Чтение онлайн

— С судьей Айверсоном вам придется поступить немного иначе. Он нежно относится к Элле, всегда относился, но ты не местный. Он не будет доверять тебе только потому, что ты пришел на несколько футбольных тренировок.

Бекетт глубоко вздохнул и потянулся к своему бокалу.

— У меня в детстве не было отца. Было много парней, которые меня били или просто игнорировали, но никого из них я не считал отцом. Когда мы с Кольтом шли обратно через поле после футбольного матча, он спросил, так ли это — иметь отца, и я не мог ответить ему «да», потому что не знал, и он тоже не знал как это, иметь отца. Я хочу, чтобы Кольт и Мэйзи узнали, каково это — иметь отца, в каком бы качестве Элла ни позволила мне быть рядом с ними. Я просто хочу быть тем человеком, на которого они могут положиться.

— Это практически определение отцовства, и я думаю, что ты отлично справишься в суде. Это не мошенничество, если ты усыновляешь ребенка, чтобы помочь его воспитать. Страховка — это, безусловно, плюс, который судья Айверсон не исключит. Но он потерял жену от рака около десяти лет назад, так что, честно говоря, у вас есть все шансы, что он сочтет это именно плюсом, а не причиной. Отсутствие прав тебя не беспокоит?

Он покачал головой.

— Меня беспокоит смерть Мэйзи. Я бы никогда не взял у Эллы ничего, чего она не хотела бы дать, и я бы никогда не сделал ничего, что могло бы навредить детям.

Я вспомнила фотографии, которые мне показывали медсестры, с маленькой церемонии вручения диплома, которую Бекетт устроил Мэйзи. Она любила его. Кольт любил его так же сильно, и я была с ними заодно. Они и так уже многое потеряли.

— Они должны знать? По крайней мере, в ближайшее время? — проговорила я. Он мог причинить детям вред, как только уйдет. Дать им отца только для того, чтобы забрать его, было жестоко. Как только Мэйзи будет в безопасности, надеюсь, Бекетт все еще будет жить в Теллуриде в отдаленном будущем, мы сможем рассказать им… как только ее сердце станет достаточно сильным, чтобы выдержать возможные последствия обратного.

Бекетт застыл на месте, но его взгляд оставался ровным и непоколебимым.

— Э-э… — глаза Марка метались между нами. — Думаю, нет? Дети не должны быть информированы или давать согласие до двенадцати лет. Нам просто нужно поговорить с судьей Айверсоном. Учитывая, что он всегда относился к тебе благосклонно, плюс его ненависть к Дэнбери, думаю, мы сможем убедить его согласиться.

— Значит, мы действительно можем это сделать? — спросила я, и крошечный огонек надежды снова вспыхнул. — Даже если мы не женаты?

— Брак может быть более легким путем, — сказал Марк, пожав плечами.

— Я просто не могу. Не после того, что случилось в прошлый раз. Я не тороплюсь надевать кольцо.

— Именно это ты и должна сказать судье Айверсону, если он спросит. За последние пару десятилетий наше определение семьи сильно изменилось, и брак больше не является определяющим фактором. А поскольку ты — мать детей, и они не подопечные государства, единственным осложнением будет мнение судьи Айверсона. Одинокий мужчина может усыновить детей своей партнерши, не будучи в браке. Вам, ребята, просто придется немного приукрасить роль партнера.

Мои щеки потеплели. У меня не было «партнера» со времен Джеффа, да и он, в общем-то никогда им не был.

— То есть, по сути, я обменяю свои права на принятие решений вместе, и все?

— В основном, — он покручивал свой бокал с вином, наблюдая за нами, и его глаза видели слишком много.

— Но ты бы выиграла жизнь Мэйзи, — ответил Бекетт. — И ты знаешь, что я никогда не сделаю ничего, что могло бы перечить тебе, когда речь идет о детях. Я не какой-то злодей. Я просто пытаюсь помочь.

— Я знаю, — мягко сказала я, но доверие не было чем-то, что я раздавала как конфеты.

— Есть одна загвоздка. Тебе придется заставить Джеффа отказаться от своих родительских прав.

Уверена, что взрыв ядерной бомбы оказал бы меньшее влияние на мое сердце.

— Почему? Его нет в свидетельстве о рождении, а дети — Маккензи, а не Дэнбери.

— Элла, все знают, что Джефф — отец. Признаешь ты это или нет в свидетельстве о рождении, это не лишает его прав. Один тест на отцовство, и усыновление будет аннулировано. Я не говорю, что он когда-нибудь воспользуется своими правами, но судья потребует отказ. Нет отказа. Нет усыновления.

— Верно, — ответила я, мой голос был почти мышеподобным. Я не хотела видеть Джеффа. Никогда. Это было все равно что вскрывать полностью заживший шрам просто ради удовольствия.

Мы поблагодарили Марка, Бекетт заплатил за ужин, и мы уехали, вернувшись к дому в напряженном молчании.

— В какую сторону ты склоняешься? — спросил Бекетт, когда мы въехали в ворота «Солитьюда».

— К тому, чтобы не встречаться с Джеффом, — я закрыла глаза. — Это ложь. Я знаю, что то, что ты предлагаешь — просто находка, и не только для Мэйзи, но и для Кольта. И для меня. Я просто не могу смириться с мыслью, что мне придется просить его о чем-то.

— Я разберусь с Джеффом, — пообещал Бекетт. — Кроме того, он наверняка убежит с криками, если ты появишься. По крайней мере, я смогу поставить его в тупик.

— Ты сделаешь это для меня? — спросила я, когда мы подъехали к моему дому, и грузовик мягко остановился.

— Я готов на все ради тебя, — его глаза смотрели на меня в свете приборной панели, напряженные и немного обиженные. — Что нужно сделать, чтобы ты поверила мне? Чтобы начала доверять мне? Хочешь, чтобы мое прошлое проверили? Сделай это. Хочешь узнать мою кредитную историю? Отлично. Мои банковские счета? Я добавлю тебя. У тебя есть мое слово, мое тело, мое время, и я стою здесь и предлагаю свою фамилию. Что еще я могу тебе дать?

— Бекетт, — я наклонилась к нему, но он отступил.

— Я могу быть их законным папой, но я недостаточно хорош, чтобы быть их отцом?

— Это… это не то, о чем нам стоит говорить.

— О, я знаю. Дело в том, что ты не веришь, что я останусь. Ты думаешь, что я уйду, как ушел Джефф. Ты думаешь, что это еще больше ранит детей.

— Я думаю, мы сможем рассказать им, когда Мэйзи будет здорова.

— Если к тому времени я еще буду рядом, верно?

Я ненавидела и одновременно любила, что он так хорошо меня знает. Мне даже не нужно было отвечать. Он видел это по моим глазам.

— Да. Хорошо, — он заглушил двигатель и вынул ключи. — Я даже не имею права расстраиваться. Я знаю, что я предлагаю, и то, что я буду настоящим отцом, не входит в это, верно? Только юридическая защита. Тебе что-то нужно, и я даю тебе это, как и обещал. Все просто.

Он открыл дверь и вылез из грузовика. Я быстро последовала за ним, наблюдая, как его спина удаляется по моей подъездной дорожке в сторону озера.

— Что ты делаешь?

— Оставляю свой грузовик здесь. Я заберу его завтра перед игрой. Прогулка пойдет мне на пользу.