Чтение онлайн

— Арен, скажи, пожалуйста, — рассеянно поглаживаю его ладонь. — Если Элоранарр вдруг встретит свою избранную сейчас, это его спасёт?

— Нет, — Арен мотает головой. — Элору нужно полное магическое соединение, а быстро оно возникает только с помощью артефакта. Если он встретит избранную, их связь будет слабой и потому недостаточно целебной. Даже если они будут постоянно находиться рядом друг с другом, этого мало.

Что ж, значит, нет веских причин раскрывать тайну Риэль-Халэнн, ведь даже если она избранная Элоранарра, это ничего не меняет, а Риэль ясно сказала, что не хочет быть его избранной. Ещё сбежит куда-нибудь, и станет только хуже.

— Не думаю, что Халэнн плохо влияет на Элоранарра, — прижимаюсь к Арену. — Просто вы с Линарэном выросли, заняты своими делами, вот Элоранарр и ищет себе дружескую компанию.

— Меня Элор тоже заставлял читать ему, но у Халэнна с его голосом Сиринов получается лучше.

— Вот видишь, Элоранарр просто нашёл нового чтеца. А что за голос Сиринов?

— У серебряных драконов отличный слух и специфическое строение голосовых связок, позволяющее создавать разнообразные и порой очень приятные звуки и интонации. А Сирины своими прекрасными голосами прославились даже среди них. Но Халэнн предпочитает отталкивающие вариации.

Чтобы никто не приближался и не разгадал её тайны.

Арен хмурится. Я поглаживаю его запястье:

— Оставь их, они неплохо сработались.

— Меня беспокоит упадническое настроение Элора. Ещё и в Пат Турин его не берём. Умом он понимает, что так надо, но всё равно расстраивается.

— Лучше обиженный, но живой.

Арен тяжко вздыхает:

— Давай не будем об этом. Сначала нужно разобраться с Пат Турином, а потом уже думать об остальном.

Пат Турин… теперь от его названия меня бросает в дрожь. Ответственность с каждым мгновением всё сильнее давит на плечи. И это сегодня, а завтра я, наверное, с ума от беспокойства сойду.

— У тебя всё получится, — обнимая меня одной рукой, Арен открывает дверь на улицу.

Миновав караульных, печально жалуюсь:

— Ты всегда это говоришь.

— Потому что я в тебя верю. — Подхватив меня на руки, Арен распахивает крылья. — А мохнатые своим ходом.

— Пф!

Прижавшись к груди Арена, вдыхаю родной аромат. Не знаю, куда Арен собрался меня отнести, но я согласна на любое место, в котором смогу не думать о томящейся в плену семье Тордоса, о том, что послезавтра я на виду у армий почти всех государств Эёрана должна буду отыскать слабое место в щите Пат Турина и нанести первые удары, чтобы обозначить зоны атак для остальных.

«У них моя семья!!! Убейте, убейте меня! Я ничего не скажу!» — крик Тордоса снова вырывается из памяти, и я опускаю на колени учебник по основам щитовых чар. Пусть завтра меня будут консультировать лучшие щитовики Эёрана, но надо и самой разбираться хотя бы в основах, так структуру увиденного понять проще.

«У них моя семья!!!»

Не могу не думать об этом. Запрокидываю голову на спинку кресла и смотрю на потолок изумрудной гостиной. Лучше бы тренировалась в подземелье со злыми летающими шариками — с ними о постороннем не подумаешь. А сейчас то колотит от страха перед завтрашним днём, то не дают покоя мысли о семье изобретателя маговыпечки.

Он пытался разбить голову об пол и умереть, лишь бы не подводить семью, а мы ничего не делаем ради их спасения.

Захлопнув учебник по щитам, постукиваю себя им по лбу. Должен же быть выход, должен!

А у помогавших Тордосу создавать отравленное печенье тоже могли похитить семьи. И теперь, когда эти существа Культу не нужны, заложников убьют. Уже убили или только собираются.

Внутри холодеет: каждая минута бездействия может стоить кому-то жизни.

— Пушинка, идём, — отложив учебник на малахитовую столешницу, решительно поднимаюсь.

И столь же решительно застываю. Арен сейчас с войсками, Дарион тоже занят.

Чуть подёргивая ухом, Пушинка вопросительно смотрит на меня.

А вот Элоранарр может и не занят. ИСБ его ведомство, с него и спрашивать.

— Мы к Элоранарру, — предупреждаю я её, и Пушинка закатывает глаза.

Можно вылететь из окна и мигом оказаться в соседней башне, но ради Пушинки спускаюсь по лестнице. За мной увязываются четверо из шести караулящих вход медведеоборотней. Похоже, Арен оставил дополнительную охрану на случай, если решу прогуляться.

У двух гвардейцев, караулящих вход в башню Элоранарра, интересуюсь:

— Хозяин дома?

— Дома, только…

Молча жду продолжения, и медведеоборотень тихо добавляет:

— …лучше не заходить. Они все дома.

Когда все дома — это хорошо, но, похоже, не в случае Элоранарра.

В холле тихо. Меня посещает сомнение в предупреждении гвардейца.

Пушинка выкручивает уши во все стороны. Наверху что-то смачно разбивается, словно хрустальная люстра свалилась. Может, и правда лучше не заходить? А то мало ли что…

Дверь в подвал распахивается. Я вздрагиваю. Но это всего лишь Риэль с подносом и пустыми тарелками на нём. Выдыхая, прижимаю ладонь к бешено колотящемуся сердцу.

— Я его покормил, — ровно сообщает Риэль.

— Спасибо, — киваю в ответ. Пушинка присаживается рядом.

Наверху кто-то вскрикивает. Поднимаю взгляд к потолку.

— Это пройдёт, — Риэль закрывает дверь на лестницу в сокровищницу. — Их редко хватает более, чем на час, а сорок минут уже прошло.

Похоже, Элоранарр сумасшедший или мазохист, но это не моё дело, я ближе подступаю к Риэль.

— Тут такое дело. Думаю, нам нужно заняться спасением семьи Тордоса, ведь теперь, когда необходимость в шантаже отпала, его семью убьют. Мы должны что-то сделать. Немедленно.

Лицо Риэль ничего не выражает, но при упоминании убийства семьи в глазах промелькивает что-то живое. А вот в словах ни капли участия:

— Всех фигурантов дела арестуют и допросят. После того, как за ними понаблюдают и отследят связи.

Отслеживать связи — дело нужное, но заложники…

— Их убьют.

— Вероятнее всего, да, — подтверждает Риэль.

— Но ты ведь понимаешь, каково это — потерять семью, почему ничего не делаешь? Ты же можешь заставить Элоранарра выделить на дело больше сотрудников.

— Чем больше участников, тем выше вероятность утечки.

— Ну давайте малым числом действовать. Давайте… ну, не знаю, замаскируем как-то аресты, под видом грабителей нападём на подозреваемых и с менталистами расспросим, а потом память сотрём о том, что спрашивали.

— Не всё так просто, — Риэль проходит к лестнице в жилую часть. — Это незаконно. Это рискованно в случае, если у подозреваемых ментальные защиты или подчищена память. Насильственное воздействие менталиста может так сказаться на поведении существа, что вмешательство сразу заподозрят. Не говоря уже о том, что фанатики Культа в принципе не могут ничего рассказать.