Чтение онлайн

— Бекетт! — позвала я его.

— Не волнуйся, Элла, — отозвался он. — Я знаю свою роль. У меня она есть. И я все равно приду. Вот как сильно я хочу…

Он не закончил, просто вскинул руки и продолжил идти. Но я мысленно закончила за него эту фразу десятком разных способов.

Как сильно я хочу тебя.

Как сильно я хочу твоих детей.

Как сильно я хочу быть в твоей жизни.

Как сильно я хочу приходить к тебе.

Как сильно я хочу, чтобы Мэйзи жила.

Все, что я придумывала, заставляло меня чувствовать себя еще хуже из-за того, что я не доверяла ему. Но парень был против целой серии обещаний, которые люди давали мне, а потом не выполняли. А я была против того, чтобы всю жизнь не доверять ему. Разве мы не были бы хорошей парой?

Бекетт

Письмо #15

Хаос,

Мне очень жаль, что ты кого-то потерял. Я не могу представить, как это тяжело — горевать и при этом продолжать делать то, что ты делаешь. Каждый раз, когда я кого-то теряла, родителей или бабушку, я всегда замыкалась в себе, словно мое тело не могло переварить все эти чувства. Это многое говорит о том, какой ты человек, что ты можешь продолжать жить, и я имею в виду это в самом лучшем смысле. Ты говоришь, что плохо ладишь с людьми, что не умеешь находить общий язык, но это не то, что я вижу, когда открываю эти письма. Вернее, кого я слышу. Тот, кто не умеет общаться, не был бы таким открытым. Черт возьми, он бы вообще не написал ответ. Но ты написал, и я благодарна тебе за это. Может быть, ты просто выбираешь, с кем общаться, и это нормально. Я не думаю, что кто-то просыпается и решает стать таким же общительным, как мой брат. Возможно, именно поэтому вы двое — хорошие друзья. Вы уравновешиваете друг друга.

Знаешь, с кем бы ты еще нашел общий язык? С детьми. Может быть, не со всеми, но уж точно со своими собственными. Ты когда-нибудь думал о детях? Это странный вопрос, но мне любопытно. Наверное, потому что я родила своих так рано и не могу представить, что у меня их нет. Я представляю, что дети есть у всех. Кроме Хэйли. Она одна из моих самых близких подруг, и я уверена, что однажды она станет отличной мамой… после того, как некоторое время успешно поживет самостоятельно. Успешно это ключевое слово. Уверена, ты полюбишь ее, когда приедешь. Она замечательная, веселая и не думает о том, что у всех, кого она встречает, должны быть дети.

В любом случае, я уверена, что ты будешь отличным отцом. Задумчивым и суровым, но при этом по выходным втихаря просматривающим — «Звездные войны». Я могу себе это представить… если бы я могла представить тебя. Да, мне все еще хочется увидеть твою фотографию. Надеюсь, мне удалось отвлечь тебя на несколько минут. И надеюсь, ты знаешь, как я сожалею о твоей потере.

— Элла

***

Я стоял у окна высотки в центре Денвера и смотрел на город. Это определенно было не то место, где я мог бы пустить корни. Два месяца в Теллуриде научили меня тому, что мы с бетоном не подходим друг другу в долгосрочной перспективе. К тому же в Денвере не было Эллы. Прошла неделя после нашей ссоры в грузовике, и мы были вежливы… даже дружелюбны. Но того непринужденного ритма, который всегда был, между нами, нигде не было. Не сейчас, когда все висит на волоске. Если я не буду осторожен, она поймет, что я влюблен в нее, и тогда мы окажемся в еще большем дерьме.

Никогда еще женщина не выводила меня из себя так, как Элла. Черт, да я даже злился на нее. А еще у меня никогда не было женщины, которую я хотел бы видеть больше одного-двух раз, или женщины, которая владела бы моей душой так, как она. Конечно, я согласился бы на любые ее условия, если бы речь шла об усыновлении. Не только потому, что мне отчаянно хотелось спасти Мэйзи и защитить Кольта, но и потому, что я готов был дать Элле все, что она захочет, если это просто заставит ее улыбнуться. А взамен она давала мне семью, как бы плохо это ни было обосновано. Дети были моими во всех смыслах, которые имели для меня значение. Я мог любить их, защищать, следить за тем, чтобы у них было все необходимое. Я бы получил разрешение на лечение Мэйзи и убедился, что Кольт знает, что я прикрываю его спину каждый день его жизни. Я бы доказал Элле свою состоятельность, показал бы себя так, чтобы она больше не сомневалась во мне, и тогда я бы завоевал ее сердце.

