Чтение онлайн

...розовых алмазов было немного.

Купленные.

Украденные.

Добытые весьма сомнительными путями, они являлись собственностью короны. Большей частью.

– Теперь ты понимаешь, насколько я вам нужен?

– Ты ли?

Мар осклабился:

– Тебе нечего ей предложить, а вот я... за свою свободу она готова платить. Пока за свободу, но дай мне немного времени и... говорю же, это, - он указал на папку, - на самом деле ерунда... а вот здесь...

Камень был теплым.

И чистым, насколько Мар мог понять.

– ...здесь будущее королевства. Ты ведь не станешь рисковать его будущим?

Глава 42

Нож я отобрала.

Ножи - вообще детям не игрушка, даже если ребенок честно считает себя взрослым.

– Значит, - я повертела нож в руках, убеждаясь, что ни крови, ни таинственных знаков или иных признаков силы, на нем нет, - здесь обычно твою маму запирают?

– Иногда, - Рута смотрела на меня с восторгом.

Ну да... слегка взъерошенная, самую малость грязная, зато самостоятельно - почти самостоятельно - выбравшаяся из запертой комнаты.

– Когда она опять становится... не в себе, - Рута покусала губу.
– А когда гроза, то она часто становится не в себе. Бабушка утверждает, что это потому, что внешние энергетические потоки дестабилизируют внутренние. У нормальных людей это компенсируется, а вот у ненормальных...

Она вздохнула и светским тоном поинтересовалась:

– А правда, что тетку убили?

– Правда.

Никогда не видела смысла в оптимистичном вранье.

– Йонас?

– Понятия не имею.

– Он. Кто еще? Он тоже ненормальный. Вот как жить, когда тебя окружают одни ненормальные, - Рута убрала руки за спину. В грязно-белой рубашке ниже колен, отделанной темным кружевом, она до невозможности напоминала... привидение.

Бледные руки.

Тонкие ноги.

Узкое личико.

Волосы, заплетенные в жидкую косицу. И свеча в руке. Света мало, и его нехватка подчеркивает острые черты Рутиного лица.

– Что-то не так?
– она чуть склонила голову.
– Ты меня боишься?

– Нет.

Немного.

И не ее, но...

– Боишься, - вздохнула Рута и протянула руку.
– Так бывает... кое в чем старуха права, потоки и вправду дестабилизируют...

Ее пальцы оказались холодны.

И холод впился иглой в тело. Холода стало много, так много, что я заледенела.

– Пойдем, - меня взяли за руку, и я сделала шаг.

И еще один.

– Улыбайся, - приказала девочка, и губы послушно растянулись в безумной улыбке.
– Вот так... знаешь, мне даже немного неприятно... впервые появился кто-то, кто пожалел эту бестолковую девчонку...

Мы шли.

Медленно. И звук шагов терялся в полутьме. Я слышала, как мечется ветер, я... была частью этого ветра, как была и частью моря. А еще немного человеком, который явственно осознавал: он попался.

– Ей всегда было одиноко... так одиноко... тяжело жить, когда ты никому особо не нужен. Так и тянет спрятаться и отыскать хоть кого-то. А в старом доме столько интересных вещей.

Кто она?

Оно?

То, что заняло тело Руты, явно не было человеком. Это я тоже знала, как и знала, что мне не дозволено будет жить.

– Демон, - честно сказало существо.
– Я здесь давно. Очень давно...

– Это ты... Сауле?

– Нет.

– А...

– Мы только немного помогли. Эта стерва нас обманула, представляешь? Она приносила конфеты. И разговаривала. Рассказывала сказки. Мы любим сказки. А потом оказалось, что все это - из-за Йонаса. Йонаса мы не любим. Он плохой.

– Почему?
– губы слушаются с трудом, но мне дозволено говорить, и я пользуюсь этим. А вот тело по-прежнему мне не подчиняется.

Идем.

Куда?

Вниз. Темными коридорами.

– Потому что его все жалеют. Или завидуют. И еще думают, что на нем милость Джара...

– Это... не так?

Иллюзия, что, пока длится разговор, меня не убьют. Существо качает головой и с упреком произносит:

– Ты и вправду веришь?

– Во что?

– Не важно. Но... нет. И да. На нем печать бога, поэтому я не могу просто взять и убить его. Это избавило бы от многих проблем. Однако разве можно гневить бога? Вот и приходится...

– Ты... мост...

– Я.

– Почему?

– Он обижает мою девочку. Все обижают мою девочку. Она такая ранимая... знаешь, ей совсем не хочется, чтобы ты умирала, но она понимает, у нас нет другого выхода.

Лестница.

Она скрывается за уродливого вида зеркалом и ведет куда-то вглубь стены. Здесь холодно и сыро, и паутина липнет к одежде. Паутины столько, что, кажется, будто она рвется с протяжным хрустом. А еще мне темно. Я останавливаюсь.

Не знаю как...

– Ты права, - кивает Рута. Неловкое движение, будто кто-то дернул за веревочку, и девочка-кукла подчинилась.
– Нам не нужно, чтобы ты раньше времени свернула шею. Папочка огорчится. Возьми.

Мне протянули свечу.

– А ты...
– пальцы послушно обхватили восковую скользкую палочку.

– А я и так вижу. Это тело дает неплохие возможности. Знаешь, вы, люди, как-то себя недооцениваете, вечно вам хочется большего...

– Демон.

– Демон, - согласился демон с очевидным.
– А ты человек. Хочешь предложить сделку?

Я не сошла с ума.

Лучше умереть... во всяком случае, тогда останется шанс, что моя бессмертная душа вернется к Эйре, а там, глядишь, и получит шанс на новое воплощение, а не будет пожрана хозяином Тысячи огней.

– И не больно-то хотелось, - демон, кажется, обиделся. Немного. Губы его растянулись. Искривились. А из горла донесся утробный рык.
– Все равно я сильней.

– А...

...если сделка состоялась, то должны быть озвучены условия.

– Ей просто нужен был кто-то, кто позаботился бы о маленькой одинокой девочке. Кто бы защищал ее, берег и не позволял обижать. Никому. Я неплохо справляюсь, - сказал демон, широко ухмыляясь.
– Как мне кажется.

– Ты меня убьешь?

Ступеньки закончились. А демон прижал палец к губам: