Чтение онлайн

А немного спустя поплелся опять в город по направлению к дворцу князя Сапеги, где в тот вечер ставился французский спектакль.

VI

Пан кастелян нежно прижал его к груди.

– Очень рад тебя видеть. Как поживаешь?

– Как горох у дороги, - ответил веселым тоном Север, целуя его руку.

– Ты похудел, потерял свою былую молодцеватость.

– Отставной солдат теряет перья, как курица после цыплят.

– Верное замечание. Тереня натрещала мне тут, будто ты намерен совершенствоваться в своих военных талантах, - улыбнулся он снисходительно.

– Я подал уже прошение и надеюсь на благоприятный ответ.

– На этом фундаменте не строй своей карьеры. Предстоит сокращение армии, и от всех полков останутся лишь жалкие остатки.

– Как от всей Речи Посполитой, - тихонько вставил Север.

– Хватит еще под стопы его величества. Ведь это он сказал, что не снимет с головы корону, пока хватает земли для его ног.

– Хватило бы только еще ему для могилы...

– Так ты думаешь?
– задумался пан кастелян.
– Кто может предвидеть завтрашний день? Такие трудные времена приходится переживать, что, если бы я не верил в великодушные гарантии императрицы...

Заремба впился глазами в его лицо и прошептал:

– А если они нас обманут?

Кастелян понюхал табак, чтобы скрыть внезапное волнение.

– Эта вера - наше спасение. Нет другого выхода из этой сети, нет другого исцеления. Разве если конъюнктура сложится счастливее.

– Пока взойдет солнце, роса очи выест.

– Каков же твой совет, мой государственный муж?
– пожал плечами пан кастелян, задетый словами Зарембы.

– Мое дело - драться и, когда нужно, сложить голову за отчизну.

– Ты выбрал самую легкую часть, - ворчливо проговорил кастелян, глядя в окно на камергера, который, весь закутанный в шали, грелся на солнышке под деревьями.

Он озабоченно вздохнул и, несколько раз поднося к носу табак, принялся расхаживать по комнате.

Пан кастелян был мужчина уже пожилой, но еще вполне бодрый и статный. Лицо у него было красивое, бритое, нос римский, большие карие глаза, привлекательная улыбка, голос властный и сенаторское величие в движениях. Одевался он на французский манер, откидывая на затылок завитые букли. Человек он был хитрый, холодный, настойчивый, осторожный, всегда добивавшийся своего. Жестокий в данный момент противник короля, когда-то, однако, его закадычный друг, так как в молодости они вместе путешествовали, добиваясь в Петербурге положения и карьеры.

Он был женат во второй раз на даме из знатного рода, о которой шептались, однако, как о бывшей фаворитке короля, и получил за ней в приданое, кроме связей и крупных поместий, еще какое-то заштатное кастелянство, в виде отступного. Заявляя себя вольтерьянцем и человеком без предрассудков, он из весьма низменных побуждений высказывался против конституции третьего мая, стал одним из столпов Тарговицы, горячо защищал шляхетские привилегии и жестоко угнетал своих крепостных. При этом не забывал приумножать свое состояние и взбираться все выше и выше по общественной лестнице.

– Как тебе нравится наш камергер?
– спросил он вдруг, усаживаясь в кресло.

– Я его почти что совсем не видел... Вообще же он мне кажется немножко с серинкой...

– Совсем выдохшийся чурбан, - вырвалось неожиданно для Зарембы из уст пана кастеляна, - ведь он уж едва ноги волочит. Наказал меня господь таким зятем.

– Говорят, он много путешествовал по свету, - улыбнулся ехидно Север.

– Да, и из этих путешествий привез в костях такие сувениры, что ни один доктор уже от них не вылечит. Противный старикашка.

– Говорят, будто он рассчитывает получить от царицы графский титул?

– Я сам хлопотал об этом, а теперь глубоко сожалею. Ты не можешь себе представить, что это за скряга, скопидом и домашний тиран. Мучит Изу сценами ревности, угрожал ей даже скандалом. И без всякой причины, просто по своей злобности. Иза решительно требует развода.

– Перемена корма радует скот, - проговорил Север чуть слышно, с трудом скрывая непонятное чувство радости.

– Брось ты свои издевки. Для Изы это настоящая драма.

– Никто ведь ее не неволил выходить за него...
– Север посмотрел прямо в глаза кастеляну.

– Ну, конечно, - растерянно заерзал кастелян, - виды рисовались самые радужные: он обещал перевести часть состояния на ее имя, наобещал золотые горы, а теперь отказывает ей в предметах первейшей необходимости. И ко всему еще эти сцены ревности, прямо непонятные... смешные...

– А Изе нравится полная свобода... Она такая молодая, красавица!

– Ты встречал когда-нибудь женщину, которая бы разводилась ради нового любовника? Им так же нужна официальная свобода, как собаке грамматика. Ей представляется блестящая партия в полном смысле этого слова.

Заремба побледнел, однако, скрывая волнение, бросил наугад:

– Разве князь уже сделал предложение?

– Это пока еще большой секрет - пусть останется между нами, усмехнулся пан кастелян Северу, как посвященному.
– Сейчас я ожидаю консисторских юристов. Дело будет щекотливое, и сейчас мне, сказать по правде, совсем не до того. К тому же я терпеть не могу сутяжничества, а камергер на компромисс не пойдет, захочет использовать свое положение.

– У вас этот вопрос уже решен, дядя? А вы хорошо знаете князя?

– Только по отзывам Сиверса и по письмам Изы. Знаю, что он командир гренадерского полка, близкий друг Зубова и любимец петербургского общества. Состояние, говорят, у него большое, несколько десятков тысяч душ, ну - и княжеский титул...

– От этой крымской светлости попахивает овчинами, бычьими шкурами...

– Таков уж свет, что ему достаточно видимости для почета. Я узнавал о нем в разных местах: молодой человек с хорошим именем и пользуется успехом у всех.

– Потому что никому не жалеет комплиментов и швыряет золотом направо и налево.

– Ты питаешь к нему какую-то антипатию.

– Я говорю беспристрастно, тем более что я с ним отчасти даже в близких отношениях. Только просто человек он нам чужой, пусть даже и самого высокого круга, - чужой и верой, и характером.

– Просвещенные люди везде одинаковой веры - они свято верят в разум и природу! Оставим эти предрассудки простонародью, - начал раздражаться пан кастелян.

– Но ведь он служит против нас!
– Заремба едва сдерживался.

– Я так и знал, что ты это скажешь. Так вот это-то и является одним из важнейших мотивов, чтобы выдать за него Изу. Сиверс как-то сказал мне по секрету, что князь будет назначен губернатором всех отошедших к России воеводств. Прикинь только в своем уме, какие из этого могут быть для нас последствия, какие блестящие перспективы и выгоды. Открою тебе по секрету: в Петербурге с каждым днем усиливается партия наследника, с которым Цицианов состоит в очень близких отношениях. Царица уже стара, и при ее склонности к бурным эксцессам надо быть готовым ко всяким возможностям. Другие это уже понимают. Князь Четвертынский, который поехал в Петербург с верноподданнической депутацией от имени отошедших воеводств, обхаживает уже Павла и договаривается с Нарышкиными о своей красавице дочери. Многие наши знатные роды строят подобные же планы. А чего ради заставил выбрать себя в эту делегацию князь Сангушко? А князь Любомирский, а Собанский, а витебский кастелян Ржевуский? А Грохольский, Вылежинский? Им нужно выразить верноподданнические чувства шляхты царице, а заодно похлопотать о своих личных делах.