Чтение онлайн

Я проснулась на мягкой постели под восхитительный аромат кофе. Нет, погодите! Я проснулась? Я была жива?

Я открыла глаза и осторожно огляделась. Комната была знакомая — ректорская спальня. Сам господин ректор стоял в расстёгнутой рубашке у окна и варил кофе на парящем прямо в воздухе огне.

— Лежи, — бросил он мне, не оборачиваясь. — Тебе пока нельзя вставать.

— И это всё, что ты скажешь женщине, проснувшейся в твоей постели? — рассмеялась я. Воспоминания будто поднимались из мути. К щекам прилила краска.

— Кажется, я вчера злоупотребила служебным положением, — смущённо хихикнула я.

— Скорее, им злоупотребил я, — отозвался Вадим. — Но у меня не было выхода. Без моей силы ты бы погибла.

— Ты отдал мне свою силу? — Я даже приподнялась на постели.

— Самую малость. Только чтобы пробудить к жизни твою.

Я осторожно села. Голова кружилась, но в целом я чувствовала себя не хуже, чем после хорошего праздника.

— Я хочу кофе, — заявила я. — А потом ты расскажешь мне, как это всё работает. Ну, наш обмен магией.

Вадим взмахом руки отправил ко мне дымящуюся чашку, заново наполнил турку и небрежно ответил:

— Работает, как всегда в истинной паре. Наши силы резонируют и взаимно усиливают друг друга. Ирина?

От неожиданности я выплеснула кофе на одеяло. Вернее, чуть не выплеснула — Вадим жестом поймал его и вернул в чашку.

— Это сорт кофе не создан для таких потрясений, — сказал он. — Будь осторожнее.

— Да пропади ты, чурбан! — не выдержала я. — Мы — истинная пара? И ты так спокойно об этом говоришь?

Вадим наконец закончил священнодействовать со второй порцией кофе и присел на постель, держа свою чашку.

— Ирина, я годами, десятилетиями жил в уверенности, что остался последним из Истинных драконов и никогда не найду себе пару. Когда увидел тебя — пришёл в ярость, что ты решила использовать мою мечту, мою боль. А когда наши силы слились, там, у детектора, я понял, что ты не лгала.

— И раскаялся, — подсказала я и отхлебнула кофе.

Напиток был потрясающий. Крепкий, густой, словно бы бархатный. Похожий на тот, каким меня угощал Джеймс, но гораздо более ароматный. И бодрил на порядок лучше.

— Я не сразу поверил. Убеждал себя, что это ошибка. Но потом ощутил, как меняется моя сила. А она не могла обмануть.

— Моя сила тоже изменилась, — сказала я. — Иначе я бы не рискнула бросить вызов Джеймсу.

— О нём мы ещё поговорим, — нахмурился Вадим. — То, что он сделал — предательство, измена и использование магии в разрушительных целях. Он предстанет перед судом и, конечно, попытается если не оправдаться, то хотя бы утащить нас вслед за собой. Но не волнуйся об этом. Сначала ты должна поправиться.

Я допила кофе одним медленным долгим глотком. Откинулась на подушки и прикрыла глаза, наслаждаясь пряным послевкусием.

— У этого кофе есть один секрет, — негромко проговорил Вадим, забирая у меня чашку и магией отправляя на стол. — Его нужно варить самому и самому же подать. Тогда тот, для кого ты варил, ощутит вложенные в напиток чувства.

— Тебя не учили показывать свои чувства, верно? — спросила я. — А тем более говорить о них. Что ж, твой кофе был весьма убедителен. Убедительнее, чем слова.

Я потянулась к Вадиму, а он — ко мне. Вкус кофе на его губах был острее и крепче, чем в чашке. А когда наши силы сплелись, я ощутила, будто за спиной вырастают крылья.

Спустя неделю я стояла на балконе в спальне Вадима и любовалась городом. Если смотреть прищурившись, сквозь ресницы, портовые сторожевые башни можно было принять за многоэтажки. Мне нравилось думать, что здесь, на балконе находится такой же портал в наш мир, как на балконе в кабинете Вадима — в этот.

Я почти полностью оправилась от битвы в Зазеркалье. О пережитом напоминали лишь небольшие приступы головокружения и пара незаметных шрамов. Зато моя магия словно бы расцвела. Она текла по телу легко и свободно.

Едва ушла головная боль и мушки перед глазами, я потребовала подобрать мне книги и всё свободное время зубрила заклинания и училась сосредотачиваться. А времени у меня было много. Вальден запретил мне вообще выходить из его покоев, опасаясь, что у Джеймса могут быть сторонники и они могут причинить мне вред. Я скучала взаперти, но не спорила. Я слишком хорошо помнила, как смотрела на меня Кассиопея. И пусть она не решится рискнуть положением и репутацией, но сколько ещё таких Кассиопей бродит по Академии!

Вадим вышел из ванной в роскошном шёлковом халате, и я невольно улыбнулась. Уже неделю моё утро начиналось с красивого вида за окном, великолепного кофе и красивого мужчины. И магии.

— Ты позавтракала? — спросил Вадим, кивая на поднос с едой.

Я мотнула головой:

— Ждала тебя.

— Зря. Тебе нужны силы.

Я не сразу привыкла, что со мной Вадим так же немногословен и сдержан, как раньше. Я понимала, что служба вытравила из него всё искреннее. Приучила быть непробиваемым, затянутым в безупречный футляр. Иногда с ним было сложно. Зато ночами он будто отпускал себя. Эти воспоминания грели меня весь день.

— Что там Джеймс? — спросила я, поднимая серебряную крышку. Под ней оказался кальмар, фаршированный креветками в сливочном соусе. Он был обложен запечёными кореньями и корнеплодами.

— В Зазеркалье его никто не тревожит, — Вадим ловко нарезал кальмара на кольца, два положил мне, третий уверенно подцепил сам. — Заседание назначено на следующую неделю. Совет наконец изучил все материалы и готов обсуждать дело. Сразу как разберёмся с Джеймсом, поставим вопрос о нашей свадьбе.

Я прожевала нежное мясо на автомате, почти не заметив вкуса.

— Это было предложение?

— Предложение? А разве у нас есть варианты?

Я промолчала, опустив взгляд в тарелку.

— Нет, если тебе важно, я включу это в программу церемонии.

— Обсудим это позже, — отмахнулась я. — Какого приговора ты будешь требовать?

Джеймс обошёлся со мной ужасно, едва не убил. Но мне всё-таки не хотелось, чтобы он получил излишне жестокое наказание.

— Только не проси понять его и простить, — мрачно ответил Вадим.

— Ни в коем случае! — я взмахнула вилкой, едва не забрызгав скатерть соком. — Но он всё же хорошего рода, у него есть семья, близкие. Если ты настроишь их против себя, мы рискуем расколоть Совет. А ещё я не хочу быть причиной вашего разрыва. Джеймс всё-таки долго был твоей правой рукой…