Чтение онлайн

Мда… Вовсе не так я себе представлял подпольный игорный дом. Думал, будет что-то вроде накуренного подвала с мрачными личностями, грязью и страхолюдными вышибалами. Все оказалось немного не так. Никаких подвалов не было, а было приземистое здание на окраине, чем-то похожее на пакгауз. Возле него нас встретили не качки, а двое вертлявых французов, которые после переговоров с Кравцовым показали на вход, находящийся вовсе не за ними, а с торца этого ангара.

Там, за железными дверями, парочка крепких парней, предложили оставить им на хранение имеющиеся в наличии огнестрельное оружие. Стволов у нас не было, поэтому без особых задержек, пройдя длинным коридором, вошли в еще одну комнату.

Сидевший там мужик, поинтересовался, во что именно мы собираемся играть. На долгую игру я даже не настраивался, поэтому выбрал Блэк-джек. Уж при игре в очко, выигрыш от удачи зависит, то есть как раз то, что мне надо. Единственно, что смущало, так это незнание языка. Но все оказалось вполне демократично. Нас провели в еще одно помещение заставленное столами и выяснилось, что крупье, или как называется этот хмырь, который раздает карты, бодро чесал по-немецки.

Поэтому усевшись на стул, с гнутыми ножками я, хрустнув пальцами и ободряюще глянув на потомка эмигрантов начал игру.

Буквально через десять минут игра была закончена. Только вот результат был обратный ожиданиям. У меня наверное морда как у лошади вытянулась, когда у этого сраного раздавальщика на последней взятке опять оказалось больше очков. То есть в четыре ставки я продул все деньги. Растерянно оглянулся на Мишку, но он мрачно щерясь, отрицательно покачал головой. Понятно… Последнюю заначку не отдаст.

Крупье вопросительно подняв брови, фальшиво улыбнулся, но я махнув рукой, показал что игра окончена и встал освобождая место.

Потом, уже на улице долго пинал ни в чем неповинное дерево, попутно выслушивая все, что Михаил думает насчет игры вообще и моих умственных способностей в частности. Блин! Ну почему так получилось?! Ведь кидая монетку, из двадцати раз все двадцать угадывал. Может тут сама механика выигрыша другая идет? Может надо было на рулетку идти? А может этот напомаженный крупье мухлевал?! Не зря же у него глазки так бегали? И улыбка у этой падлы слишком уж сальная была. У сволочи!

Кругом одни прендегасты!

В конце концов Мишке надоело наблюдать за избиением дерева и он сказал:

–  Ладно, хватит психовать. Все равно ничего не изменишь, а в следующий раз умнее будешь. Пойдем отсюда, чего тут зря торчать…

Но я находился на таком взводе, от несбывшихся ожиданий, что развернувшись к нему, злым голосом ответил:

–  Нет Миша, без денег я отсюда не уйду. Мне тут еще месяц бока пролеживать, когда на фронте такие дела творятся, совсем не с руки. Так что завтра, мы по любому уедем. Не вышло выиграть, добуду бабки другим способом!

–  Это каким?

И я объяснил. От этих объяснений Кравцов вытаращил глаза и предложил пойти и попробовать выиграть что-нибудь на оставшиеся деньги, лишь бы я от своей задумки отказался. Возбужденно подпрыгивая, он пыхтел:

–  Ты вообще с ума сошел! Что значит - грабить приходящих сюда? Тут люди серьезные, с оружием, с охраной! Пойми, это же уголовники, а не ягнята! Да даже если и получится кого-нибудь ограбить, где гарантия, что у него нужная сумма окажется?

–  Одна старушка - рубль, а десять, это уже червонец!

–  Чего?

Михаил даже подпрыгивать перестал, а я пояснил мысль:

–  Не окажется у одних, доберем с других.

