Чтение онлайн

— Запрет за семь печатей. — засмеялся Тихон. — Уверен, теперь за Ником будет не просто круглосуточный контроль, его в принципе никуда выпускать не будут.

— Будем надеяться, что хотя бы пытать не будут. — вздохнул Артем. — Не понимаю, почему нас всех пытались заставить враждовать, когда мы, по сути, одинаковые?

— Теория прогресса через конкуренцию. — неожиданно заметил Антон. — Они полагали, что мы станем сильнее, если начнем враждовать.

— И отчасти оказались правы… — задумался Тихон. — К тому же, решили вопрос исключения слабых.

— Как-то это жестоко, не находите? — Зигмунд оглядел ребят. — Мне даже интересно, каким же оно было — его прошлое? И насколько оно должно быть душераздирающим, раз его скрывали даже от владельца?..

Хорон шел пружинистой походкой. Новость об успешной поимке Ники уже дошла до него, и хотя Аристарх все еще на свободе, тот факт, что ключевой персонаж истории снова с ним — уже можно считать успехом.

— Войдя в лифт, он задумался: как поступить с парнем дальше? Он подорвал доверие, свободного передвижения ему точно не видать. К счастью, для таких случаев Ньюреле имеется пара мест с усыпляющим газом. Проблема состояла в другом: после общения с себе подобным, он мог открыть в себе невероятные дары, и если во время уничтожения воспоминаний о них будет допущена хотя бы одна ошибка — это может привести к тяжелым последствиям, как однажды с девушкой, на три года младше его…

Единственный ответ вертелся у директора в голове, однако он старался до последнего его отбрасывать — слишком жестоко по отношению к самому человеку. Чтобы Ники ни натворил — он не заслуживает столь жестокого наказания. И если оно останется единственным вариантом — возможно, большим, чем телекинезом, он обладать не сможет.

Когда двери лифта открылись, он увиден ребят, сидящих в креслах. На диване лежал Ники, видимо, без сознания, хотя столь долгое беспробудное состояние насторожило Хорона. Увидев его, легионеры поднялись с мест.

— Сидите, сидите. — миролюбиво произнес он, и парни опустились на свои места. — Давно он в таком состоянии?

— С тех самых пор, как мы его нашли.

— Это сколько?

— Часа два наверно. — пожал плечами Богдан. — Какие у Вас на него планы?

— Для начала необходимо его перевести в особую камеру. — вздохнул директор. — А дальше мы будем решать. Скорее всего, сотрем память о последних днях…

— Нельзя так поступать. — отрицательно покачал головой Артем. — Вы не можете его лишить того, чего он добился сам…

— Нас постоянно лишали. — фыркнул Антон.

— А его нельзя. — согласился Богдан.

— Почему? — удивился Зигмунд.

— Это может привести к потере дара. — ответил Тихон и повернул голову в сторону директора. — Ведь Вы этого опасаетесь?

Директор согласно кивнул. Варианты разрушались один за другим, и, чтобы разум не предложил, сердце называло только один вариант. Вариант, которого Хорон избегал всю жизнь.

— Каково решение? — спросил Богдан, увидев изменения на лице директора.

— У меня нет другого выбора. — он отвернулся в сторону окна. — Распыление.

— Вы с ума сошли? — вскочил Тихон. — Вы хоть думаете, что несете?

— Я не понимаю… — влез Артем.

— Распыление… — усмехнулся Богдан. — самое жестокое, что было придумано в стенах организации. Самый редкий дар телепата.

Дар распыления был открыт десять лет назад, когда один из телепатов, совершая обряд испепеления разума, полностью уничтожил личность человека. Самое страшное в этой способности являлось то, что человек уже не имел шанса на восстановление, он так и оставался пожизненным овощем, не способным осознавать ничего, кроме ощущений. После некоторых исследований ученые Ньюрела заметили, что эта способность полностью атрофирует часть мозга, отвечающую за краткосрочную память, и человек, по сути, каждые несколько секунд вынужден учиться всему заново. Своего рода это стало одним из кругов ада, который, как утверждают в организации, не описал Данте в своей Божественной комедии. Каждая секунда для тебя длится год, но, спустя какой-то несчастный момент, ты возвращаешься на исходную. Как правило, после распыления людей вводили в искусственную кому, где поддерживали их состояние до тех пор, пока родственники или, за их неимением, администрация, не давали добро на эвтаназию.

