Чтение онлайн

Да уж, Анюта, это насколько тебе опостылело твоё окружение, что ты вот так отделяешься от мира... И кто виноват?

Смотрю список пропущенных. Звонили и писали все. Буянов, дочки, Ленки, Янка, еще знакомые.

Доронин.

Тоже звонил. И писал. Причём сообщения такие... Без ругани, без злобы, нежные даже. Какая муха его укусила? Славина, что ли ему напела, что надо с женой дружить? Или служба безопасности? Мол, развод сейчас не вписывается в регламент?

Смешно.

– Голодная? — Лешка смотрит изучающе, сканируя

Как он всё-таки в квартиру пробрался? Сообщений от хозяина нет.

– Не знаю, наверное.

– Пойдем, поедим, я тоже как волк.

– Куда? Может, закажем?

– Тебе надо подвигаться.

– Откуда ты знаешь, что мне надо, Буянов?

– От верблюда. Одевайся.

– Мне нужно в душ, потом волосы уложить, это время... Давай закажем, посидим тут.

Он задумывается, вижу, что ему хочется остаться.

А я что творю вообще? Я же не собиралась... На самом деле плевать. Раз уж он тут!

– Заманчиво. Но лучше всё-таки выйдем.

– Ну жди! — почти психую.

На самом деле причёска моя новая меня радует, никакая укладка не нужна, голову я не мою, просто освежаю тело. Волосы расчёсываю, чуть взбиваю. Шарман, как говорит французская бабушка одного приятеля моего мужа.

Моего мужа…

Уже не моего.

Хм…

Почему-то в голове стабильно фраза — и слава богу. К чему бы это?

Собираюсь я минут за двадцать.

С макияжем у меня никогда проблем нет, использую сыворотку, легкие светлые тени и тушь — пять минут Вещи удобные, которые не нужно выглаживать. Дольше стою и оценивающе смотрю на себя.

Хороша.

На самом деле сама себе сейчас нравлюсь.

Как будто я получаю компенсацию за то время, когда была собой недовольна.

А может…

Может это карма? Возненавидела себя и получила…

– Я готова.

– Шикарно выглядишь.

– Спасибо.

Он усмехается.

Да, да, надо просто благодарить за комплимент. А не устраивать цирк, начиная отнекиваться и протестовать.

Мужчина сказал — шикарно выглядишь, значит, шикарно выглядишь. Если он солгал — это его проблемы.

– Куда мы?

– Тут есть хороший ресторан, владелец мой знакомый.

– Прекрасно.

Я не думаю о том, что могут сказать по поводу моего выхода в свет с Буяновым. Мне плевать. Даже если нас кто-то заметит.

Даже если все папарацци столицы сбегутся.

Плевать.

Я свободная женщина.

Если мой муж считает нормальным на всю страну показывать отношения с другой, почему я не могу пойти в ресторан с бывшим одноклассником?

Мы идём пешком, реально не очень далеко. Вот плюс от жизни на Арбате. Красота.

Столик Алексей уже успел заказать.

Вспоминаю вчерашнюю встречу с Дорониным. Хорошо бы сегодня без сюрпризов.

Мне везёт. Мы просто едим. Вкусно. Итальянская кухня, моя любимая. Паста с лососем, капрезе, закуски — пармская ветчина, сыр, оливки, вяленые томаты, фокачча. И на десерт знаменитый итальянский торт с клубникой.

После ужина Алексей провожает меня до квартиры.

– Останешься?

– А ты пустишь?

– Почему нет?

Он усмехается.

– Ты...- что-то хочет сказать, но язык прикусывает. — ладно, останусь.

– А что, ты не хотел?

– Я не уверен, что ты хочешь.

– Мы можем просто лечь рядом.

Вот в этом я точно не уверен.

– Неужели?

– Просто лежать рядом с тобой я не умею.

Как звучит.

Приятно.

– Только мне придётся очень рано встать, как это сделать, чтобы не разбудить тебя?

– Можешь будить, я всё равно потом могу полдня проспать опять.

– Мне нужно будет уехать на два дня. Знал бы — заранее отменил. Сейчас не могу. И с собой тебя взять не могу.

– Какой самонадеянный, я, может, еще и не поехала бы.

– Не поехала?

Он притягивает меня к себе, смотрит в глаза.

– Нет, Лёш. Я правда должна побыть одна.

– Так может мне уйти.

– Нет. Останься.

Мы проводим вместе очень уютный вечер. И ночь.

Нежную, ласковую, страстную.

Я чувствую себя живой.

Женщиной.

Любимой женщиной.

Это неожиданно приятно и... больно.

Больно понимать, куда и к чему я пришла в семейной жизни.

Когда я перестала быть любимой и значимой?

Когда я позволила себе стать тенью себя?

Функцией?

Просто жена.

Просто мать.

Просто спутница.

Просто функция.

Когда я перестала быть собой?

– Анька, ты много думаешь.

– Это я компенсирую годы жизни без мыслей и анализа.

– Да? А что, нужен анализ?

– Ну, как выясняется... Если не хочешь остаться у разбитого корыта.

– Кстати, если уж так, по чесноку... Она ведь не у разбитого корыта осталась?

Старуха? Она осталась со своим стариком. Не в этом ли смысл?

– Я так глубоко не задумывалась. Но... может быть и так?

Его пальцы на моей коже.

Он постоянно меня касается. Проводит, гладит, целует.

Ноги мои целует! Пальцы...оказывается это так чувственно, так эротично.

Я и забыла, что это бывает вот так

Мне столько нужно вспомнить!

Столько нужно сделать.

Успеть за эти несколько дней.

Успеть.

– Аня... почему ты такая…

– Какая?

– Родная... Я с тобой дышу.

– Ты прям поэт... романтик.

– Это плохо? Мужчина не может быть романтиком?

– Роняешь образ властного героя и мачо.

– Ну, извини... не хочу быть как твой муж.

Пауза.

Мы оба понимаем, что сказали не то.

– Извини…

– Мне нравится то, что ты так говоришь. Плевать на образ властного героя. Хочу слушать тебя.

– Я правда эти два дня живу реально. Чувствую.

– До этого не жил и не чувствовал?

– Нет. Существовал. По инерции. Просто, потому что надо.