Чтение онлайн

– Да и вас ранним утром видели под ручку с мейстером, - миролюбиво заключил то ли Марк, то ли Мишель и вновь с головой ушел в азартную игру. Козыряю!

– Кстати, где он?
– оторвалось от изучения статьи светило исторической науки.
– Я собирался уточнить по поводу вот этого и этого, - он ручкой отметил нужные строки для Деборы, которая понимающе кивнула, а украдкой от него скорчила уморительную рожицу. Джек, уткнувшись носом в стол, затрясся от беззвучного смеха, и за всех ответил более сдержанный Эрик.

– А вы не в курсе? Хозяева укатили в город на ночь и весь следующий день, так что мы предоставлены самим себе. Еще чаю, профессор? И вам, мой юный друг, - он наполнил чашку Отона.

– Дебора... актриса!
– ласково сказал чернокожий, промокнув пальцем влажные глаза.
– Айда купаться, ординарцы!

Тексты просачиваются в реальность.

– Вода, прохладная вода!
– закричала Дебора на манер уличного продавца и потрясла над головой пластиковой бутылью.
– Кому?

– Мне! Умница, красавица, мне!
– завопил Мишель и ринулся к ней, однако на полпути запнулся о ноги загорающего Эрика и шлепнулся обратно в нагретый песок.

– Ну, ну, - газета, разложенная домиком, дернулась и сползла вниз, открыв укоризненное лицо канцлера.
– Смотри, куда идешь.

– С тем же успехом, - парировал Мишель, комично ероша волосы, - я мог бы сказать тебе: "Смотри, где лежат твои ноги, Эрик, присматривай за ними получше".

Окружающие, привлеченные звуками энергичного Мишелева голоса, дружно рассмеялись, возвращаясь к прерванным занятиям.

Дебора присела на корточки подле профессора и тоненьким голоском примерной ученицы принялась выпытывать у него: "А этот камень, мистер Глаукер, - он не может быть искусственного происхождения?" - "Я же говорил вам, - раздраженно гудел в ответ профессор, - это обыкновенный голыш, отшлифованный дунайской водой. Вы бы еще спросили меня, можно ли в здешней реке сделать из смолы янтарь!"

Марк, сидящий неподалеку от Отона, невольно фыркнул.

– Что смешного?
– Джек Шелл лениво ткнул его локтем под ребра.
– Никогда не видел, как девчонка клеится?

Мишель охнул.

– Ребята!.. как символично!

– Чего?
– не понял Джек.

– Ну, - Мишель заговорщически понизил голос.
– Дебора - апостол Ирен, а профессор...

– ...апостол Казимира!
– улыбаясь, закончил Марк.

Эрик под газетой заворчал, завозился и грузно перевернулся со спины на живот.

– Чушь собачья!
– изрек он.
– В вашем возрасте, господа, стыдно увлекаться оккультизмом. И, кстати, о символах...

Отону жизнь, когда он размышлял над ней в мирные моменты, казалась эксцентричной теткой с острым профилем, с не всегда понятными причудами, но благоволящей к живущим. После вчерашнего вечера, когда быстрое, под влиянием сумерек и ощутимо веющей прохлады купание завершилось марш-броском до жилища апостолов, именуемого ими просто "берлогой", Отон с удивлением констатировал, что начинает восхищаться этими странными людьми, которые утверждали, что "стыдно заниматься оккультизмом", а жили практически на осадном положении: в окружении опасности, мистики и смерти. И он безропотно остался на ночь, впомнив, что особняк, куда следует возвращаться, пустует сверху донизу, - у него мурашки поползли по спине и рукам, когда он спохватился, что может снова услышать шепчущий голос либо разглядеть чью-нибудь призрачную фигуру под окнами кухни и жилых комнат. Отона до отвала напоили чаем и властной рукой закрепили за ним старенькую кушетку в угловой проходной комнате, которая обыкновенно исполняла роль гостиной. Здесь было прохладно, пахло пивом и немножко - плесенью. Мишель притащил из другой комнаты кипу своих заметок, свалил их к подножию кресла и во всеуслышанье объявил, что берет на себя нелегкий труд развлекать и ублажать гостя. Эрик хмыкнул и озадаченно потер переносицу. Марк в весьма корректных выражениях заметил, что Мишель - чересчур кипучая натура для некоторых да вдобавок ужасно храпит. Мишель возразил в том духе, что Марк вечно к нему придирается, хотя по сравнению с ним Мишель просто ангел во плоти (в качестве примера было приведено мошенническое поведение Марка во время сегодняшней карточной игры).