— Грубо говоря, это самый мелкий шредер для человека. — метафорически выразился Антон.

— То есть, личность человека стирают до такой степени, что ее невозможно восстановить? — уточнил простым языком Зигмунд. Антон согласно кивнул. — Он не заслужил этого. — обратился парень к директору.

— Вы хорошо помните, как он выглядел во время пика? — уточнил Хорон. Ребята согласно кивнули. — Он контролировал себя?

— Нет. — честно ответил Богдан. — Но ведь это временно, он сможет…

— А если нет? — повысил голос директор. — Что с нами будет, если он не сможет? Он не готов к ней, и я сомневаюсь, что когда-нибудь будет готов!

— Не Вы дали ему эти способности, и не Вам решать, готов он или нет!

— Ты ничего не знаешь, Зигмунд. Ситуация гораздо сложнее, чем может показаться.

— Так расскажите!

— Позже. А сейчас идите, мне необходимо уладить еще пару дел.

Когда команда вышла, Хорон сел в кресло и обхватил голову руками. Он знал, что они осудят его за это решение, и он прекрасно понимал ребят. Вот только он имел полное право на принятие решений касательно жизни Ники, и эти решения всегда давались ему с трудом. Как бы он ни старался, что бы он ни делал, мальчишка всегда срывал его планы и игнорировал приказы, действуя по собственному желанию. И хотя, в какой-то степени он, может, и привязался-таки к нему, но это было уже слишком. Если Аристарх решил уничтожить корпорацию с помощью Ники, никто и ничто его не остановит. Кроме одного, самого страшного решения, которое Сергей отчаянно пытался игнорировать. В свое время он хотел дать парню лучшее будущее, пусть и не столь радостное, которым последний его упрекал, но все-таки будущее. И, что самое главное, полноценную жизнь. Слишком много тайн и страданий обрушилось на них в тот день, когда маленький мальчик, прокляв всех, начал сухо выполнять задания, не считая никого близким. Мужчина взял телефон и, посмотрев некоторое время на экран, решил позвонить человеку, который неизвестным ему способом всегда находил выход. Только этот человек каким-то чудом понимал Ники на столь эфемерном уровне, что тот беспрекословно слушал хотя бы советы и даже следовал им. Пусть и неосознанно.

— Инна? Зайди ко мне

Девушка не спеша вошла в кабинет и, увидев Ника, вздохнула. Она была наслышана о том, что произошло за последние несколько часов, и надеялась услышать историю из первых уст. Однако заметив, что парень без сознания, и, судя по выражению лица директора, довольно продолжительное время, Инна молча подошла к столу и села напротив мужчины.

— Я слышала, что ты планируешь сделать. — с укором посмотрела на Хорона девушка. — Я была лучшего о тебе мнения.

— Ты ведь понимаешь, что у меня нет другого выхода? — сокрушительно ответил он. — Ты бы знала, на что он…

— Я это узнаю из первых уст, не переживай. — остановила его телепат. — Благо, способности позволяют. — девушка наклонилась к нему. — Он не заслужил этого. И ты не имеешь права лишать его этого.

— Если ты этого не сделаешь — я попрошу кого-нибудь другого. — серьезно произнес он. — И поспеши его разбудить, нам через два часа в суд.

— Ты его еще судить собрался? — воскликнула Инна и резко встала. — Да что с тобой происходит?

— Это не моя прерогатива. Я надеюсь на оправдание.

— Господи. — девушка положила руку на лоб и глубоко вздохнула. — Я не знаю, что делать. Хотя…

Она подошла к парню и села на колени. Приблизившись к нему почти вплотную, она услышала его тихое сопение. Инна аккуратно потрепала его по голове и сконцентрировалась. Через пару секунд она увидела, что происходило с Ником последние пять часов. Аристарх. Тьма. Непонятное могущество, которого она никогда ранее не чувствовала. Стараясь удержать эту мысль, она начала концентрироваться еще сильнее. Девушка чувствовала, что разговор, который она сейчас видит, невероятно важен. «Только один фундаментал может существовать в нашем мире» — пронеслось в ее голове, и она улыбнулась. Она нашла необходимую волну.