Пока она не узнает, что я сделал.

Да. Это. Как бы я ни старался не обращать на это внимания, моя тайна висела над моей головой, как гильотина. По крайней мере, дети будут защищены, когда Элла выгонит меня из дома. Она же не стала бы отказываться от детей или рисковать Мэйзи. Это был единственный способ выполнить обещание, данное Райану, и успокоить свое больное сердце, зная, что однажды прошлое настигнет меня.

Мой телефон зазвонил, и я открыл приложение с сообщениями.

ДОНАХЬЮ: Обновленные документы готовы с новой датой. Ты уверен в этом?

Мои пальцы замерли над клавишами. Я был уверен, что хочу, чтобы Мэйзи жила, и это было единственным средством для достижения цели.

ДЖЕНТРИ: Да. Но это не значит, что я вернусь.

ДОНАХЬЮ: Ты постоянно говоришь себе это.

Я убрал телефон в карман, не потрудившись ответить.

— Мистер Джентри, — раздался голос у меня за спиной, и я обернулся.

— Мистер Дэнбери, — ответил я. Так это был Джефф. Он был похож на переростка из студенческого братства, которого нарядили в костюм отца. Его светлые волосы были зачесаны назад, а глаза — серые и расчетливые.

Мы пожали друг другу руки, и я быстро занял место напротив него за конференц-столом боясь, что сорвусь и раздавлю его за то, что он прикоснулся к Элле, не говоря уже о том, чтобы бросить ее и детей. Да черт с ним. Он не заслуживал ее, и уж точно не заслуживал их.

Он поправил пиджак, и я сделал то же самое, расстегнув нижнюю пуговицу. По крайней мере, в Денвере были хорошие и быстрые портные.

— Так чем я могу вам помочь, мистер Джентри? — спросил он.

— Насколько я понимаю, вы самый младший партнер в вашей фирме.

— Да. Только что закончил юридический факультет.

— Плюсы того, что у вас есть отец с именем на стене? — спросил я, указывая на название фирмы.

Он улыбнулся. Джеффи-бой не любил, когда говорили о его серебряной ложке. Такие парни, как он, были одинаковы — им досталась безбедная жизнь, и они презирали любые препятствия, которые мешали им получить приз. Бог знал, что он переехал бы Эллу грузовиком если бы мог.

— Я считаю это частичным владением семейным бизнесом, — сказал он, пожав плечами.

— Ах, семья. Я так рад, что ты заговорил об этом, — я бросил конверт через стол, и он поймал его.

— Что это, черт возьми, такое? — спросил он, просматривая бумагу.

— Ты знаешь, что это такое, если конечно тебя научили читать. Подпиши.

Он прочитал еще раз, а затем медленно положил бумагу. И тут я увидел его — взгляд, который говорил о том, что он думает, что у него есть преимущество передо мной, раз он знает, чего я хочу.

— Сколько Элла заплатила тебе за это?

— Прости?

— Должна быть причина. Прошли годы.

— Есть. Я хочу усыновить близнецов.

Его ухмылка исчезла с лица, и он опустил взгляд на мою руку в поисках кольца.

— Ты женишься на ней?

— Не понимаю, какое это имеет отношение к тебе.

— Ну, раз уж ты хочешь усыновить моих детей…

Все эмоции выплеснулись из моего тела в привычном порыве. Ощущения были такими же, как каждый раз, когда я вступал в бой.

— Они не твои дети, — сказал я.

— Вынужден не согласиться, учитывая, сколько раз я ее поимел за те два месяца, что мы были женаты. Девушка из маленького городка с маленьким умом просто хотела сначала получить кольцо.