Чтение онлайн

происхождения, уклоняющихся от выполнения своих международных

обязательств под предлогом государственных переворотов: «И то уж ваше

воровство всё наруже: опрометываетесь как бы гад - розными виды».

Но приведенные послания - не только памятник неудачи. Уже в августе

1572 г., когда царь писал свое первое послание шведскому королю Иоганну

III, перед ним вставали контуры нового военно-дипломатического плана; в

478

1573 г., когда была написана вторая грамота шведскому королю, план этот

уже начал осуществляться.

Поворот во внешней политике Грозного был в значительной степени

связан с событиями «польского бескоролевья». Смерть последнего

Ягеллона, безвольного Сигизмунда II Августа, сама до себе едва ли могла

бы считаться крупным событием; но благодаря существовавшей в Речи

Посполитой уже к тому времени феодальной анархии, прекращение

династии вызвало длительный период безвластия: польское «беско-

ролевье» длилось фактически с 1572 по 1576 г. с перерывом на несколько

месяцев. Для Грозного это «бескоролевье» оказалось чрезвычайно

благоприятным обстоятельством: из борьбы за Прибалтику выбыло

государство, больше всех «противоборствовавшее» царю в

предшествующие годы. «Польское бескоролевье» отвлекло от ливонских

дел и Габсбургов: всецело занятый борьбой за польский престол,

император теперь смотрел на русского царя, главным образом, как на силу,

могущую сыграть важную (и, может быть, благоприятную для Габсбургов)

роль в ходе польской «элекции». А во время «бескоролевья» он не имел и

фактической возможности вмешиваться в Ливонскую войну.

Роль «польского бескоролевья» в истории Ливонской войны,

несомненно, недостаточно учтена исследователями: в исторической

литературе обычно в центре внимания оказывается лишь начало войны

(1558 - 1561 гг.), а между тем стоит перечислить русские завоевания в

Прибалтике в 70-х годах, чтобы понять, как блестяще сумел Грозный

использовать прекращение польского «противоборства».

Уже летом 1572 г., в первом послании Иоганну III, Иван IV обещал

ближайшей зимой показать шведскому королю, имевшему неосторожность

сказать, что русские «просили» у него мира, «как мы и люди наши учнем у

тебя миру просить». Подготовка к этой величественной «демонстрации»

началась с конца 1572 г. Шведы владели в это время в Ливонии

сравнительно небольшим куском территории в северной Эстонии; наемные

шведские «гофлейты», грабившие местное население, были весьма

непопулярны в стране. Отлично понимая, как важно обеспечить себе хотя

бы пассивную поддержку населения, Грозный еще за несколько лет до

этого разработал план создания в Ливонии вассального королевства;

«королем Ливонии», «голдовником» (вассалом) царя, был провозглашен

герцог Магнус, брат датского короля Фридрика П. Однако первая попытка

создания «Ливонского королевства» не удалась - после военной неудачи

под Ревелем в 1570 г. вассальный «король» решил было отказаться от

высокой чести, предложенной ему царем, и удалился на остров Эзель,

принадлежавший датчанам. Теперь Грозный вновь возобновил договор с

Магнусом, вновь пожаловал ему его временную резиденцию город Полнев

(Пылтсама, Оберпален) и некоторое время спустя обвенчал его со своей

479

племянницей. Договор с «королем Ливонии» обеспечивал Грозному не

только сочувствие населения (по словам современников, Магнус,

обещавший сохранить Ливонии местные права и обычаи, «явился утехой и

убежищем почти всех ливонцев, переходивших толпами к этому

государю»), но также поддержку брата Магнуса, короля Дании, а возможно

и косвенную поддержку императора: датский король был союзником

Габсбургов и энергично добивался их согласия на создание «Ливонского

королевства».

1 января 1573 г. русские войска штурмом взяли крепость Пайду

(Вайссенштейн), крупнейший (после Ревеля) опорный пункт шведов в

Ливонии. Через несколько дней после этого, возвращаясь из завоеванного

города, царь отправил шведскому королю свое второе послание, для

большей внушительности пометив, что оно написано из «нашей вотчины

Лифлянские земли города Пайды». В послании царь заявил, что он не

перестанет «доступать» Ливонию, «докудова нам ее Бог даст».

Из шведских владений царю предстояло «доступать» в Ливонии уже

немного: из крупных крепостей у шведов оставался, в сущности, один

Ревель. Наученный печальным опытом неудачной осады 1570г., Грозный на

этот раз не сделал попытки взять эту мощную крепость, а поставил перед

своими войсками другую задачу: выйти непосредственно к морю, обойдя

Ревель с юга. В 1573 г., эта попытка не удалась; но уже в начале 1575 г.

войскам Магнуса удалось овладеть крепостью Салис на берегу Рижского

залива (ныне г. Салацгрива Латвийской ССР), а в июле того же года

русские войска взяли крупную приморскую крепость Пернов (Пярну).

Ливония была окончательно разрезана на две части.

1576 год принес новые успехи. В начале этого года русскими войсками

были взяты «Коловерь», «Лиговер», «Апсол» и «Падца» [Лоде, Леаль,

Гапсаль (Хапсалу) и Падио] - города в крайней северо-западной

оконечности Ливонии. Теперь русские владения выходили не только к

Финскому и Рижскому заливам, но непосредственно к Балтийскому морю;

в руках Грозного находилось почти все побережье от Ревеля до Риги (в том

же году «голдовник» царя, Магнус, завладел крепостью Лемзаль,