Последний аккорд
Шрифт:
— Понятно.
— Он снился мне сегодня ночью. Брэдфорд. И Сторибрук.
Он пересказал ей свой сон так подробно, как только мог. И она внимательно выслушала его и реагировала так, как он и ожидал.
— Да… — тревожно произнесла Белль. — Мне тоже снился Сторибрук.
— Каким образом?
— Один из моих обычных снов про смерть с пугающим исключением.
— Каким?
— Я не умерла.
— То, что идёт не по шаблону, пугает больше всего.
— Именно.
— Ты поэтому не хочешь ехать туда?
— Не только. Сны бы меня не остановили, — спокойно сказала Белль. — В Провиденсе я заговорила с Реджиной о Сторибруке, когда мы на минуту остались одни. И она старалась на меня не смотреть, отвечала уклончиво и коротко, будто что-то скрывала. И все эти странные слухи ещё с июня… Но знаешь, даже если бы я не опиралась на такие доказательства, то всё равно бы отказалась. Ведь мы договорились жить как обычные люди.
Он не стал с ней спорить, только согласно закивал и улыбнулся. Его и самого не покидали дурные предчувствия касательно Сторибрука.
Дальше они говорили в основном о предстоящей операции, и он сказал ей, что проведёт в больнице весь завтрашний день. Она пыталась протестовать, но тщетно: это он решил ещё днём.
Распрощавшись с Белль, Голд вышел на тёмную улицу и сел в такси, но вместо собственного адреса дал водителю адрес Ричарда Брэдфорда. Он не знал, что собирается сказать платиновому льву, о чем собирается его спросить.
Когда такси остановилось у знакомого особняка, Голд коротко поблагодарил водителя, выскочил из машины, стремительно прошёл по дорожке и почти бегом преодолел лестницу из красного гранита, ведущую прямо к парадной двери. Открыл ему дворецкий и без лишних вопросов проводил в гостиную.
Ричард был не один, а с женщиной, о которой как-то раз упоминал. Красивая высокая кареглазая шатенка смотрела на незваного гостя, как смотрят на призрак или, что ещё подозрительнее, на врага. Ричард взял её за локоть и притянул к себе, успокаивая.
— Руперт! — радостно воскликнул он. — Добро пожаловать! Выпьешь что-нибудь?
— Нет, — кашлянул Голд, — Я по делу.
— Само собой! — всплеснул руками Брэдфорд и представил его своей пассии. — Рита, это мой добрый друг Руперт Голд. Руперт, это Рита Билсон.
— Рад встречи, мисс Билсон.
Рита ничего не ответила на это, только округлила и без того большие глаза.
— Рита, оставь нас, — попросил Брэдфорд, и женщина неохотно подчинилась, прошла мимо, оглядываясь на Голда.
— Получил записку, — коротко бросил Голд и сел в кресло, которое ему любезно предложили.
— Я понял, — кивнул Брэдфорд и сел напротив.
— Ты причастен к этому?
— Мне кажется, что на этот вопрос я уже ответил.
— Значит, причастен.
— Мне было незачем убивать этих политиков! — обиженно воскликнул Ричард, — Это мои политики. И если тебе интересно, то покушение было совершено и на мою жизнь.
Вероятно, поэтому Рита Билсон так себя вела.
— Где? — насторожился Голд.
— За городом. Никто не погиб.
— Ты понимаешь, насколько подозрительно это выглядит, Ричард?
— Мне кажется, что это должно так выглядеть.
— Я как-то замешан? — это интересовало его больше всего, потому что перспектива стать игрушкой в чужой игре его никак не прельщала.
— Нет.
— До свидания, Ричард.
— Это всё, что ты хотел?
— Да. И о большем я знать не хочу, — Голд уже стоял в дверях. — Я слишком рискую.
— Руперт, я не собираюсь просить тебя о чём-то, что навредит тебе, — искренне сказал Ричард. — Я не думал подставлять тебя.
— Дело не в этом. Дело в том, кто мы есть, — с горечью произнёс Голд. — Мы оба. До скорого, Ричард.
— До скорого, Руперт… — грустно сказал Брэдфорд, смирившись с тем, что Голда ему не остановить.
Особняк Брэдфорда Румпель покинул в смешанных чувствах.
Комментарий к Красная трава
В больнице Хелен Холл читает Белль роман Виана “Красная трава”.
========== Дождь ==========
Четвёртого сентября зарядил дождь и лил весь день. Время от времени Голд смотрел на улицу через витражное окно и наблюдал за потоками воды, стекающими по стеклу. Белль делали операцию, а он ходил по комнате ожидания и звенел ключами в кармане. Ему было тоскливо, он не выспался ночью, не мог расслабиться, не мог вдохнуть полной грудью и думать связно тоже не мог. И вот ласковые, заботливые руки легли на его плечи и прекратили его блуждания.
— Папа, сядь, — Коль усадила его на низенький диванчик и устроилась рядом. — Ты только себя изматываешь.
— Может, хочешь кофе? — предложил ему Альберт. — Я сбегаю в кофейню напротив.
— Тут автомат есть, если что, — буркнул Голд.
— Да. Но в нём-то гадость. Могу чай травяной принести. Что угодно.
— Ладно.
— Коль?
— Кофе, — улыбнулась она.
— Без сахара и побольше сливок, — дополнил заказ Голд.
— Понял!
Альберт взял зонт и отправился выполнять поручение, а Коль закатила глаза и недовольно посмотрела на отца.
— Что? Завязывай с кофеином в таких количествах!
— И ты туда же…
— Я волнуюсь за тебя, — Голд прикоснулся к её животу. — И за неё.
— С Дженни всё будет в порядке.
— С Дженни? Это как Джейн? Вы выбрали имя?
— Это как Джейн, — снова улыбнулась Коль. — Её необязательно так будут звать.
— Ты же не хотела привязываться к нерождённому ребёнку? — хитро улыбнулся он.
— Ну, чисто теоретически, даже если она сейчас родится, то выживет, — легко защитилась она. — Так что пусть.
— Джейн — хорошее имя.
— Спасибо!
Он размышлял, почему она именно сейчас ему это сказала и не придумала ли она это на ходу? Тем временем Альберт, быстрый и исполнительный, вернулся с тремя стаканами и булочкой, которую сразу же отдал сестре. Воспользовавшись этим, Голд забрал её стакан прежде неё, чтобы убедиться в правильности заказа. Она, смеясь, пыталась отобрать, да не могла, потому что из-за уже приличного живота была не такой ловкой, как он. Альберт смотрел на них со снисходительной улыбкой на лице, размешивая сахар в своём кофе.