Чтение онлайн

— Да, тот самый.

Она вся напряглась и нервно прикусила губу.

— Забудь об этом, — многозначительно произнёс Голд.

— О чём? — полюбопытствовал Крис. — Что случилось?

— Ни о чём, милый. Ничего не случилось, — Белль вздрогнула и протянула Крису свою кружку. — Слушай, будь другом, долей мне водички. Пожалуйста!

— Ладно, — насторожился мальчик, но послушался и отправился выполнять просьбу.

— Я не пойду завтра с вами, — твёрдо сказала Белль. — Я не хочу их видеть. Не могу.

— Как скажешь, — согласился Голд.

Девятнадцатого утром она была уже гораздо спокойнее, но всё также отказывалась присутствовать на заседании.

— Надень белую рубашку, — она записалась в его личные помощники тем утром. — Так вызовешь больше доверия.

— Верно.

— Я горжусь тобой.

— Почему? — удивился Голд.

— Ты всё сделал правильно, — пояснила Белль, расправляя на ладони обыкновенный чёрный галстук. — Поступаешь по справедливости и не идёшь на поводу у мести.

Она повязала ему галстук виндзорским узлом: она всегда говорила, что ему так больше идёт и солиднее смотрится.

— Спасибо, — Голд надел пиджак и взглянул на жену с признательностью. — Полагаю, пора.

— Удачи.

— О, она мне не нужна, — Румпель улыбнулся, поцеловал её руку и на том с ней расстался.

В машине внизу его уже ожидали Адам и Келли.

Сказать, что этот день закончился разочарованием, — ничего не сказать. Уилсон-младший не явился на слушание, а его адвокат, мистер Рональд Рид, попытался внушить собравшимся, что у его подопечного проблемы с контролем гнева, а также иные проблемы, связанные с психикой, что может свидетельствовать о его возможной невменяемости. Хеллер отверг это, как несущественное обстоятельство, напомнил суду, что мистер Уилсон ранее на учёте не стоял, и что прокуратура вправе назначить ответчику независимого специалиста, а также напомнил, что тот был пьян на момент совершения преступления, что, особенно учитывая состояние его психического здоровья, является отягчающим обстоятельством. Слушание перенесли на две недели.

— Невменяемый! — возмущался Адам сразу после. — Он-то? Как скоро кончится его невменяемость после?

— Это абсурд… — мрачно согласилась Келли.

— Я ожидал чего-то подобного, — спокойно сказал Голд. — Не волнуйтесь.

— И долго это будет тянуться?! — Адам был очень расстроен.

— По закону не имеют права тянуть дальше февраля. Посмотрим.

— Блеск!

Во вторник Адам, сопровождаемый всей толпой, отправился в клинику на обследование. Врачи захотели также побеседовать с родственником, наиболее осведомленным о его состоянии, и он позвал Белль, оставив Голда, Келли и Криса в зале ожидания.

— Всё не так плохо, — улыбнулась Келли.

— Совсем неплохо, учитывая все обстоятельства, — согласился Голд. — Тебе не нужно быть на занятиях?

— Нужно. Но сейчас я не могу быть на занятиях.

— Адам останется, да? — спросил Крис. — Останется в Беркли.

— Да, в Беркли, — тут он подумал, что Адам, должно быть, ограничил магию Криса и что именно Адам должен был её снять. — Но вот только что с ограничениями…

— Мама попросила Робин, — ответил Крис. — Видимо, знала, что Адам останется.

— Ограничения? — заинтересовалась Келли. — Что это?

— Поясню потом, — пообещал Голд.

Вскоре к ним вышли Адам и Белль.

— Ну как? — Голд шагнул им навстречу, пряча руки в карманах.

— Хорошо. Снимки будут через два часа, — ответила Белль. — Аграфию они не подтвердили, а то, что есть, быстро пройдёт. Если заниматься, проблема легко устранима.

— А глаза?

— А тут нехорошо.

— Ну, и неплохо. Умеренные показатели, — поспешил вставить Адам. — Однако изменить никак нельзя.

— Операция?

— Велик риск, что он тогда полностью ослепнет, — мрачно отвергла Белль. — Невозможна.

Голд печально кивнул.

— Но он удивлён скорости моего выздоровления. Сказал, что такого ещё не видел, — попытался ободрить его Адам. — Так что ты справился.

— Хватит. Я уже не переживаю по этому поводу. Ну, почти.

— Тебе вообще не стоило переживать по этому поводу. Идёмте куда-нибудь, — Адам обнял Келли и устремился к выходу. — У нас целых два часа.

Это были хорошие два часа и хороший день. Когда Келли вернулась в Стэнфорд, они вчетвером сумели провести приятный вечер.

Не менее приятной для Голда была и ночь, которую они с Белль не могли упустить, не зная, когда вновь будут вместе. Они занимались любовью и потом долго не ложились спать, стараясь выиграть для себя больше времени. Она лежала, расслабленная и обнажённая, прикрытая тонким одеялом, а он нежно гладил её по спине, вел тихую беседу ни о чём и время от времени целовал.

— Мне будет тебя не хватать, — Голд вдруг совсем загрустил.

— Нет, не будет, — не согласилась любимая. — Я уеду, а ты опять отгородишься и будешь вести со мной уклончивые странные беседы, если вообще будешь отвечать.

— Нет.

Белль посмотрела на него с насмешкой и перевернулась на бок так, чтобы видеть его лицо.

— Возможно, — уступил он. — Но это лишь потому, что ты слишком… беспокойная.

— События прошлой недели ярко продемонстрировали, что у меня нет ни единого повода.

— Не ёрничай.

— Мне просто кажется, что тебе нравится быть здесь одному, — поделилась сомнениями Белль.

— О, нет! Глупость какая! — отверг предположение Румпель. — С ума не сходи!

— Да, пожалуй я немного схожу с ума.

— И спишь в кабинете.

— Ну что за болтун! Не всегда. Но да, сплю в кабинете, — нахмурилась Белль. — Понимаешь, я как-то отвыкла от длительного одиночества за последние двадцать лет. Я привыкла спать возле тебя, видеть тебя утром или хотя бы знать, когда ты вернёшься.

— Я буду внимательнее к тебе, — пообещал Голд. — Правда.

— Не верю! — она отвернулась от него, пряча улыбку.

— Ну вот! — усмехнулся Голд, обнял её сзади и прижался губами к её плечу. — Что же мне тогда делать?

— Если я не верю, то это ещё не значит, что ты меня обманешь. Но зная тебя…

— Не обману.

— Увидим, — она вновь обернулась к нему, ласково провела ладонью по щеке и поцеловала.

Такой поцелуй предполагал продолжение, а не прощание, но именно так они и попрощались. После, когда она уже была в Сторибруке, Голд больше не избегал разговоров и сделал Белль одним из своих главных приоритетов. Это было непростое время для него, но она не должна была расплачиваться за его сложные взаимоотношения с внутренними демонами.