Чтение онлайн

– Ты не пойдешь на эту мерзкую войну!

Томми забеспокоился, но Аллен велел ему сидеть дома и не высовывать носа, а сам через несколько дней вернулся с новостями и назначил встречу в баре.

– Я делал здесь кое-что для дезертиров в Торонто, до того ненавистна мне эта вьетнамская война, - сказал Аллен, когда они сели за столик. Теперь я написал туда главе группы, некоему Майку Горджо, и у него появилась мысль.

– Какая - застрелить ЛБДж[16]?

– Горджо пишет, что слышал о моей работе для СДО и что каждый, кто настроен так против войны, близок ему. Он намерен еще попользоваться моими услугами. И обещает, если я помогу ему и его ребятам в кое-каких особых делах, проявить к тебе особую заботу.

– А что это значит?
– спросил Томми.

– Тебе не придется уезжать в Швецию, Канаду или куда-то еще. Горджо связан с одним человеком в Миннесоте. Зовут его Фред Колдуэлл, он переправляет дезертиров через границу.

Томми забеспокоился.

– Аллен, я только увязну еще глубже. Я буду помогать другим нарушать закон.

– Зато будешь в безопасности, - сказал Аллен.
– Эти ребята изо дня в день живут в опасении, что канадское правительство передумает и отправит всех домой держать ответ. И там все находятся под надзором... ФБР известна каждая фамилия. С Колдуэллом ты будешь невидимкой. Если что случится, у тебя будет возможность убраться на север или на юг и даже тайком приезжать домой.

Вскоре к ним подсели две девицы из-за соседнего столика, они поболтали, но дело кончилось ничем, в ту ночь они легли на свои кровати в меблированной комнате, и Аллен сказал:

– Ты отстал от жизни, Томми.

– Почему?

– Я был четыре года в "беретах" во Вьетнаме, вернулся домой и что обнаружил...

ровесники смеются надо мной. Говорят, что "береты" - головорезы и садисты, ведущие бессмысленную войну против крестьян. Три года я думал, что сражаюсь во имя какого-то идеала. А дома мои друзья, одноклассники и приятели считали меня идиотом. И были правы.

Два дня спустя они отправились к Фреду Колдуэллу, кареглазому парню лет двадцати пяти.

– Береги Томми, - сказал Аллен.
– Это мой единственный брат. Если с ним что случится, я убью тебя, где бы ты ни прятался.

– Как я всегда говорю, нет ничего лучше дружеского знакомства, ответил Колдуэлл.
– Скажу тебе только, что он будет в такой же безопасности, как и я, а у меня пока не было никаких осложнений. Ты друг Майка Горджо?

– Я ни разу не встречался с ним, но между нами велись кое-какие дела по почте и системе сообщения.

– Толковый парень этот Горджо, - сказал Фред.
– Приехал в Торонто год назад и взялся за дело как следует. Наконец-то наши дела организованы.

– Он поручал мне дел десять, - сказал Аллен, - и, по-моему, организация у него прекрасная. Даже жаль, что у меня не хватило ума отправиться вместо Вьетнама в Канаду.

Но вечером в одной из сент-полских пивных Томми сказал Аллену:

– Не хочу скрываться от призыва. Пойду в армию. Отслужу свой срок.

Аллен, побледнев, схватил его за плечи.

– Чтобы я больше этого не слышал. Никогда!
– Потом немного успокоился.
– Это не вторая мировая война, дружище, это небывалая мерзость.

На другой день Аллен вернулся в Чикаго искать работу, а на следующий Томми познакомился с красивой девушкой по имени Пегги Бартон. Пегги была активисткой в университете штата Миннесота, кроме того, увлекалась марихуаной и сексом. Томми еще никогда не встречал такой девушки; но Пегги он сразу понравился. Услышав, что он состоит в организации дезертиров, она не могла поверить.

– Ты?
– изумилась она.

– Я, - ответил Томми.
– Что тут странного?

– Ты не похож на дезертира. Если бы не сказал, я держала бы пари, что ты хочешь пойти в армию и тем более не станешь помогать другим уклоняться от призыва.

Томми улыбнулся.

– И была бы права, - сказал он.
– Но мой брат только что вернулся из "беретов", он стал там сам не свой.

Пегги, стройная блондинка в армейской куртке с вызывающей надписью "Убийцы" на спине, отреагировала на это странно.

– Но тобой он распоряжаться не должен, - сказала она.
– Раз тебе так хочется, иди в армию.

– Боюсь, что Аллену станет еще хуже, - простодушно ответил Томми.

– Ты влюблен в него, что ли?

– Аллен - замечательный человек. Всю жизнь он был мне больше, чем братом.

Конечно, мы любим друг друга. Почему бы нет? Пегги улыбнулась.

– Никогда не встречала такого старомодного парня, - сказала она.
– Ты прелесть.

Томми познал с ней марихуану, свободный секс, а потом любовь, и однажды вечером, когда они ехали на велосипедах по холодной миннесотской дороге, Пегги сказала:

– Я бы хотела, чтобы ты вернулся домой, Томми.

– Почему?

– Я люблю тебя, и мне страшно, - сказала она.
– Ты можешь попасть в тюрьму. А это нелепо, раз ты на самом деле хочешь служить.

В ту же ночь осведомитель позвонил в сент-полское отделение ФБР, Фред Колдуэлл и Томми Шовайса были схвачены и арестованы без права освобождения под залог. Самое странное, что осведомитель звонил не из Сент-Пола.

Аллен в Чикаго узнал об аресте брата и пришел в смятение. Денег у него не было.

После возвращения Аллен не мог удержаться ни на одной работе. Он был подавленным, неспособным сосредоточиться, постоянно ошибался, и даже наиболее патриотически настроенные наниматели, желавшие помочь бывшему "зеленому берету", бывали вынуждены отказываться от него.

И теперь он не знал, как быть. Брат попал в тюрьму по его вине. А у него ни ломаного гроша, ни влиятельных друзей, и он не мог вызволить брата, попавшего в тюрьму за то, чего не хотел делать.

Час спустя Аллен вышел на дорогу попроситься на попутную машину до Сент-Пола, его подобрал водитель такого же трейлера, какой сбил его отца и мать, довез до Де Мойна, там остановился на пустыре у окраины города и стал приставать. Аллен ударил его ребром ладони по голове и оглушил.

Потом на пустынных дорогах Миннесоты повалил снег, движение было редкое, да еще замедленное снегопадом, и Аллен мерз на обочине, веки его заиндевели, наконец остановилась легковая машина с четырьмя женщинами, и бывший "зеленый берет"

оказался на заднем сиденье между двумя симпатичными монахинями; очень милые, ярко выраженные ирландки довезли его до Сент-Пола, сделав крюк в десять миль, и предложили помолиться за него.

Аллен был в незнакомом заснеженном городе, где-то здесь сидел в тюрьме его брат.