Чтение онлайн

Разбойник будто попал в своё русло.

***

Топорик из-за пояса — Рун успел выругать самого себя за подобную беспечность — тут же сверкнул в тусклом, ночном свете, с чавканьем вошёл в череп одного, другого, третьего наступавшего. Дёргаясь в предсмертных конвульсиях, чувствуя лишь боль, они ширили счастливые улыбки.

Руну было не до созерцания. Бежать! — кричал в нём старый Мяхар и был стократно прав. Стыдливо помалкивал мастер Рубера — для него не было ничего позорней бегства, но даже он сейчас признавал правоту этого довода.

Чародей вынырнул из спальни потоком. Верещала жавшаяся к лавке Читль, встав на цыпочки, будто надеясь вытянуться в целое ничто. Ска спешно вставала на ноги — наверняка в её кремниевых мозгах уже успел сложиться какой- то план действия.

Спрашивать было некогда.

Лий и Бек, зажав друг дружку в объятия, молчали от охватившего их ужаса.

Бежать, повторил в голове учитель, будто не слыша едкий глас сарказма. Тот неумолимо вопрошал: бежать? Куда? Как? За стенами дома вас ждут те де самые счастливые, что хотят ворваться в дом. Или, вдруг игриво и зло ухмыльнулся он, ты ждёшь, что разбойник уложит тут всех в одиночку, а ты останешься с чистенькими руками?

Этот может, кивнул на Мика здравый смысл. Выпустить из него паразита было ошибкой. Он окрасит здесь кровью всё, до чего только сможет дотянуться — но каждый после расскажет, что это ты устроил кровавую бойню.

— Ар-ро! — Мик завывал словно волк. Первые победы обернулись крахом — топор увяз в очередном теле. На разбойника навалились толпой, норовя вот-вот утопить под грудой тел.

Рун обвил мальчишек заклинанием — то вышло кривым, поспешным и несуразным, но своё дело сделало. Парень на лету подхватил две скорчившиеся деревянные чушки, повалившиеся на пол. Наверняка, обоим было жутко больно, но у чародея не было ни времени ни сил на стабилизацию и обезболивание процесса.

Одержимые прорвались — разбойник если и задержал их, то ненадолго. Толкаясь и мешаясь друг другу, они тянули к юному чародею скрюченные пальцы. В мутных глазах не читалось ничего иного, кроме как желания схватить, утащить, вернуть в лоно счастливого плена.

Парень швырнул одну из деревяшек Ска — та поняла всё без слов. Юркнув к столу, Рун смахнул на пол солонку — соль просыпалась порошком прямо у него под ногами, и тут же изошла дымом. Счастливые на мгновение отпрянули прочь, чтобы через мгновение увидеть перед собой с десяток столпившихся в кучу Рунов. Словно перепуганные крысы при виде кота, они ринулись прочь — бездумно, неразумно, не глядя. Игрушки счастливицы настигли троих из них сразу же — пальцы впивались в эфемерные тела, тянули за одежду, волосы, руки. Чародеи из соли рассыпались насмешкой, оставляя преследователей ни с чем.

Рун бежал как никогда в жизни. Мяхар хлопал в ладоши, по коленям и хрипло смеялся. Его ученик явно хорошо усвоил урок — если уж бежишь, то будь подобен лисе. Обмануть того, кто хочет поймать тебя в силки — не жульничество, а правда жизни.

Невидимость спадала с них, словно рвущиеся лохмотья. Читль споткнулась, едва не покатилась кубарем — приостановившийся Рун подскочил к ней коршуном, рывком поставил на ноги. За злобой треклятий — на свою и виранки голову — он прятал собственный страх. Ска удирала лучше. Краем глаза он видел, как механическая кукла, зажав под мышкой обращённого в деревяшку мальчишку, легко и воздушно перепрыгивает через забор. Желавшие ухватить её за платье успевали лишь зачерпнуть горстью воздух. Рун потёр изумруд на кольце — благо, что автоматон умеет распознавать бессловесные приказы.