В продолжение этой шутливой перепалки Отон заинтересованно изучал картину на стене гостиной - при виде нее у юноши повторилось то самое чувство, что и в день знакомства с канцлером. Изображение складывалось из множества жестких продолговатых чешуек: на небе они были серыми, с фиолетовыми прожилками, ниже все больше становилось розового, но реющие меж землей и воздухом листья и ветки, наползая и наслаиваясь друг на друга, не позволяли определить, сколько этой картине осталось до рассвета; в ней только силуэт человека у правого края рамы да белое пятно розы у левого поражали смотрящего гладкостью фактуры и округлостью очертаний.

– Нравится?
– заинтересованно спросил Мишель.

Молодой человек пожал плечами.

– Странное чувство.

– Все так говорят. Это Жюли нарисовала, когда мейстер пересказал ей легенду о пророчестве.

– Я так и не дослушал, кем был тот человек, увиденный вице-ишпаном, признался Отон.

– А!
– собеседник махнул рукой.
– Это был турчонок, бежавший из мадьярского плена. Вице-ишпан подарил ему жизнь в обмен на клятву ухаживать за розами. Потом все окрестные жители ходили глазеть, как парень молится Аллаху, и мадьярские девки тоже. Немудрено, что у местных кожа темнее. Потом, вроде бы, после смерти хозяина турчонок сбежал с каким-то цыганским табором. А вот розы, которые он сажал, прижились. Ирония судьбы: что не удалось хозяину удалось его слуге... Но мне больше нравится другая картина, - Мишель схватил Отона за рукав и на буксире перетащил в соседнее помещение. Они постояли, глядя на залитый солнцем переулок, сплошь в крапинках теплого летнего снега тополиного пуха.

– Жюли дала их нам для анализа, - пояснил Марк, не поднимая глаз от газеты, - но Мишель, видимо, вознамерился оставить картины себе.

– Для анализа?
– переспросил зачарованный Отон. Неутомимый собеседник повел его к себе в закуток, где кабели извивались по полу наподобие змей и тускло светился экран монитора. Так юноша узнал, что Мишель - это правая рука Кристины Эльстер, а компьютер в его углу - модификация изобретенного вампирами "Хэролда", который они используют для разных целей, но в основном для научных и в качестве картотеки данных по всем бессмертным земного шара. На этом экскурсия завершилась, и ночью, в стране сновидений, Отона не побеспокоил никто, кроме женщины в белом купальнике, увиденной со спины, которая при свете полной луны медленно входила в воду, придерживая рукой маленький надувной плотик...

Отон оторвался от припоминания.

– ... но как быть с пророчеством? Если ты хотя бы на минуту перестанешь орать и размахивать руками, я с радостью изложу тебе свои соображения.

– Мы все внимание, дорогой Мигеллито! Выкладывай!

– Итак, какими сведениями мы располагаем? Во-первых, каждую розу можно отождествить с определенным вампиром из имеющихся. Во-вторых...

– Ты сначала докажи "во-первых", - перебила Клара, иронично улыбнувшись.

– Хорошо, - запальчиво отозвался Мишель.
– Надеюсь, все согласны, что под розой, готовой осыпаться, понимается Эрнё?

– Савари, ты бестактный медведь, - заметила Дебора, надкусывая яблоко.

– Пусть!
– отмахнулся оратор.
– Не я это начал, но я продолжу. Белая роза - увечная...

– Предположим, Глигор, - перебила Клара.
– Дальше.

– Бутон тоже возражений не вызывает. Вычеркиваем Рахиль. Далее, кто у нас вечно конфликтует с Глигором? Черная роза: Граховски! Ладно, не буду вас утомлять, скажу только, что по моим выкладкам алая - это Крис, пепельная Алекс...

– Вот тут ты и попался!
– воскликнул Марк, тыча в грудь Мишеля указательным пальцем.
– Скажи-ка мне, умник, кого обозначают чайная, бордовая и охряная розы?

– Ирен, Жюли и Казимира соответственно. Сличая текст с реальностью, вы могли бы сделать такие же выводы.

– Знаешь, - хмыкнул Джек, - если мы будем делать выводы на основании того, кто с кем был или находится в связи...
– он прищелкул языком, - кранты!

– Нет, погоди, это что же, - недобро прищурился Эрик, - ты хочешь сказать, Савари, что Наби выпадет роль орудия?

– А вы предлагайте свои трактовки!
– воззвал Мишель.
– Я просчитал все варианты, клянусь, но это - самый разумный. Тем более что Наби - темная лошадка во всех смыслах, прямых и переносных.