Чтение онлайн

Часы показывали половину восьмого, когда ему позвонила Белль. Он ответил не сразу, поёрзал на диване, не находя места и не зная, куда деть этот чёртов шарф, и в итоге бросил его на журнальный столик поверх рекламных брошюр, сунул перепачканную кровью руку в карман и с третьей попытки сумел надавить на нужный значок на экране. Раздражение его снова разрослось до предела.

— Да, — грубо буркнул Голд, тут же раскаявшись в своей грубости. — Извини. Что ты хотела?

— Спросить, где ты.

— Я в больнице Сент Люкс Рузвельт. В хирургии. В Брайанта стреляли. Но похоже, ты уже знаешь.

— Знаю, — спокойно подтвердила Белль. — Билли позвонил Хелен, а Хелен тут же сообщила мне. Я приеду за тобой.

— Не надо, — отказался Голд. — Я ещё недолго тут просижу. Позвоню его родным, дождусь кого-нибудь из них, вернусь в ресторан за вещами и поеду домой.

— Я уже позвонила им. И я всё же приеду.

Он снова начал её уговаривать не приезжать и вроде бы у него это получилось. Минут через десять после этого короткого разговора пришёл Билли и принёс вещи Голда, после чего рассказал о том, как его с пристрастием допрашивал какой-то детектив.

— Он так на меня смотрел, будто это я стрелял в Чарльза! — злился Билли. — Ужас, какой неприятный тип! Отстал только, когда я дал телефон своего адвоката.

— Меня тоже хотят допросить? — равнодушно поинтересовался Голд.

— Наверняка, — кивнул Билл. — Врачи ничего не говорили?

— А что они скажут? Его ещё оперируют. Если раны тяжелые, то это надолго.

— Ясно. Это какой-то кошмар…

— Езжай домой, Билли, — Голд выдавил слабую улыбку. — Успокой Хелен, пока она не обзвонила пол Нью-Йорка, а я дождусь его семью. В конце концов мы с ним почти родственники.

Билли Холл согласно кивнул, дружески сжал его плечо на прощанье и последовал его совету. И Румпель вновь остался один, и вновь совсем ненадолго: Белль всё-таки приехала за ним.

— Я же просил… — устало возмутился Голд, поднимаясь ей навстречу.

— Знаю, но мне всё равно, — ответила Белль и обняла его за шею. — Ты как?

— В смысле? Не в меня стреляли.

— И всё же…

Он высвободился из её объятий и сходил в уборную отмыть руки от крови, также желая обнять её. Белль ассоциировалась с домом, а ему сейчас как никогда хотелось домой, но он ощущал некую ответственность за Чарли и не мог не дождаться кого-нибудь из Брайантов. Вернувшись в рекреацию, он обо всём рассказал Белль, чувствуя, что эту историю он расскажет ещё не раз. Так и вышло.

Через полчаса он повторил её для убитого новостью Уильяма, который развернул свой автомобиль на пути в Провиденс, не сомневаясь, что они с отцом вскоре там встретятся, а позже и для Реджины, которой чудом удалось сесть на ближайший самолет до Нью-Йорка. Реджина выглядела особенно жутко, будто уменьшилась вдвое и выглядела старше своих лет. Её лицо, никогда не отличавшееся болезненной бледностью большинства знатных женщин, было белее мела. Она изо всех сил старалась не плакать, но всё равно заплакала, когда Уильям её обнял. Голд в эту минуту вспомнил про шарф, зачем-то поспешно схватил его и выкинул в мусорное ведро, чем как раз и привлёк её внимание. Реджина быстро взяла себя в руки и просто сидела выпрямившись напротив него и глядела куда-то сквозь. Никто не произнёс ни слова, пока к ним наконец не вышел врач.

— Здравствуйте. Я доктор Уилкинсон. Вы родственники мистера Брайанта?

— Да, я, — кашлянул Уильям и потом, приобняв Реджину, добавил: — То есть мы. Как он?

