Чтение онлайн

— Кончи на мой член, Энни, — рычу я, лаская её набухший клитор. — Я хочу, чтобы ты кончила дважды, прежде чем я кончу снова. Ты можешь сделать это для меня? Ты можешь быть моей хорошей девочкой и намочить мой член?

Она издаёт жалобный, беспомощный стон, её бёдра выгибаются навстречу мне, когда она попадает в заданный мной ритм. Мои пальцы скользят по её клитору быстрее, и я чувствую, как она начинает напрягаться, чувствую, как её влагалище пульсирует и сжимается вокруг меня, когда она впервые кончает с моим именем на губах.

— Хорошая девочка, — стону я, замедляя движения и наслаждаясь ощущением её спазмов вокруг меня. — Это раз. Сделай ещё один, и я снова кончу для тебя.

Энни всхлипывает, и я на долю секунды выхожу из неё, разворачиваю, сажусь и тяну её к себе на колени. Она ахает, когда я скольжу по ней своим членом, и я стягиваю с неё майку, отбрасываю её в сторону и наклоняюсь, чтобы взять в рот один из её сосков, а другой рукой снова начинаю играть с её клитором, пока проникаю в неё.

— Я мог бы трахнуть тебя множеством способов, — рычу я, отпускаю её грудь, обхватываю рукой её затылок и притягиваю её губы к своим. — Я мог бы заставить тебя кончить множеством способов. Чёрт, Энни, с тобой так чертовски хорошо...

Я прижимаюсь лбом к её лбу, двигаю бёдрами, большим пальцем ласкаю её клитор и веду нас обоих к очередному оргазму. Она тяжело дышит, её грудь вздымается, она сжимает мои плечи, пытаясь оседлать меня, а я трахаю её так сильно, как только могу. Она снова вскрикивает, выгибает спину, и я нахожу губами её горло, жадно посасывая его, чувствуя, как дёргается мой член, и понимая, что я на грани.

— Кончи для меня, cuore mio, — шепчу я. — Кончи на мой член, чтобы я мог кончить для тебя.

Не кончить в неё... самое сложное, что я когда-либо делал, чёрт возьми. Она запрокидывает голову и стонет, её внутренние мышцы крепко сжимают меня, когда она снова начинает кончать. Я так чертовски близок к разрядке, мои яйца напряжены, а по спине пробегает жар, но я не могу совершить одну и ту же ошибку дважды. Я сдерживаюсь, сколько могу, мой член пульсирует, а Энни стонет и ёрзает у меня на коленях, чуть не рыдая от удовольствия, пока я ласкаю её клитор, доводя до оргазма.

Как только я чувствую, что он начинает стихать, я отрываю её от своего члена, крепко прижимаю к его основанию, хватаю свой член и делаю два быстрых движения. Я чувствую, как он сжимается в моей руке, когда я начинаю кончать. Густые белые струи бьют ей в живот, в грудь, доходя до ложбинки между ключицами. Я покрываю её своей спермой, крепко прижимая к себе, пока вдавливаю головку в её живот и провожу ею по брызгам на её коже.

— Элио… — задыхается Энни, её бёдра всё ещё извиваются подо мной. — О боже, я хочу, чтобы ты трахнул меня снова.

Я хрипло смеюсь, чувствуя, как наконец-то начинаю расслабляться.

— Может быть, позже, — бормочу я, понимая, что это заведомо проигрышная битва. Я не знаю, сколько нам осталось, но я не хочу тратить это время на споры с ней о том, стоит ли нам наслаждаться моментом.

На данный момент я не собираюсь выигрывать эту битву. Ни с ней, ни с самим собой. С таким же успехом я могу дать себе что-то на память, пока она со мной.

— Я никогда не кончал дважды подряд, — говорю я ей, неся её в душ. — Ты единственная, кто заставляет меня так чертовски сильно возбуждаться.

Когда я опускаю её на пол, на её лице появляется задумчивое, почти грустное выражение.

