Чтение онлайн

– В двадцать семь лет, – пролепетала она и Элф насупился, скривив брови в вопросе, напрягшись всем мышечным телом.

– Чтоб меня… Ты сейчас серьезно, а?

Сара снова посмеялась над его реакцией, быстро шепнув, обезоруживая мужчину: – Я хочу сохранить себя до семнадцати.

Элф победно ухмыльнувшись, согласился с ней.

– По-моему, это удачный возраст, не так ли, м? – спросил он басовитой хриплостью, беседуя на максимально пониженных тонах, – Тебе не думается, что важно не потерять эту ценную вещицу в какой-нибудь неумелой возне с похотливым юнцом, да? Надежнее довериться зрелому мужчине. И я предпочел бы быть им. Что скажешь?

Сара согласно покивала, прикладывая к лицу бокал с лимонадом от смущения. Это было отличной идеей, как ей казалось, потому что Элф, в отличие от её ровесников, никогда не распускал руки. Он не позволял себе ничего лишнего. А юноши были подобием пальцещупов, распускающих руки при первой же возможности.

– Где бы ты хотела, чтобы это случилось?

Сара задумалась, а потом, посмотрев в его красивое лицо, сказала со всем энтузиазмом: – Подальше от Клеркенвелле, ради Всего Святого!

Элф понимающе покосился, допивая свой бокал. – Правда? Этот райончик просто сортир, змеиное логово, так что я буду даже «за» обеими руками и ногами, мать его.

Сара думала, что Элф не оставит эту тему и будет задавать ещё много деликатных и бестактных вопросов, но вместо этого он либерально поцеловал её в щёку и сказал: – Знаешь, – не прерывая зрительного контакта начал он, обводя глазами её губы и выжидающее выражение на её лице притормозило Алфи, потому что он знала, что Сара понимает то, на что он набирается уветливости, – По душе мне наблюдать за тобой. Ещё лимонада?

Сара счастливо улыбнулась и увидела, как вошла её сестра и направилась на поиски. Они договорились встретиться. Лоренцо обещал угостить их французским вином. Эта вылазка была долгожданной.

– Эти паршивые ирландцы! Никто на них управы не найдёт? – гремел Элф, имея способность переключаться с одного на другое со скоростью света.

Сара повернулась к нему и, обхватив его подбородок рукой, коснулась его уха губами, совершенно случайно.

– Любимый, мне пора… – мужчина, оторванный от разговора, повернулся к ней и понимающе, но тем не менее грустно кивнул.

– Ага-а, – протянул он с ноткой обиды в басе, – Убегаешь, значит? – высматривая плавающую по заведению Дору, понимая что и к чему.

Сара поднялась с места и улыбнулась. Элф несколько раз сдержанно поцеловал её руку и когда, наконец, отпустил, то Дора подошла к столику.

– О, вот ты где, дрянь такая!

Элфорд сделал совершенно обычное лицо.

– Дора, – кивнул он вместо приветствия, – Я как раз справлялся о том, как поживает ваш папаша-обормот?

Сара выдохнула, а Дора громко хмыкнула: – Пойдите и узнайте!

– А где Лоренцо? – перебила их Сара.

Поправив дорогое платье, Дора громко сказала: – Дай мне возможность найти свободный столик для начала, мисс Любопытство, ладно?

Глаза Сары расширились. Это была её сестра, жена Лоренцо Галла, позволяющая себе говорить с людьми, как с ничтожествами. К её великому счастью, окружающие проглатывали такое отношение из-за Лоренцо и его репутации Капо соответственно. Но Саре стало очень горько и неприятно, особенно при Элфорде, смотрящем на них. Всё-таки Дора её сестра и от этого было больнее.

Бровь Элфа взметнулась вверх, а лицо заострилось. Казалось, он хотел что-то сказать, вставить своё слово в защиту Сары. Молчание повисло и давило на всех.

– Что с тобой? Ты встала не с той ноги? – попыталась смягчить ситуацию Сара, натягивая улыбку, чтобы Элфорд не открыл рот и не выдал их союз.

– Ладно, идём, – бросила Дора раздраженно, презрительно оглядывая Левинсона, – Столик у окна, наконец-то, освободился, – заключила она и фальшиво улыбнувшись сестре, побрела прочь.

Девушки сели за столик. Глядя в глаза сестре, Дора почувствовала себя скверно и страшно знакомая ревность снова охватила ее. Идеальная кожа, белые зубы и аккуратная фигура Сары в последнее время беспокоили её. Она завидовала своей сестре и её внешности, которая была более миловидной. В них почти не было схожести и это было главным отягчающим фактором.

Лоренцо, вошедший в паб, проталкивающийся к их столику, пробудил в ней новые тревоги. Она знала, что он однажды посмотрит на её сестру и что Дору снова будет терзать неуверенность в себе. Ощущение недостаточности красоты, неполноценности и общей несостоятельности были её подругами.

Она знала, что однажды наступит день, когда Лоренцо захочет попробовать вторую сестру и она позволит ему, стерпит его разврат.

Работяга Генри Осборн смотрел на своего босса – Элфорда Левинсона в ужасе. Проклятые ящики выпали из его рук из-за Сары, девчонки с шилом в заднице, которая проскочила точно перед ним, не заметив надвигающегося на неё рабочего. Пелена из слез после неприятного разговора с Элфом была такой плотной, а боль в груди – чудовищной, заставившая согнуться её почти пополам.

Генри дергано моргал, ощущая влажность от настойки на себе, в ботинках и даже трусах. Несколько ящиков – сотни литров. Левинсон накажет его штрафом. Больше недели работы за зря.

– У тебя руки из задницы растут, таки, а? – прогремел Элфорд и со всей силы и размаха ударил мужчину по лицу.

Сара, прежде чем уйти, остановилась на железной гремящей лестнице и оглянулась на происходящее под ней. С пощечиной, что прилетела по лицу Генри, она вздрогнула и побрела к выходу.

Осборн потупился, растерялся и, зажав щеку руками, пытался прийти в себя.

– Не моя вина, – промямлил рабочий, – Не моя вина! – добавил он громко в спину Левинсону.

Элф, который уже двинулся к себе, расправив плечи, обернулся на вызов.

– Чего? – спросил он громко, – Что ты там сказал, заморыш, а?

– Не я виноват, – Генри говорил с трудом, вероятно из-за разбитой губы, которая тут же опухла и кровила. А может из-за страха, что уже вряд ли.

– А кто виноват? Летнее солнцестояние или твоя мамаша, наградившая тебя сраными заготовками под руки вместо полноценных? – рычал Элфорд.

– Девчонка Сара, которая приходит к вам ежедневно. А как же правило, что на заводе никаких женщин? – подытожил Генри, осматриваясь, ища поддерживающую реакцию в лице остальных, кто был также недоволен этим фактом.