Доктор Уилкинсон был очень оптимистичен. Подробно описал им характер ран и ход операции и поделился с ними планом дальнейшего лечения мистера Брайанта. Согласно этому плану, Чарльзу ещё долго предстояло лежать в больнице, и теоретически убийца мог совершить вторую попытку. Однако Голд очень сомневался, что будет вторая попытка, имея догадки касательно личности заказчика. Иначе считал детектив Маккарти, который с напарником пришёл в больницу и атаковал расспросами родственников пострадавшего, сразу после того, как весёлый и добрый доктор Уилкинсон их оставил. Рэндалу Маккарти было незнакомо сочувствие или сопереживание, и он нисколько не щадил Уильяма и Реджину и даже будто нарочно давил на больное, из-за чего его напарник потом долго извинялся перед ними. Маккарти же резко потерял к ним интерес, когда увидел Голда.

— Мистер Голд, — протянул он. — Не так ли?

— Так, — кивнул Голд, пряча руки в карманах. — Я знаю, о чём вы хотите спросить, детектив Маккарти, и уверяю вас, что мне нечего добавить к тому, что вам рассказал мистер Холл. Поэтому сегодня не тратьте на меня время. Я отвечу на ваши вопросы в другой день. Я очень устал.

— Как мне тратить время, я решу сам, мистер Голд, — недобро оскалился Маккарти. — И я должен взять у вас показания, так что вам придётся проехать со мной.

— Я никуда не поеду.

— Не заставляйте меня применять силу.

Видимо, Маккарти дали все полномочия, и потому, сопротивляясь, Голд мог только нарваться на неприятности. Белль была так сильно возмущена, что он едва удержал её от выпада в адрес защитников правопорядка.

— Хорошо, — неохотно согласился Голд, жалея, что не обзавёлся личным адвокатом. — Я еду с вами.

— Отлично, — кивнул Маккарти и дотронулся до плеча Голда, когда тот двинулся к выходу вместе с ним и другим детективом.

— Руки! — рыкнул Румпель и посмотрел детективу в глаза.

То, что он увидел, заставило его мгновенно забыть про усталость и раздражение. В бесцветных глазах Маккарти зажглись мрачные огоньки. Вот так на пустом месте у Румпеля появился неожиданный и неудобный враг, и потому лишь, что он, Румпель, ему не нравился. Маккарти почуял, что ему известно немало, а также то, что Голд не скажет ему ни слова. Этого было достаточно для нарушения всех негласных прав свидетеля. Маккарти грубо толкнул его к выходу, не сильно церемонился, сажая в машину, и позже, когда привёл его в участок, тоже. Было очень поздно, а потому в участке не было никого, кроме Голда, парочки дежурных и двух детективов. Выяснилось, что Маккарти был не просто детективом, а капитаном. Он руководил отделом убийств, и этот факт особенно развеселил Голда, хотя по приезде в участок его веселило очень и очень многое. Маккарти посадил его в допросной и оставил одного больше чем на десять минут. Всё это время Голд смотрел в сторону камер и улыбался, скрестив руки на груди. Ему приходилось прилагать невероятные усилия, чтобы не рассмеяться.

— Чему вы улыбаетесь? — спросил Маккарти, когда наконец решил почтить задержанного своим присутствием. — Вы находите эту ситуацию забавной, мистер Голд?

— Именно так, — не без иронии ответил Голд. — Вы будто собираетесь предъявить мне обвинение, капитан.

— Не будем медлить, — сказал Маккарти, игнорируя насмешку в голосе Голда. — Итак… Какие отношения связывают вас с мистером Брайантом?

Голд не спешил с ответом и не успел ответить на вопрос, как другой детектив прервал их, распахнул дверь и замялся на пороге.

— Что такое, Спэнски?! — взбесился Маккарти.

— Адвокат мистера Голда, — потупившись, ответил Спэнски.

— Что?! Какой ещё адвокат?!

— Адвокат мистера Голда.

Маккарти, который уже спрашивал про адвоката, уставился на Голда с удивлением и неприязнью, но Голд и сам был удивлён не меньше.

— Какой ещё адвокат?!

— Я — адвокат мистера Голда, — на пороге появилась Ив. — И я пришла удостовериться, что права моего клиента не будут нарушены.

Она прошла в допросную и остановилась возле Голда.