–  Так ты что, тут целый конвейер хочешь открыть? Это же не серьезно! На малейший шум среагирует или охрана казино, или если кто-нибудь выстрелит, то еще и патруль пожалует! Да и вообще, как ты себе это представляешь?…

Кравцов пребывал в возбуждении минут пять, поэтому, дождавшись когда он выдохнется я сказал:

–  Не серьезной была моя затея с выигрышем. И то, потому что ее до этого не проверял. А вот "языков" брать, да часовых снимать меня обучали о-о-чень грамотные специалисты. Так что двоих-троих, если напасть неожиданно, я положу без шума.

Потомок эмигрантов попыхтел, а мрачно глянув на меня поинтересовался:

–  Убивать будешь?

На этот провокационный вопрос, постарался ответить максимально честно:

–  Постараюсь только глушить. Но, вообще как получится… И знаешь, ты сам говорил - сюда домохозяйки и приличные люди не ходят. Твои слова - при выигрыше могут и не выпустить, так что контингент соответственный собирается… Мне ведь деньги нужны не на баб спускать, и не вино хлестать, а к себе вернуться, чтобы воевать дальше. Здешние же огрызки, под фрицами живут и в ус не дуют. В игры вон играют… А у нас там, если ты не забыл - война идет. И чтобы встать в строй, я на многое пойду. Так что особой жалости к этой пене, не испытываю. Но все равно, постараюсь только глушить…

Мишку похоже моя отповедь несколько смутила и он не нашелся что возразить. В конце концов покряхтев, согласился, что это тоже вариант. Хлипкий и очень двусмысленный, но вариант.

На руку было то, что здание стояло на отшибе, в окружении деревьев и то, что на машине к нему не подъедешь. Единственная дорога, была перекрыта рухнувшим от бомб зданием, метрах в четырехстах от пакгауза. А так как она была тупиковая, да и этот ангар считался заброшенным, то и расчищать ничего не стали, из-за чего приезжающие на автомобилях, топали сюда пешочком. До начала комендантского часа было еще часа два, поэтому можно было рассчитывать, что хоть кто-нибудь да появиться. Обсудив план действий, в подступающей темноте, засев за деревьями, стали поджидать будущую жертву. Сильно хотелось курить, но сейчас я чувствовал себя как на боевом задании, поэтому мысли о куреве отгонялись легко и поглаживая небольшую, но крепкую палку, найденную здесь же, напряженно вслушивался и в шум редких проезжающих машин и в звуки доносящиеся от пакгауза. В том, что из него кто-то выйдет, верилось слабо. Мишка говорил, что люди там на всю ночь зависают, и под комендантский час стараются не попадать, расползаясь оттуда уже утром. Так что одна надежда на вновь приехавших.

Минут сорок никого не было, затем от развалин послышались голоса. Судя по всему - двое топают. Так как машины не было слышно, значит, эти прикатили на трамвае, остановка которого была дальше по улице. Пихнув в бок напарника, прошептал:

–  Миша, как договорились - ты не лезешь, чтобы под руку не попасть. Двоих я быстро уложу…

В темноте не было видно, как он кивнул, но мне этого и не надо было. Это я больше сказал, чтобы его успокоить. Тем временем, стали различимы силуэты. Точно - двое идут. Дождавшись когда они поравнялись с нами, выметнулся из кустов, сразу приложив дубинкой по затылку ближнего. Тот кто шел чуть впереди начал поворачиваться на шум, но получив палкой в лоб, так же без брыканий лег на землю.

С помощью Кравцова оттащили тушки подальше в кусты и сделав из их же кепок кляпы, связали несостоявшихся игроков. Потом быстро обыскали слабо сопящие тела. В виде трофеев достался нож, кастет и два кошелька с общей суммой в тысячу девятьсот франков и пятьдесят рейхсмарок. Мишка после подсчета чертыхнулся, но я ободряюще похлопал его по плечу:

–  Фигня война, главное маневры! Начало положено - еще два раза по столько и здравствуй белый пароход!

На что напарник сварливо откликнулся: