Последний Герой, сезон 1
Шрифт:
ПИН: Не расстраивайся, Фил... нал... налди... Филька, не расстраивайся. Все хорошо. Все-таки и папе надо было получить иммунитет. А то он еще ни разу не получал.
ФИЛАНДИР: я спать хочу...
МАНДОС: Элронд, вы получаете иммунитет. И на ближайшем совете имеете неприкосновенность. (вешает Элронд иммунитет на шею) Хочу напомнить, что на сегоднешнем совете Пин имеет на своем счету один голос "за", а Халдир - один голос "против". Так распорядилась Галадриэль. А теперь хочу с вами попрощаться. Ждите посыльных. И до встречи на совете. (уходит)
ЭЛРОНД, АМАРИЭЛЬ: я люблю тебя!!!!!!!!
(Элронд хватает Амариэль на руки и несет ее в лагерь. Все остальные медленно идут за ними)
ЛЕГОЛАС: Филька, так че с тобой? Почему ты спишь на ходу?
ФИЛАНДИР(зевая): Трэн меня гоняет, как бобика. Я сплю только на ходу...
ЛЕГОЛАС: А ночью? Что ты делаешь ночью? Неужели папа гоняет тебя и ночью? Что-то я не замечал раньше за ним садомазохизма...
ФИЛАНДИР: а ночью - интернет... Хеннет Аннун... чаты... (зевает)
ЛЕГОЛАС: а... ладно, выспись до совета на талане.
(Филандир кивает. В лагере он сразу лезет на талан, где моментально падает и засыпает. Элронда и Амариэль нигде нет. Маухур и Луртц готовят обед, Пин продолжает строить песочный замок. Кэрдана, Глорфиндела, Гэльдира и Келеборна нет, они где-то ходят. Арагорн и Эомер дуются в карты, Халдир и Леголас решили пойти насобирать дров. Кэм преспокойно спит на спящем Филандире, забравшись в его волосы.
Между тем Келеборн, блуждая по лесу, как-то незаметно для себя вышел на ту самую полянку, где свершился при горячем участии Эовин его позор. И видит на этой полянке Элронда и Амариэль. У Келеборна моментально краснеют щеки и уши. Он резко разворачивается и убегает. Забегает в пещеру-дневник, садится там и сидит, уткнувшись лицом в колени. Спустя некоторое время в пещеру заходит Элронд.
ЭЛРОНД: Кел... Не ожидал тебя здесь встретить...
КЕЛЕБОРН(не поднимая головы): я все видел.
ЭЛРОНД: .........
КЕЛЕБОРН: как ты можешь?! У тебя же есть жена!
ЭЛРОНД (грустно): есть... и я ее люблю.
КЕЛЕБОРН: тогда я ничего не понимаю.
ЭЛРОНД: но она далеко, очень далеко от меня. А я все-таки слишком долго был один.
КЕЛЕБОРН: я был о тебе лучшего мнения, сын мой.
ЭЛРОНД(начиная злиться): Да ты на себя посмотри, п'папа...
КЕЛЕБОРН: Я тебе не папа! После этого (махнул рукой в неопределенную сторону)
ЭЛРОНД(пожимая плечами): ну, не папа, и ладно. Но и ты не без греха!
КЕЛЕБОРН: это разные вещи! Меня использовали! А ты делаешь это по собственному желанию.
ЭЛРОНД(спокойно и грустно): Амариэль меня любит. А Келебриан так далеко, так давно уже далеко, что я все равно что вдовец. Мне негде было искать утешения. Тебе трудно это понять, ты можешь разобраться в своих чувствах, и ты настоящий синдар.
КЕЛЕБОРН: какое это имеет значение...
ЭЛРОНД: от Берена и Туора мне досталось слишком много человеческого. Я никогда не мог побороть это до конца, и эта проклятая раздвоенность сжигает меня.
КЕЛЕБОРН: как ты посмотришь в глаза Келебриан? И что ты скажешь Амариэль, когда придет пора отплыть в Благословенный Край?
ЭЛРОНД: не знаю... Я сам разберусь со своими женщинами... Это только мои проблемы и больше ничьи.
(Элронд разворачивается и уходит. Келеборн еще некоторое время сидит в пещере, потом тоже уходит. Между тем на мысу, где остались Кэрдан и Гэльдир, происходит следующее)
КЭРДАН: Как ты можешь так себя вести?!
ГЭЛЬДИР(вызывающе): как?
КЭРДАН: ты меня позоришь!
ГЭЛЬДИР: я еще не сделал ничего, что опорочило бы мою честь принца!
КЭРДАН: никакой ты не принц!!!
ГЭЛЬДИР: ничего подобного! Самый натуральный принц! законный!
КЭРДАН: это еще не дает тебе права делать меня посмешищем на все Средиземье и Валинор в придачу. Правильно Мэалинмель говорила, что на тебе лежит проклятье! Ох, не надо было мне говорить тебе, чей ты сын!
ГЭЛЬДИР: ну вот, уже от родного сына отрекается! Семейный Кодекс Серебристых Гаваней, статья 34, пункт 3: никто не имеет права отрекаться от своих детей.
КЭРДАН: ЗАТКНИСЬ!!!(дает ему подзатыльник, хватает за ухо и ведет за собой в лагерь. По дороге попадается Глорфиндел)
ГЛОРФИНДЕЛ: О!
КЭРДАН: Глорфи, уйди, ради валар. Только твоих претензий мне и не хватало!
ГЛОРФИНДЕЛ: о чем базар, Кэр? Какие претензии? Я тебе сочувствую. Правда. Если бы у меня был такой же сын, я бы повесился, честное слово!
КЭРДАН: а мне даже этой радости не дано!
ГЛОРФИНДЕЛ: а надери ему задницу.
КЭРДАН: О, а это привлекательная идея!
ГЭЛЬДИР: Семейный Кодекс Серебристых Гаваней, статься 34, пункт 5: никто не имеет права бить своих детей!
КЭРДАН: РРРР!!!
ГЛОРФИНДЕЛ: Юрист хренов... Кэр, давай я ему задницу надеру? В этом вашем кодексе, надеюсь, нет пункта насчет битья чужих детей?
ГЭЛЬДИР(пискнув): н-нет...
КЭРДАН: Ты мне лучше свой ремень дай. А со своим сыном я сам разберусь...
ГЭЛЬДИР: а ты не имеешь права!
ГЛОРФИНДЕЛ: вот нахал!
КЭРДАН(вкрадчиво и угрожающе): сынок, ты забыл кое-что.
ГЭЛЬДИР: что?
КЭРДАН: конституция Серебристых гаваней, статья последняя, пункта нет: владыка имеет право не подчиняться Конституции в особо важных случаях, касающихся безопасности и престижа государства. А также имеет право отменить действие любого законодательного акта и пр. и пр. на один день. Так что я отменяю этот твой Семейный Кодекс, а тем более 34 статью!
ГЛОРФИНДЕЛ(аплодирует): браво, Кэр! Держи! (дает ремень, засовывает руки в карманы и уходит. Некоторое время спустя слышны вопли Гэльдира.
В лагере обед уже готов. На "кухне" устраиваются Маухур, Луртц, Пин, Эомер, Халдир, Леголас, Арагорн, Элронд и Амариэль. Чуть позже приходит мрачный Келеборн, за ним Глорфиндел)
ПИН: а Филька? Он что, есть не будет?
ЛЕГОЛАС: нет. Дома поест.
ХАЛДИР: ты жестокий!
ЛЕГОЛАС: вовсе нет, просто вы сейчас его не разбудите. Хотя... если кто хочет попытаться, вперед! Я тому буду неделю трусы стирать!