Он потащил за собой рабыню. Ушей коснулась гнетущая, давящая тишина — очарованные счастьем были безмолвны в своём преследовании. Заметив, что их одурачили, они бестолково, словно не ведая, что делать дальше, озирались по сторонам. Рун не верил в Архи, но молился изо всех сил, чтобы те даровали им ещё мгновение, ещё секундочку, ещё минутку — перед глазами маячили верхушки деревьев. Лес, как будто раскрывая им свои объятия, был готов принять беглецов и укрыть под сенью прохлады. А сам, как будто, с каждым шагом юного чародея становился всё дальше и дальше…

У Читль оказалась нежная кожа и по-детски крохотная ладошка. Рун не вёл, а почти тащил её за собой, словно мешок. Объемная грудь мешала при беге, несчастная задыхалась, но не смела сказать ни слова. Отвлёкшись всего на мгновение, парень обернулся, заглянул ей в глаза и едва не ужаснулся.

Рабыня была счастлива как никто другой. Хозяин дал ей поручение бежать, хозяин дал ей смысл жизни. Может ли быть в мире хоть что-то лучше этого? Читль не знала и знать не хотела.

Парень же, будто беря с неё дурной пример, не знал, что ему делать с рабыней. С виранской рабыней, вдруг вмешалась в разговор Гитра. Сладостно выдохнула в голове бывшего ученика, взяла на вооружение его воображение. Удавались ей, почему-то, исключительно пошлые картинки…

Рун готов был надавать самому себе затрещин — если и нужно сейчас думать, то уж точно не об этом. Здравый смысл ему вторил, предлагая подвести итоги — счастливица и её кодла за спиной, он чудом сумел уйти из её лап. Мана если и не закончилась, то плескалась на дне — если он хорошенько не отдохнёт или не раздавит ком сухой маны, то очень скоро свалится без сил. На ум почему-то шли учения матриарха — маг без маны превращается в бессильную тушу, в бесполезный мешок. Слабость берёт над ним власть.

Рун сглотнул. Итоги нравились ему всё меньше. Попытки найти хоть что-то хорошее оборачивались ни в что. Он не сумел вытащить из Мика хоть каплю полезной информации, а вот выпустить на свободу этого зверя — очень даже.

Он смахнул с лица каплю пота, оцарапал щёку деревяшкой — мальчишка словно мстил ему за своё превращение. В каплю нырнула мана, заставила ту растянуться тонкой, длинной струей. Потащилась, словно паутина от одного дерева к другому — когда идущий по их следу хвост пересечёт её, парень тотчас же получит сигнал.

Читль задыхалась. Руна не покидали мысли выпустить её руку и идти дальше без неё. Бросить виранку и будь что будет. Парень ждал осуждения или одобрения от призраков учителей в своей голове, но те решили целиком и полностью доверить выбор ему. Совесть, ухмыляясь и точа свои кинжалы неоднозначно поглядывала на парня, только и ожидая повода…

Рун решился на передышку. Остановиться сразу не получилось — ноги готовы были нести бестолкового хозяина куда угодно, лишь бы подальше. Читль, стоило ему едва выпустить её руку, тут же рухнула наземь. Взмокшая, будто скаковая лошадь, она перевернулась на спину — тяжко и душно вздымалась грудь. В уголках рта почти комками слиплась слюна.

Он сам согнулся, прислонился рукой к дереву. Пот заливал лицо. Рун обнаружил, что стискивает деревянный чурбан до побелевших костяшек. Хоть бы, говорил он самому себе, это оказался куда более способный к разговору Бек — тот живо отведёт их к озеру. Почему-то заикающийся мальчишка доверия у чародея не вызывал.

Парень снял перстень с пальца — жаль, подумалось ему, что можно при помощи этой штуки отдать приказ, а узнать хоть что-то о состоянии своего автоматона нет.

— Ичпалу тк'алум хичу. Ткальчи? — Читль говорила на знакомом ей языке. Рун сначала тупо уставился на неё, а потом покачал головой, словно говоря, что не понимает. Рабыня вздрогнула, ткнула пальцем в сторону, обвела ладонью лес. В глубине её глаз промелькнуло что-то похожее на ужас.