Чтение онлайн

– Да, она милая.

– Думаю, она могла бы составить тебе неплохую пару. Например, помочь тебе найти хорошую работу, чтобы ты наконец-то обзавелся собственным жильем.

Она шутит со мной по поводу того, что в свои двадцать два года я все еще живу в ее доме, и я даже готов посмеяться, но внезапно вспоминаю, что на следующей неделе переезжаю из штата, и моей матери уже положено это знать, но она не в курсе.

Я тянусь к ее руке, и когда она видит, как моя улыбка исчезает, тускнеет и ее собственная.

– Мам, я должен тебе кое-что сказать.

Она кладет пальцы мне на руку, и я в успокаивающем жесте сжимаю их.

– Мэгги через несколько дней едет в Финикс, чтобы открыть новый клуб, который они там купили.

Моя мать хмурит брови, ожидая, что я скажу дальше.

– И я еду с ней. Чтобы там остаться.

Она тотчас меняется в лице. Меня же пронзает стыд, что я доставляю матери столько боли. Несколько минут я ничего не говорю. Она переваривает эту новость, и ее глаза перескакивают от моего лица к пустому месту на стене и обратно.

– Мам, скажи что-нибудь, – умоляю я, когда кажется, что прошла целая минута.

– Я рада за тебя.

Услышав такой ответ, я напрягаюсь.

– Что?

– Сынок, ты застрял с тех пор, как окончил школу, я же хотела, чтобы ты добился чего-то большего, например, переехал, женился или поступил в колледж. Что-то, что вытащило бы тебя из этой колеи, чтобы я могла закрыть глаза на то, что тут замешан еще один клуб. Я просто хочу, чтобы твоя жизнь по-настоящему началась.

Я не в силах сказать ни слова. Я ожидал, что она встанет на дыбы, а мама, по сути, отвечает мне «черт возьми, давно пора». Я не жалуюсь, но все равно это странно.

– Спасибо, мам, – говорю я, и она сжимает мою руку.

– Но я буду скучать по тебе.

Слеза скользит по ее ресницам, но она быстро смахивает ее.

– Я тоже буду скучать по тебе.

Замечаю, как кто-то просовывает голову в комнату. Я поворачиваюсь и вижу стоящую в дверях Мэгги. Она настороженно смотрит на мою мать, не зная, можно ли ей войти.

– Я принесла тебе кое-что из твоих вещей, – осторожно говорит она.

– Входи, Мэгги, – говорю я, отпуская мамину руку.

К нашему удивлению, мать встает со своего стула рядом с моей кроватью и жестом приглашает Мэгги сесть.

– Да, входи, – добавляет мать. – Я все равно собиралась идти и дать тебе немного отдохнуть, – она наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб. Я притягиваю ее к себе и быстро обнимаю. – Просто держи меня в курсе, когда тебя выпишут. Думаю, ты наверняка захочешь…

– Да, я поживу у Мэгги, – быстро отвечаю я.

Мать лишь кивает и снова целует меня в лоб. Торопливо и неловко попрощавшись с Мэгги, она выскальзывает из палаты, и я наконец-то могу свободно дышать.

– Как все прошло? – спрашивает Мэгги, садясь вместо пластмассового стула на край моей кровати.

Выдохнув, я киваю.

– Намного лучше, чем я ожидал.

– Отлично, – отвечает она, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать меня.

Я тотчас пользуюсь подвернувшейся возможностью и тяну ее вниз. Она ложится на кровать рядом со мной, и мое плечо служит подушкой для ее головы. Если злая медсестра вернется и попытается на меня за это накричать, мне не страшно. Есть только одна женщина, которую я слушаю в любом случае.

– Всю неделю в клубе было очень тихо, – говорит Хэнк. Он сидит в моей гостиной, нашей временной комнате для совещаний, пока Бо идет на поправку. Здесь все – Эмерсон, Чарли, Гарретт, Мия, Хантер и Дрейк. Даже Изабель устроилась в углу моего дивана, поглаживая живот, пока мы все слушаем Хэнка, который заглянул проверить, как там дела у Бо.

– Да, среди участников определенно есть некоторое беспокойство. Люди все еще приходят, но атмосфера не та, – говорит Мия с задумчивым видом.

– Мы усилили охрану, сделали публичное заявление для наших членов и передали все записи с камер наблюдения. Что еще мы можем предпринять? – спрашивает Гарретт.

– Со временем все устаканится, – говорю я.

– Она права, – добавляет Эмерсон. – Мы не намерены делать никаких уступок. Мы не собираемся закрывать двери или пугаться их угроз.

– Кроме того, он сделал себе только хуже, когда прибег к насилию. Теперь суд не станет рассматривать никакие судебные иски против клуба, – отвечаю я.

Эмерсон кивает в мою сторону. Чарли сидит рядом с ним, и я чувствую на своем лице ее взгляд. Я официально не разговаривала с ней с того дня, как стало известно про нас с Бо. Нападение на нас как бы заглушило этот скандал, и это, я полагаю, тот случай, когда нет худа без добра. Но я замечаю, как пристально она смотрит на меня.

Интересно, что Чарли думает про наши отношения, учитывая, что ей известно обо мне и о результатах моего теста. Возможно, она представляет, как я хлещу его кнутом в комнате для БДСМ. Скорее всего, она понимает, почему у них с ним ничего не получилось, ведь они оба сабы, которым нужен господин. В любом случае, я никогда не узнаю, так как это был бы слишком неловкий разговор.

Внезапно в моем кармане звонит телефон, вырывая меня из глубоких мыслей. Я опускаю взгляд и вижу на экране имя Фитца. Странно, что он позвонил мне, а не Эмерсону, но я быстро извиняюсь и выхожу, чтобы ответить.

– Алло? – говорю я, входя в кухню.

– Привет, Мэгги. Я звоню, чтобы сообщить, что напавший на Бо человек арестован.

– О, слава богу, – отвечаю я, с облегчением опускаясь на стул. – Эмерсон здесь. Я дам ему знать.

– Хорошо, – отвечает Фитц. – Буду благодарен. Я хотел, чтобы ты узнала первой.

Я улыбаюсь своему кофе и помешиваю сливки.

– Это многое значит. Спасибо за все.

Я чувствую позади себя присутствие Эмерсона. Тотчас оборачиваюсь и киваю.

– Они его поймали.

На его лице написана уверенность. Он вовсе не удивлен и даже не рад – по крайней мере, не настолько рад, как я ожидала.

– Слава богу, – спокойно отвечает он.

В гостиной явно услышали эту новость, поскольку оттуда доносится ликование.

– Да. Он сам сдался, – добавляет Фитц, и я замираю.