Чтение онлайн

напастей...» (А. М. Курбский, Соч., стлб. 399; выше Курбский попрекает русское

духовенство, что они перед царем «не вдовиц и сирот заступают», - стлб. 395). Если

Грозный, действительно, имел в виду слова Курбского, эо такой полемический прием

вполне в духе царя: Курбский говорил тти слова о Руси, Грозный относит их к новому

отечеству Курбского. Последние слова («иже вы. . .») не вполне понятны: в других

списках читается: «их же вы, желаюше на христианство злая, составляете».).

Об антихристе мы слыхали, - вы, замышляющие зло против Божьей

церкви, поступаете подобно ему. О «сильных во Израиле» и о пролитии

крови я уже писал; а что мы якобы потакаем кому-либо - неправда, это вы

не переносите возражений, а любите, чтобы вам потакали. Никакого

советника, рожденного от блуда, мы не знаем, - наверное, это кто-нибудь из

вас, а моавитянин и аммонитянин - ты сам. Так же, как они, происходя от

Лота, сына Авраама, всегда воевали с Израилем, так и ты, происходя из

государского рода, беспрестанно стремишься нас погубить (Антихриста же

вемы...на ны безпрестани советуеши пагубу.- Эти слова представляют собой ответ на

заключительную приписку (post-scriptum)Курбского в его послании. Курбский намекает

царю на какого-то его советника, «рожденного от преблудодеяния» и «всем ведома»,

которого он сравнивает с антихристом; Грозный заявляет, что он не знает такого. На

кого намекает Курбский - не ясно; Устрялов (Сказания Курбского, прим. 218) почему-то

предполагает, что речь идет о Федоре Басманове, но ничем это не обосновывает (нет

321

никаких известий о том, чтобы Басманов был незаконнорожденным; отец его Алексей

играл видную роль в опричнине). - Говоря, что Курбский происходит от

«властительского» рода, Грозный, вероятно, намекает на происхождение Курбского

(череа ярославско-смоленских князей) от Рюриковичей.).

Писал ты свое письмо, выступая как бы судьей или учителем, но ты не

имеешь на это права, ибо повелеваешь с угрозами. Как все это напоминает

коварство дьявола! Он ведь, то заманивает и ласкает, то гордится и пугает,

так и ты: тог впадая в безмерную гордость, ты воображаешь себя

правителем и пишешь обвинения против нас; то притворяешься

беднейшим н скудоумнейшим рабом. Как и другие, бежавшие от нас, ты

написал свое письмо собачьим неподобающим образом - в исступлении

ума, в неистовстве, по-изменнически и по-собачьи, как подобает

одержимому бесом [следуют пространнейшие цитаты из Библии и из

сочинений византийских духовных писателей против лиц, присваивающих

себе права правителей, учителей и священников!.

Дано это крепкое наставление в Москве, царствующем православном

граде всей России в 7072-м году, от создания мира в 5-й день июля [5 июля

1564 г.] (Что же убо писал, хотя убо поставите судею или учителя... в лета от создания

миру 7072-го, июля в 5 день.
– В заключение своего послания царь дает общую оценку

послания Курбского, приводит обширные цитаты из Библии и византийской духовной

литературы (в частности огромную выписку из сочинения IV - V в. н. э.,

приписываемого Дионисию Ареопагиту, часть которой попала в большинстве списков

не на место) и заканчивает датой, исчисляемой, как и во всех его посланиях, от

«созданиямира» (5 VII 7072=5 VII 1564 по нашему летосчислению). Говоря, что

Курбский «подобится» (уподобляется) «местоблюстителям», Грозный, очевидно,

понимает этот термин (как и выше, стр. 24) в смысле «управители, наместники» [а не в

смысле «блюстителя епископского престола», как полагает Штелин (ук. соч., стр. 90)].

Царь сравнивает послание Курбского с выступлениями других лиц, «бежавших от рук

наших»; из таких выступлений нам известно только послание Тетерина Морозову (см.

выше, стр. 536). Выражение «степеней честного порога» (в последней фразе), как и в

посланиях шведскому королю Иоганну (см. стр. 144), представляет собой указание на

высокий ранг (в международном масштабе) Московского государства.).

Послание английской королеве Елизавете (1570)

322

Некоторое время тому назад брат твой, король Эдуард,. послал

нескольких своих людей, Ричарда и других, для каких-то надобностей по

всем странам мира и писал ко всем королям и царям и властителям и

управителям. А на наше имя ни одного слова послано не было. Неизвестно

каким образом, волею или неволею, эти люди твоего брата, Ричард с

товарищами, пристали к морской пристани у нашей крепости на Двине

(пристали к пристанищу к морскому в нашем граде Двины. - Английский капитан

Ричард Ченслер пристал в августе 1553 г. к устью реки Сев. Двины у Никольского

Корельского монастыря (ныне г. Молотовск Архангельской области). Ченслер был

участником большой английской экспедиции, организованной по инициативе итальянца

Себастьяна Кабота для открытия Индии северным морским путем. Экспедиция имела

при себе грамоты короля Эдуарда VI «всем царям, государям и владыкам и всяким

судиям земли и вождям ее» (Ю. Толстой. Первые 40 лет сношений между Россиею и

Англиею. СПб., 1875, № 1). Один из кораблей экспедиции под управлением Виллоуби

погиб вместе со всем экипажем, а корабль Ченслера был случайно занесен бурей в

Белое море. Ченслер был доставлен (через Холмогоры) в Москву и с этого момента

начинаются постоянные русско-английские торговые сношения. Следует отметить,

однако, что первое знакомство Московской Руси с Англией произошло еще до