Чтение онлайн

Она ответила не сразу.

— Теперь врата не просто тебя узнали. Они приняли отклик.

Я перевела взгляд на императора. Он стоял у самой воды, тяжело дыша. Кровь на его мече не принадлежала ему. Плечи напряжены. Лицо холодное до такой степени, что стало страшнее любого крика.

— Что это значит? — спросила я уже у него.

Он повернулся.

— Это значит, что мы больше не можем ждать.

Морв подошёл ближе. На лице у него была кровь — своя или чужая, я не поняла.

— Двое ушли в лес, — сказал он. — Остальных забрали вода и песок.

— Плевать, — коротко ответил император.

Морв посмотрел на ворота.

— Они открылись сильнее, чем должны были.

— Я вижу.

— И что теперь?

Селена ответила раньше всех:

— Теперь у нас два варианта. Либо мы идём к храму немедленно, либо Ашер дойдёт до второй печати раньше нас и завершит то, что начал здесь.

Морв нахмурился.

— Ночью? Через лес и храмовую территорию? С раненными?

— Да, — сказал император.

— Это безумие.

— Нет, — тихо сказала я, глядя на ворота. — Безумие уже случилось. Это просто следующая часть.

Все посмотрели на меня.

Я сама не ожидала, что скажу это так спокойно. Но внутри действительно что-то изменилось. Страх никуда не делся. Просто рядом с ним появилась другая вещь — ясность. Неприятная, жестокая, но ясность. Ашер не пришёл за победой этой ночью. Он пришёл отметить меня для врат и заставить откликнуться. Он это сделал. И теперь времени действительно почти не осталось.

Император подошёл ближе.

— Ты сможешь идти?

Я хотела ответить едко, но вместо этого честно спросила:

— Если скажу нет, что изменится?

— Я понесу тебя.

Я моргнула.

Селена тихо усмехнулась, будто даже в этой ночи нашла повод удивиться. Морв сделал вид, что ничего не слышал.

— Тогда да, — сказала я. — Смогу.

Император коротко кивнул. Потом посмотрел на створки ворот. Они так и остались чуть приоткрытыми, и изнутри всё ещё тянуло холодом.

— Закрыть их можем?

Селена подошла ближе, не касаясь камня.

— Не полностью. Но можно заглушить отклик на несколько часов.

— Делай.

Она положила ладони на внешний край одной створки и начала шептать на том же старом языке, который я уже слышала от неё раньше. Слова были резкими, ломкими, будто не предназначались для живого человеческого рта. Метка у меня на руке отозвалась ноющей болью. Ворота дрогнули. Свет внутри стал тише. Не исчез. Но как будто ушёл глубже.

— Всё, — выдохнула Селена через минуту. — Больше не могу. Они уже знают её. Полностью запереть сейчас не получится.

Император посмотрел на меня.

— Этого хватит до храма?

— Если двигаться без остановки, — ответила Селена.

— Значит, движемся.

Морв поднял руку.

— Подождите.

Он присел у песка возле того места, где стоял Ашер, и что-то поднял. Тонкую металлическую пластину, почти как монету, только вытянутую. На ней был выгравирован знак — корона над разомкнутым кольцом. Вердан.

Селена побледнела ещё сильнее.

— Он сделал это намеренно.

— Что? — спросила я.

Морв протянул пластину императору. Тот посмотрел и сжал челюсть.

— Это не просто знак дома, — сказал он. — Это внутренний знак ветви Эсмины.

Я перевела взгляд с одного на другого.

— То есть?

Селена ответила глухо:

— То есть он хочет, чтобы ты помнил, через какой именно дом всё началось.

Император молчал.

Я вдруг очень ясно поняла, что за внешним холодом в нём сейчас происходит что-то куда более опасное, чем злость. Не просто ярость правителя. Что-то личное. Старое. Слишком близкое к матери, дому Вердан и тому письму, где она просила скрыть от собственного сына часть правды.

— Ты знал? — тихо спросила Селена.

Он не поднял головы от пластины.

— Подозревал.

— Что именно?

— Что после чистки кто-то из внутренних остался жив и ушёл не в тень, а к охотникам.

Селена криво усмехнулась.

— Ты всегда думал, что враг приходит снаружи, если вовремя запереть двери.

Он поднял на неё взгляд.

— А ты всегда считала, что достаточно выжить, чтобы потом оказаться правой.

— Разве нет?

— Нет. Иногда для этого ещё нужно говорить вовремя.

Тишина между ними на секунду натянулась так, что я почти забыла о воротах.

Я уже хотела вмешаться, но в этот момент метка дёрнулась новой болью. Не сильной. Резкой. Как сигнал.

Я повернула голову к воде.

— Он не ушёл далеко.

Император сразу развернулся ко мне.

— Уверена?

— Да.

— Ты чувствуешь его?

— Не его. Печать. Она всё ещё рядом с озером.

Селена нахмурилась.

— Значит, он не стал уходить полностью.

Морв понял первым.

— Он идёт к храму по воде.

— Конечно, — сказала я. — Почему бы и нет.

Император убрал пластину в карман.

— Тогда у нас действительно нет ни минуты.

Он повернулся к людям Морва.

— Раненых оставляем с отметками на старом посту у болота. Двое остаются и не пускают никого к озеру до рассвета. Морв, со мной. Селена — ведёшь через лес к храму кратчайшим путём. Ариана идёт в центре.

— Я не багаж, — пробормотала я.

Он даже не посмотрел в мою сторону.

— Сегодня — самый ценный.

И это прозвучало так сухо, что даже обидеться по-настоящему не получилось.

Мы двинулись от берега почти сразу. Последнее, что я увидела, оглянувшись, — узкий разрез в Пепельных вратах, из которого всё ещё тянулся холод, и слабый золотой свет внутри. Он был уже тише. Но не мёртв. И я знала: он ждёт.

Лес встретил нас влажной тьмой и запахом мокрой хвои. Мы шли быстро. Почти бежали. Селена действительно знала дорогу — не как человек, ориентирующийся по тропам, а как тот, кто давно носит карту внутри себя. Несколько раз она сворачивала так резко, что я едва не врезалась в её спину, но каждый раз впереди оказывался либо обвалившийся участок, либо топь, либо старый ров, который в темноте я бы не заметила.