Чтение онлайн

— Давайте не будем вступать в дискуссию об истории, мистер Маклин. Я никогда не вступаю в битву умов с безоружным противником.

Избегая остроты, которая, должен признать, хороша, я самодовольно говорю: — Значит, она рассказала вам обо мне.

Из кармана пальто Рейнард достает очки. С важным видом он надевает их и смотрит на меня сверху вниз.

— Не льстите себе. Я навел о вас справки.

Сейчас моя улыбка, должно быть, ослепительна.

— Но вы должны были знать мое имя, чтобы найти меня.

После паузы он говорит: — Я завидую всем, кто с вами не знаком.

— Скажите мне, где она.

Его раздражение ощутимо.

— Мистер Маклин…

— Я могу помочь ей, — настаиваю я, кладу руки на стойку и смотрю ему в лицо. — В какие бы неприятности она ни попала, я могу вытащить ее из них.

Рейнард долго смотрит на меня пристальным, оценивающим взглядом.

— Вы интересный мужчина, мистер Маклин, надо отдать вам должное. Но вы, похоже, действуете, исходя из ошибочного впечатления, что требуется ваша помощь.

— Вы говорите о себе или о ней?

Мускул на его челюсти напрягается.

— Думаю, вам пора уходить.

Я бросаю разыгрывать из себя хорошего парня.

— А я думаю, вам пора понять, что у тупых ублюдков, которые встают у меня на пути, очень короткая жизнь, — рычу я. — Скажите мне, где она и где живет, или я переломаю вам все кости.

Его терпение наконец лопается. Глаза пылают яростью, Рейнард срывает очки и набрасывается на меня.

— Возможно, вы удивитесь, гигантский идиот, но вы не первый человек на земле, который угрожает моей жизни, и не первый, кто причиняет мне вред за то, что я ее защищаю. И если бы у вас была хоть одна извилина, вы бы поняли, что женщина в ее положении никогда бы не сказала никому, где она живет, – особенно такому, как я, на которого такой, как вы, может надавить, чтобы он выдал эту информацию. Ради всего святого, я понятия не имею, что она в вас нашла! Вы – доказательство того, что эволюция может идти вспять!

Покраснев, он фыркает, надевая очки обратно на лицо. Затем смотрит на меня сквозь них и кричит: — Какого черта вы опять улыбаетесь?

Я скрещиваю руки на груди и протяжно произношу: — Значит, она сказала вам, что я ей нравлюсь.

Рейнард так сильно стискивает зубы, что мне кажется, они вот-вот раскрошатся.

— Убирайтесь.

Я наклоняю голову, притворяясь, что задумываюсь, затем говорю: — Не-а. Думаю, я просто подожду, пока появятся мои приятели из Интерпола, и немного осмотрю это место. Вы искали меня в базе данных? Что ж, я тоже искал вас. У вас здесь действительно милое заведение. И законное. Безупречно чистое, по крайней мере, на бумаге.

Я заглядываю через его плечо в заднюю часть магазина.

— Я уверен, вам нечего скрывать, верно? Никаких случайных рубиновых ожерелий? Крупных, может, на сотню карат?

Я уже знал, что синяки на шее Марианы оставил не Рейнард Мэллори, еще до того, как переступил порог его магазина. Я сразу понял, что он был ее скупщиком краденого, как только ввел его адрес в поисковую программу Metrix и взглянул на его бизнес. Если кто-то и может продать рубиновое ожерелье весом в сто карат, так это Mallory & Sons Heritage Auctions. У него есть филиалы по всему миру и безупречная репутация, не запятнанная его тайными давними связями со всеми существующими преступными организациями.

— Ваш блеф столь же неудачен, как и ваше чувство стиля, мистер Маклин, — натянуто говорит Рейнард. — У меня есть высокопоставленный друг в полиции, который предупредил бы меня, если бы Интерпол собирался нанести мне визит.

Затем, с немалым удовлетворением, он продолжает.

— Но у меня есть устройство GPS-слежения, которое может вас заинтересовать. Оно маленькое и чрезвычайно легкое, его отлично можно спрятать под одеждой. К сожалению, оно не работает, потому что было раздавлено каблуком ботинка, владелец которого, надо сказать, в тот момент довольно красочно выражался, так что от него будет мало толку.

Так вот почему я потерял сигнал. Каким-то образом Мариана нашла маячок и уничтожила его.

Она знала, что я приду сюда… а это значит, что она ушла.

Снова.

Не надо было заказывать этот чизбургер.

Когда из колонок доносится джазовый номер, в котором как будто пять разных музыкантов играют пять разных песен, мы с Рейнардом переглядываемся. Через некоторое время я сдаюсь.

— Хорошо. Вот что я сделаю. Во-первых, я дам вам номер мобильного телефона. Он не зарегистрирован и его невозможно отследить. Он есть только у одного человека в мире…

— Вашего психотерапевта? — мило спрашивает он.

— Забавно. Я дам вам свой номер, а вы передадите его Мариане.

Выражение его лица становится кислым. Прежде чем он успевает сказать мне, чтобы я спрыгнул с ближайшего моста, я добавляю: — В случае чрезвычайной ситуации она может позвонить мне по этому номеру в любое время. Я серьезно. Днем или ночью. Из любой точки мира она может позвонить мне, и я приеду.

Я беру ручку из стаканчика, стоящего рядом с кассой, и пишу свой номер на желтом стикере, а затем приклеиваю его в центр галстука Рейнарда. Он снимает стикер двумя пальцами, оттопырив мизинец и поджав губы. Я удивлен, что он не зажал нос.

Он бормочет «Потрясающе» и засовывает стикер между страницами книги, которую достает из-под прилавка. Затем с насмешкой швыряет книгу на место, отряхивая руки.

Дерзкий сукин сын.

— Во-вторых, я хочу, чтобы вы сказали мне, кто это сделал с ее шеей, чтобы я мог с ним поговорить. И под «поговорить» я подразумеваю «избить его до полусмерти».

Рейнард замирает.

— Вы играете в очень опасную игру, мистер Маклин, — говорит он со странным спокойствием во всём своем облике, даже в голосе.

Я посылаю ему тяжелый взгляд.

— Я ни в какие игры не играю, Рейнард. Я никогда в жизни не был серьезнее. Кто-то причинил боль моей девушке. Я не потерплю такого. Ему повезет, если я оставлю его в живых.

Он быстро моргает, словно проясняя зрение.

— Вашей… девушке?

Я пренебрежительно отмахиваюсь и упираю руки в бока.

— Она пока не на сто процентов втянулась в программу, но я ее к этому приведу. Я неотразим, как видите.

Его смех слабый и недоверчивый. Рейнард тянется к фарфоровой чашке, стоящей слева от него на стойке, и делает глоток, его кадык подпрыгивает. Затем он снова лезет под стойку, на этот раз за тонкой серебряной фляжкой. Он откупоривает ее, наливает в чай немного чего-то похожего на виски, затем решает выпить прямо из фляжки.

— Знаете, она любит вас, — говорю я, наблюдая, как он яростно кашляет, разбрызгивая золотистую жидкость по столешнице. Когда приступ кашля проходит, Рейнард смотрит на меня слезящимися глазами и с открытым ртом.

Чувак, я обожаю шокировать людей.

— По крайней мере, я предполагаю, что вы тот самый человек, о котором говорила Мариана, когда отклонила мое предложение забрать ее с собой в Штаты, потому что это было бы смертным приговором для того, кого она любит. Она побежала прямо сюда, как будто возвращалась домой. Я решил, что это должно быть ее безопасное место.