Чтение онлайн

– Просыпайся, дорогой, – она легко коснулась руками его волос, – там дежурный на проводе и машина вышла. Надо ехать.

Никита открыл глаза и сел на кровати. Все, выходные закончились. Он был очень легок на подъем, это помогало в работе, но Наталья знала, насколько тяжело морально и физически вот так, день за днем, практически без отдыха выполнять свою работу, ту самую, которая на официальном языке именуется «охрана общественного порядка». Что стоит за этими сухими строчками знают только сами сотрудники да их родные.

Наталья на кухне готовила свой фирменный кофе, мужу нужно хорошенько взбодриться. Термос с чаем, бутерброды – все готово. Вряд ли будет время пообедать горячим в столовке, так пусть хоть перекус будет не из фаст-фудовской забегаловки, а свой, домашний.

Они познакомились три года назад при очень печальных обстоятельствах – тогда, в сентябре, погибла жена Андрея, ее бывшего мужа, и Никита вел дознание здесь, в Междугорске, по просьбе коллег из соседнего Ленинска. Так уж вышло, что смерть этой несчастной женщины помогла им с Никитой найти свою любовь, а год спустя и семейное счастье. Они настолько подходили друг другу, настолько понимали достоинства и недостатки своей половинки, что было жаль потрачено впустую времени, тех дней, когда рядом были другие люди, чужие по духу.

Еще несколько минут, и они прощаются у входной двери. Она в тревожном ожидании остается в пустой квартире – взрослая дочь живет далеко отсюда, перебралась в теплые края, к Черному морю, а сынишка в школе, потом секции, кружки, и дома он будет не раньше шести вечера… Ей предстоит сидеть одной и ждать возвращения своих мужчин. На работе она хоть немного отвлекалась, но сегодня и завтра у нее выходной, так редко совпавший с мужем, а его снова нет рядом. Главное, чтобы все было хорошо, чтобы все вернулись домой живыми и здоровыми. И чтобы у тех людей, которым понадобилась срочная помощь ее мужа, тоже все обошлось.

Наталья посидела немного перед выключенным телевизором, а потом потянулась за трубкой мобильного телефона.

– Привет, Аленушка, чем занята? – на том конце провода слышался привычный галдеж – у ее собеседницы куча ребятишек и тишины практически не бывает. Но сегодня ей и не хотелось сидеть в тишине. – Ты не будешь против, если я загляну к вам в гости?

– Ой, ну что ты такое говоришь, конечно же, приезжай, я буду ужасно рада. И вообще, могла бы не звонить, а просто приехать – сюрпризом. Сама знаешь, у нас все по-простому.

– Ну тогда я рисую лицо и через полчасика – минут сорок у тебя. Хорошо?

– Жду, дорогая, приезжай скорее! – в трубке короткие гудки. Все, подруга помчалась на кухню, сейчас снова сворганит какую-нибудь вкуснятину, от которой невозможно оторваться, но потом дня два придется сидеть на яблоках и минералке. Эх, прощай фигура, подруга дороже!

– В общем, обстоятельства таковы, – в кабинете начальника управления внутренних дел по городу Междугорску шло расширенное совещание. – Сегодня из салона красоты «Забава» была похищена девочка, Софья Левкина, восьми месяцев от роду. Пока ее мама была на сеансе массажа, за девочкой присматривали сотрудницы салона. Малышка спала в коляске, тут произошел скачок напряжения, на несколько минут вырубился свет. В салоне все окна тонированные и завешены экзотическими баннерами, чтобы с улицы народ не пялился. Освещение только электрическое, а в некоторых спа-кабинетах во время проведения процедур и вообще свечное. Так вот, нескольких минут, пока не было электричества, хватило, чтобы девочка исчезла. В самом салоне камер видеонаблюдения нет, но есть на соседних домах, там отделения банков, камеры должны работать. Просмотрите записи, опросите весь персонал салона, жителей дома, старушек на скамейках – всех, кого посчитаете нужным. И, конечно же, поговорите с родителями малышки. Возможно, что похитители потребуют выкуп – папа девочки мужик не бедный. Глушков, это твоя часть работы. Переговоришь с родителями, с соседями этой семьи, другими родственниками. Телефоны на «прослушку». Мне докладывать каждый час. Вопросы есть? – вопросов не оказалось. – Все свободны.

С Надеждой Левкиной, мамой похищенной девочки, поговорить пока не удалось – врачи скорой помощи накололи ее успокоительным и она спала. Отец держался молодцом, но было видно, как тяжело дается ему это внешнее спокойствие.

– Скажите, есть гарантия, что Соня вернется домой живой и невредимой? – он пристально смотрел в глаза Никите, словно старался прочитать, что творится у того в голове.