— Я тоже хотела бы быть твоей первой, — шепчет она. — Я бы хотела, чтобы мы не останавливались в тот день. Я бы была твоей первой, если бы мы не остановились, верно?

Что-то сжимается у меня в груди.

— Да, — признаюсь я. — Я ни с кем не спал до поездки в Чикаго. Ты была бы моей первой.

— Нам не стоило останавливаться, — шепчет она. — Даже если тебе нужно было уехать. Мы должны были получить это, Элио.

Боль в её глазах что-то переворачивает во мне.

— Прости, — шепчу я, и это правда. Я подхожу к ней, запускаю руку в её волосы и целую её долго, медленно и глубоко, шепча слова у её губ. — Прости. Мне так чертовски жаль.

— Покажи мне. — Она выгибается подо мной, моя сперма всё ещё тёплая на её коже, и, чёрт возьми, мой член снова начинает твердеть. — Покажи мне, как тебе жаль, Элио.

Я поднимаю её и сажаю на край столешницы. Она раздвигает ноги, притягивая меня к себе, и я вхожу в неё, постанывая от ощущения того, как она принимает меня.

На этот раз всё происходит медленно и длится долго. Я трахаю её, пока мы оба не приближаемся к оргазму, а затем выхожу из неё и опускаюсь на колени, облизывая её, пока она не кончает мне на язык, а я в это время довожу себя до предела. Я стягиваю её с раковины, разворачиваю и снова вхожу в неё, делая ещё несколько блаженных толчков, прежде чем выйти и покрыть её задницу и спину своей спермой так же, как я недавно покрыл её живот и грудь. Она смотрит на меня в зеркало, не сводя с меня глаз, и я клянусь, что никогда не кончал так сильно, хотя это уже третий раз за час, чего раньше никогда не случалось.

Я не могу насытиться ею. И пока мы вместе стоим под душем, я могу думать только о том, что должен найти способ, чтобы это не закончилось.

Стоя под горячими струями воды, я задаюсь вопросом, что было бы, если бы я предложил отказаться от всего. Если бы я сказал Ронану, что вернулся не ради власти, а ради Энни. Что всё, чего я хочу, — это она, даже если это значит, что у меня больше ничего не будет.

Скорее всего, он бы сказал, что это значит, что я недостаточно хорош для неё. Я был недостаточно хорош для неё и раньше, когда был просто Элио Каттанео, а не доном.

Но я знаю, что если бы это было необходимо, я бы так и сделал. В мире нет ничего дороже неё.

И я бы ни от чего не отказался, лишь бы проводить с ней как можно больше времени.

ЭЛИО

Спустя неделю после событий в церкви Десмонд Коннелли по-прежнему как в воду канул.

Я поручил своим людям следить за каждым объектом, которым он владеет, за каждым бизнесом, с которым он связан, за каждым известным нам сообщником. Ничего. Как будто он растворился в воздухе после побега из церкви, и это незнание съедает меня заживо. Каждый прошедший час — это ещё один час, в течение которого Энни не в безопасности, ещё один час, в течение которого эта паутина лжи становится всё запутаннее, ещё один час, в течение которого всё может рухнуть. С каждым днём Ронан становится всё подозрительнее, и я изо всех сил стараюсь создать впечатление, что я приближаюсь к тому, чтобы найти Энни.

Когда я возвращаюсь в хижину, к ней, бывают моменты, когда я не думаю об этом. Когда я зарываюсь лицом между её бёдер, когда я глубоко внутри неё, когда удовольствие стирает всё остальное, я могу притвориться, что ничего этого не происходит. Что у нас медовый месяц. Что мы в отпуске. Что наш брак настоящий и узаконенный и что свидетельство о браке, возможно, не является моим смертным приговором.

Я стою на маленькой кухне хижины и смотрю на карту, разложенную на столе, с красными булавками, обозначающими все места, которые мы проверили. Мой телефон вибрирует, оповещая о новом сообщении от Диего: «По-прежнему ничего. Сейчас проверяем несколько мест возле доков».