Чтение онлайн

— Гример и мой ассистент уже согласились. Если ты обломаешь им подработку, ребята очень расстроятся, — припечатал последним аргументом Давид, намекая, что мне еще с этими людьми ещё пересекаться по работе.

А для начинающей модели любые связи лишними не будут.

— Ладно. Через сколько мне нужно быть на месте?

Через два часа я уже сидела в кресле взвинченного визажиста, которую вытащили, как и меня, в последний момент. Так что девушка яростно растирала по моему лицу тональный и ворчала, какой Давид самодур, с таким даже ради денег работать никаких нервов не хватит.

Да, с нервами и у меня сейчас был непорядок. Но фотограф и его паршивый характер были совершенно ни при чем. Я не могла избавиться от ощущения, что чернильно-черное платье, небрежно наброшенное на маникен, живое. Того и гляди взметнется дымом, а из него покажется нахальная кошачья морда.

Я даже протянула руку, чтобы его пощупать.

Прохладное, гладкое, так и льнет к коже, словно электризуясь.

— Что это за ткань?

— Без понятия. Прислали вместе с саквояжем. Сказали, что реквизит. Катерина, сиди спокойно, иначе у тебя один глаз будет больше другого.

Вид макияжа также был заказан клиентом. Он желал, чтобы я выглядела максимально милой и невинной. Этакая воспитанница закрытого пансиона для благородных девиц.

— Что ты делаешь? — удивилась визажист, когда я начала складывать свои вещи в саквояж.

Засунула в него все: от туфель на шпильке до рюкзака, с которым пришла.

— Повышаю аутентичность реквизита, — натянуто улыбнулась я, стараясь не думать о том, что камень, выданный Странником, сейчас светится на дне моей косметички.

Косметичка лежала в рюкзаке, рюкзак в саквояже, надежно прикрытый юбкой, рубашкой и парой туфель.

— Катти, ты готова? Бегом к зеркалу! Время идет! Надо успеть отснять материал до полудня.

— Хорошо, что не до полуночи, — буркнула я.

Да, фотосессия была не ночная, но в комнате все равно было сумрачно.

Стоило мне войти в фотозону, как начало скакать напряжение. Но если раньше я бы только пошутила насчет своей удачливости, то сейчас даже улыбаться не тянуло.

Я словно притягивала темноту. Она льнула к моим ногам, юбка платья струилась, будто живая. Давид ворчал, что я достала дёргаться и менять драпировку на ткани, наконец не выдержал и потребовал сбрызнуть ее антистатиком, но, едва ассистент приблизилась ко мне с баллончиком, я интуитивно поняла, что опрыскивать это платье точно не стоит. Так что я просто прикрыла юбку саквояжем и сказала, что в такой позе меня ещё не снимали. А раз заказчик прислал реквизит — значит, он для него важен.

— Два шага назад, Катти. Хочу, чтобы твоя спина отражалась в зеркале.

Я медленно начала пятиться, держа саквояж перед собой. Напряжение в студии снова скакнуло, софиты замигали, а я внезапно ощутила приятную прохладную пульсацию камня. Того самого, что лично спрятала в недрах саквояжа. Но сейчас теневой камень снова был зажат в моей руке.

— Ш-ш-ш…

Клякса? Но откуда?

Следом за знакомым шипеньем из-под моей юбки выглянула темная кошачья мордочка с сияющими, как два фонаря, глазами. Тонкие ниточки светящихся усов, яркие ушки…

Я быстро прикрыла кошку юбкой. Не увидел ли кто?

Но Давид что-то эмоционально выговаривал ассистентке и еще одной женщине, видимо, хозяйке студии. Я прислушалась к разговору. Давид доказывал, что фотограф не может работать при таком глючном освещении, а время аренды тикает, но он не собирается его продлевать из-за простоя по вине владельца помещения.

Дальше я не слушала, просто убедилась, что Давид не заметил моего чудо-зверя, и успокоилась.

— Как ты здесь оказалась?

Я склонилась на Кляксой, активно копошащейся под моей юбкой, как вдруг зверюга из-под нее выскочила и присела на задние лапы с явным желанием прыгнуть мне на руки.

Вот зараза!

Я шарахнулась от нее и внезапно поняла, что вместо зеркала, ощущаю спиной дуновение ветра и… пустоту. Я стояла на краю, пятки не чувствовали пола, а свет в студии внезапно погас. Рядом громко ругался Давид и требовал проверить, не выбило ли пробки.

Это было бы слишком хорошим объяснением.

Я сжала пальцы на ручке саквояжа, когда в другой руке лежал камень, выданный Странником. Удивительно, но я даже помнила, для чего этот камень нужен.

“Хочу очутиться во дворце Темного Пути…” — моя последняя мысль, прежде чем я начала падать в пустоту портала.

***

Перемещение в другой мир было похоже на глубокий обморок, из которого меня вывели настойчивым похлопыванием по щекам. Кажется, я возмутилась и послала Давида в баню, после чего обиженный девичий голос сообщил, что его обладательница не Давид.

Я открыла глаза.

Разбудившая меня брюнетка была в таком же платье, как мне выдали для фотосессии. Тот же темно-синий наряд воспитанницы пансиона с пышной длинной юбкой, узкой талией и светлым кружевом на груди. Я даже сначала решила, что это модель, опоздавшая к началу съемки, а потом обнаружила, что нахожусь не в студии, да и не в здании, в общем-то.

Подо мной был плотный ковер из пушистого серо-синего мха, но если бы его цвет не убедил меня в том, что мое перемещение в другой мир все-таки состоялось, то вид высоких деревьев с веточками, как у папоротника, окончательно помог бы осознать, где я нахожусь.

В другом мире. В Дельтране.

Это название всплыло в моей голове вместе с последним предупреждением Странника. Он говорил, что тьма Дельтрана обязательно меня обнаружит и пришлет тени. Мне бы ужаснуться тому, что неведомая волшебная сила меня все-таки сцапала, но я не забыла о платье, саквояже и контракте на фотосессию.

Вряд ли древняя магия Дельтрана умела делать банковские переводы. Так что моему перемещению поспособствовал кто-то другой. И он точно знал, чьей дочерью я вроде как являюсь.

Короля Гартоша.

У меня всегда была неплохая память на имена и названия. Я могла их не зубрить, но в нужный момент они сами вспоминались. Увы, сейчас у меня в голове был безликий список с минимумом пояснений. Кажется, мне стоило быть более внимательной к тому, что тогда говорил Странник.

Но о себе нужно было позаботиться прямо сейчас.