– Мы делаем все, что от нас зависит, поверьте, – Никита старался говорить как можно более твердо и убедительно, а сам боялся даже представить, что может произойти с малышкой. Он никогда не поймет людей, у которых рука поднимается на беззащитного ребенка – ударить, похитить, убить – это выше человеческого понимания, такого просто не должно быть. Никогда.

– Я понимаю, что сейчас еще трудно что-либо сказать определенно, я просто хочу обрести хоть какую-то надежду, понимаете? – этот пожилой и грузный мужчина выглядел совершенно растерянным. – Я глава семьи, мне нужно так настроить своих близких, чтобы у них даже мыслей не возникло о плохом исходе дела, но для этого я и сам должен иметь хоть призрачную надежду.

– Работа ведется, – повторил Никита. Большего сказать он пока не мог. – О вашей супруге есть, кому позаботиться?

– Да, конечно. Сейчас позвоню дочерям, они приедут. Теща моя уехала в санаторий к морю, она сердечница, но девчонки мои помогут нам. Да, они помогут, – мужчина трясущимися руками взял мобильный телефон.

Наталья и Алена сидели за столиком на кухне в квартире Терехиных. За окном снова полил дождь, да резко, с перестуками, словно старался напроситься гостем за стол в теплой и уютной квартире. Здесь была какая-то особая атмосфера, которая не тяготила, а даже, наверное, излечивала усталую душу. Ребятня помладше носилась из комнаты в комнату, затихая на несколько минут и снова возобновляя возню. Старших дома не было. Сама хозяйка дома, слегка встрепанная и без привычного макияжа, разливала кофе из аппарата в симпатичные чашечки. У нее впервые за две недели был выходной, и она наслаждалась суетой в доме и ребячьим беспорядком.

– Расскажи, наконец, подробно, как у тебя дела? – Наталье не терпелось знать все подробности. Жизнь подруги была непростой – дети, одна из которых дочка ее мужа от первого брака; родственники этого же самого мужа, которые не то чтобы ненавидели женщину, но всячески старались испортить ей жизнь; работа, которую она обожала, но с которой не могли примириться те же люди в виде мужниной родни. И при всем при этом – вечный позитив, улыбки и желание обогреть своим теплом весь мир.

– Не знаю даже, что такого любопытного тебе рассказать, – пожала плечами Алена, помешивая ложечкой пышную пену в кофейной чашке. – Сама знаешь, у нас с переменами туго, особенно, если им нужно повернуться в лучшую сторону. Ребятишки вроде в порядке и с Катериной мы ладим, но как только она побывает в деревне у бабки и сестры – все, словно подменяют девчонку. Приезжает притихшая какая-то, недоверчивая, смотрит волчонком и сквозь зубы разговаривает. У нее и так сейчас не самый простой период – переходный возраст, первая любовь, да еще и безответная, как часто в этом возрасте бывает, а эти курицы ей еще мозги промывают. Вроде уляжется все, успокоится, опять жить начинаем спокойно – нет, как каникулы – прямо требования с той стороны – присылайте Катю к нам, не имеете права отлучать, не давать общаться, иначе опека, суды, полиция и прочее, прочее, прочее. И что людям ровно на попе не сидится? Свекровь еще… Маразм старческий, что ли, подкрадывается?

– Что с ней?

– Тоже история давняя. Когда Сашка мой с Маринкой вместе жили, то брали они кредит на покупку земельного участка. По договору они несут совокупную ответственность, но платил по кредиту Саша. Тут у них разводы, дележки, она все деньги и карты стащила – платить нечем. Банк выставил требование Сане и Марине, как созаемщикам. Та в панику, звонит свекрови, мол, в чем дело? У меня малолетние дети, а тут кредиты всякие, почему я должна у детей кусок хлеба отбирать, а сынок твой жировать? Нельзя о покойниках плохо говорить, не принято, но это дело былое и все – правда.

В общем, свекруха моя добросердечная, от большой и неземной любви к внучкам, дает бывшим супругам двадцать тысяч на последний взнос. Кредит погашен. Вскоре Марина единолично продает участок, денежки все до копейки забирает себе, с бывшим мужем не делится и свекрови долг не отдает. На эти денежки они с Андреем, бывшим муженьком твоим, потом взнос первоначальный сделали за дом и благополучно забыли про Нину Шахаевну и ее товарищескую помощь, но она-то долг помнит и, не долго думая, выставляет претензию мне – мол, гони деньжата! Я к ее совести взывать, мол, ты ж не мне их давала, а сношке бывшей, с нее и бери, а та в ответ – Марина меня «послала», сказала, что это Сашины проблемы. Да и дети там. Вот. Там – дети, а здесь так, недоразумение. Свинство, в общем, сплошное. Уже и Маринки давно нет, а долг ее до сих пор свекруха мне в глаза тычет и попрекает. Достала, сил нет!