Чтение онлайн

— Скорее всего так, — согласно кивнул Голд. — Ну вот и всё…

— Вот и всё… — грустно вздохнул Адам, глядя, как на экране замигал номер их рейса.

Келли обняла Голда и поцеловала его в щёку, а потом — Роланда, которому из-за этого пришлось чуть ли не пополам сложиться. И вот настала очередь попрощаться с Адамом.

— Прежде чем улетишь — запомни, что путь в преисподнюю благими идеями устлан, — тихо сказал Голд, обнимая сына. — Идеи с делами расходятся.

— Ты сам говорил, что починить можно всё.

— Да, всё. Я люблю тебя, Адам.

— Я тоже тебя люблю, — Адам грустно улыбнулся ему и похлопал по плечам. — Увидимся в декабре.

— Увидимся в декабре…

Адам и Келли прошли через терминал, а они с Роландом поехали домой. По дороге Голду подумалось, что он совсем не врал, когда говорил Келли о том, как всё встанет на свои места. Более того он понял, что всё уже там, где должно быть, и перестал мучиться от бед, которые только могли на него обрушиться.

В понедельник Голд пребывал в прекрасном расположении духа и предложил Белль пойти с ним в офис. Она в это время с усилием удерживала дрожащими пальцами вилку и пыталась подцепить ею кусочек чизкейка. Ему очень хотелось её остановить, но он подозревал, что её это страшно обидит.

— О, нет! Я только мешать тебе буду! — отказалась Белль от его предложения. — Тем более у нас с Коль были планы…

— Забирай её! — тут же сказала Коль, блаженно потягиваясь. — Я в кои-то веке останусь одна и от всех вас отдохну!

— Ты не будешь мне мешать. Правда, — уговаривал Голд. — Пойдём со мной?

— Хорошо, — ответила Белль после недолгих колебаний. — Только мне надо одеться. То есть меня надо одеть…

И он с радостью это сделал: одел её, расчесал её волосы, собрал всё необходимое, вывел на улицу и посадил в такси. Всю дорогу она сильно нервничала, держалась подальше от окна, медленно и осторожно сгибала и разгибала пальцы.

— Эй! Всё хорошо! — улыбался Румпель. — Сегодня отличный день. И даже дождя нет!

Белль ответила ему улыбкой, сначала робкой и слабой, потом радостной и уверенной. В приёмной они сразу же наткнулись на Сюзанн Уайз, которая вместо приветствия только руками всплеснула.

— Я хотела навестить тебя, но всё никак! — воскликнула она и обняла Белль.

— И вот я сама здесь! — ответила Белль, обнимая её в ответ, как могла.

Голд с удовольствием отметил, что на короткое мгновение страх, живший в её взгляде с момента взрыв, растаял.

— Ив!

Слева по коридору, к ним приближалась Ив. Ей выделили бывший кабинет главного бухгалтера, который находился буквально напротив его кабинета. Это, однако, не мешало ей оставаться самой незаметной из всех его сотрудников. Да и сейчас её занимала только работа.

— Здравствуйте, миссис Голд! Рада, что вас выписали!

Ив перекинулась ещё парочкой слов с Белль, протянула Голду какую-то папку с убедительной просьбой как можно скорее просмотреть её содержимое и уехала на лифте на этаж ниже.

— Сюзанн, она за первую неделю работы привела к нам клиента на два миллиона долларов? — Голд с изумлением листал папку.

— Она чудо! Сама в восторге, Руперт, — ответила Сюзанн. — Вы не зря её наняли!

— Вот так, Ив Розенблум… — довольно протянул он и приобнял Белль за плечи. — Пойдём.

— Вы с Сюзанн старые знакомые и партнеры по бизнесу и так формально разговариваете между собой? — полюбопытствовала жена, когда они дошли до его кабинета.

— Ну да… Мне сложно сходиться с людьми. Будто ты не знаешь!

С её губ сорвался короткий смешок, на который он ответил негодующим ворчанием, немного раздражённый тем, что никак не мог отыскать ключ. В это время из соседнего кабинета, не в меру весёлый, вывалился Рэй Старр. В руках он держал несколько стодолларовых купюр.

— Ставки с утречка?

— Здравствуйте, мистер Голд, — Рэй поспешно спрятал деньги в карман. — Нет. То есть да. Хотите поставить?

— Нет уж! — фыркнул Голд и обрадовался, что наконец нашёл ключ. — Вернись-ка к работе, приятель!

Он впустил Белль первой, поспешно зашёл сам и пробежался взглядом по кабинету, по его светло-бежевым стенам, по стеллажам с папками, по широкому огромному столу, занимающему чуть ли не половину всего внутреннего пространства. Коричневый кожаный диван в самом углу, пара кресел, мини-холодильник, кофеварка, хозяйственный шкафчик, измельчитель для бумаг, компьютер, старая вешалка, напоминающая мёртвое дерево, подставка для зонтов, в которой была только его старая трость, постер с Бруклинским мостом, что поселился тут совсем недавно, и синяя орхидея в горшке. К ней Белль потянулась в первую очередь, как к чему-то знакомому: она когда-то подарила ему этот цветок и сейчас будто удивлялась, что тот ещё здесь.

— Располагайся! Можешь занять диван, — он немного нервничал. — Или я освобожу для тебя часть стола. Туалет…

— Я помню где. Я же была здесь, — остановила его Белль. — Давно правда… Новый постер?

— Новый.

— Бруклинский мост! Очень мило! — она подошла к окну. — Мне нравится вид.

— Мне тоже. Я обычно завариваю чай, подхожу к окну и… — со странным оживлением заговорил Голд, но резко прервался, заметив её взгляд и улыбку. — Что?

Белль лишь покачала головой и прикусила губу.

— А что за ставки?

— Ну, ставки самые нелепые.

— И на что поставил ты?

— На то, что Джиллин Хейл — не лесбиянка. Корсак считает иначе, — неохотно поделился Голд. — А больше, вроде, ни на что.

— Так вот чем занимаются юристы на Манхэттене?

— Именно. Только этим и занимаемся.

— Часть стола, говоришь? — уточнила Белль и сделала несколько шагов в нужном направлении.

— Да-да! — он её обогнал и галантно предложил ей занять самое удобное место. — Присаживайся!

— Спасибо!

У него возникло предчувствие, что она здесь задержится надолго, и оно его не обмануло. Поначалу Белль просто тихо сидела рядом, а он время от времени отрывался от документов и на неё смотрел, и она, замечая это, ему улыбалась.

— Тебе точно ничего не нужно? — время от времени беспокоился Голд.

— Нет. Хотя есть одно. Ты можешь мне нос почесать? Я не могу как следует.

— Конечно, — он выполнил её просьбу. — Это всё?

— Да.

Остальные просьбы были такими же. С очень многим она сама справлялась: одна ходила в туалет, умудрялась открывать двери, поднимала лёгкие предметы и училась пользоваться столовыми приборами. Дома ему требовалось только одевать её, умывать и менять бинты. В офисе её пожелания и вовсе ограничивались просьбами что-нибудь почесать или вставить соломинку в бутылку с водой, а потом она даже предложила свою скромную помощь.