его за грудки. Вздернул и застыл, увидев свое собственное, только еще более красивое лицо - красное, заплаканное. Чувство было такое, будто я смотрел на своего немного глупого и очень слабого брата-близнеца, и это обезоруживало. Потому я отпустил принца, тяжело вздохнул и прикрыл рукой глаза, потирая виски.

– Я не знаю, - забормотал Ганс потерянно.
– Влад, я вообще мало что помню... все как в тумане... но я не знал, что я... что она... если бы я только знал, я бы...

– Забудь, - я протянул руку и, положив ее ему на голову, потрепал волосы.
– Забудь, забей и не переживай. Мы с тобой больше никогда не дадим ее в обиду. Никому. Идет?

Ганс шмыгнул носом и, снова разразившись рыданиями. Его холодные пальцы вцепились в мою рубашку, будто он цеплялся за меня чтобы не упасть. Такой беспомощный жест... Тяжело вздохнув я обнял его, прижал к себе как родного и похлопал по спине. Да уж, ну и проблемное мне семейство досталось - проклятая сестричка, мертвый братишка. Но истерика младшего Розалинда длилась к моему удивлению не долго. Все еще заикаясь от всхлипов, он неожиданно упрямо отстранился от меня и заглянул в глаза почти зло.

– Давай пойдем и...
– в глазах его заплясало что-то нехорошее.
– Тот портрет, я знаю, как его уничтожим. Водная магия ничто по сравнению с паровой. Пойдем, сожжем его ко мраку!

– Вот такой настрой мне нравится, - вымученно улыбнулся я и хлопнул его по плечу.
– От меня нахватался?

– Нет, - принц посмотрел куда-то вбок и вниз, потер плечо, вытер сопли.
– Просто мне надоело... ре... реветь. И я не хочу чтобы Ласла смотрела на этот треклятый портрет и вспоминала все это. Ты ведь меня понимаешь?

– Да, - согласился я.
– А потом мы пойдем к Ласле и наговорим ей кучу добрых глупостей. Дадим понять, что все кончилось. Дадим понять, что зря она от нас это скрывала. Скажем, что если бы мы знали - то встали бы на ее сторону, защитили бы. Скажем, что ей больше не нужно прятать от нас все, что она всем может с нами поделиться. Что думаешь?

– Думаю, это будет прекрасно, - согласился Ганс, а потом неожиданно сильно вцепился в мою руку.
– А теперь проснись, Влад. И не пугайся того, что произойдет дальше.

– Хорошо, - я подозрительно нахмурился и сжал его руку в ответ.
– Давай, ты в этих делах хаяховских лучше, чем я разбираешься. Так что... жги.

Принц натянуто улыбнулся... и я открыл глаза.

Сначала я не понял, что происходит. Творящаяся вокруг неразбериха казалась какой-то ненастоящей, нелогичной, как во сне. Я стоял посреди пылающего коридора ни на что не опираясь и покачиваясь от этого словно колосок на ветру. Голова буквально взрывалась от нестерпимой боли, горло жгло, а долгий, свистящий выдох, пропущенные через сложенные кольцом пальцы, затянулся неимоверно долго, будто я не из легких воздух выпускал, а сдувал находящийся внутри меня купальный круг. И ладно бы это был просто воздух - из моего рта вырывался огонь и врезался прямо в висящую на стене картину. Впрочем, от картины уже ничего не осталось, на ее месте красовалась стекающая золотыми слезами рама.

Испугавшись, я перестал выдыхать, опустил руку и, потеряв равновесие, шлепнулся на пятую точку. Сначала как сквозь вату до меня донеслись звуки - кричали люди, кто-то кашлял от дыма, шипела вылитая на языки пламени вода. В нос у ударил запах гари. Голую руку лизнул вырвавшийся из-за спины язык пламени - сожрал, подпалил край рубашки, но меня не обидел, не тронул. Спину жег чужой взгляд.

Я обернулся.

В окно на меня смотрел огромный, змеиный глаз с узким зрачком, обрамленный красной чешуей. Смотрел не мигая, неотрывно, и, как мне показалось на секунду, добродушно. Василиск? Но откуда здесь взяться василиску? Дракон?