Чтение онлайн

– Прошу прощения, я должен идти, – доктор поторопился на вызов.

Тайлер рухнул на диван, стоящий возле ресепшена, и взялся за голову, – будто если он как следует сосредоточится, то сможет что-то исправить.

Сигнал тревоги поступил из палаты его отца. Он знал это так же хорошо, как и то, что не может ему помочь. Если бы он бросился вслед за доктором, только помешал бы ему спасать отца.

Лучшее, что он мог сейчас сделать, – это набраться терпения и ждать. Кими и Логан опустились на диван рядом с ним и обняли его за плечи с двух сторон. Глаза Тайлера предательски защипало, но его совершенно не волновало, ни как он выглядит, ни что подумают другие.

Никто из них не обмолвился ни словом, пока доктор Мартинес вновь не показался в коридоре. Лицо его стало еще серее, чем в прошлый раз, а взгляд преисполнился сочувствием.

– Мы не смогли ничего сделать. Соболезную, – доктору и раньше приходилось терять больных, но самым тяжелым испытанием всегда оставалось общение с родными умерших. В их глазах боль смешивалась с надеждой, они как побитые собаки смотрели на него так, будто он в силах все исправить, отмотать назад, передумать, сотворить чудо. Именно этот взгляд делал потерю каждого пациента такой мучительно-болезненной. – Вы можете попрощаться с отцом.

Тайлер не смог ничего ответить, лишь кивнул и поднялся с дивана, чтобы пройти за доктором. Он будто оказался в вакууме, окружающие звуки почти не доходили до него. Тай видел, как шевелятся губы доктора, но не мог разобрать ни слова.

Когда они дошли до палаты Оливера, доктор Мартинес открыл дверь и впустил Тайлера внутрь, а сам остался снаружи. Сквозь матовое стекло на двери Логан и Ким вместе с доктором наблюдали за другом – они были рядом, чтобы в нужный момент прийти на помощь. В каре-зеленых лучистых глазах Кими блеснули слезы, Логан притянул ее за плечо, и она дала волю рыданиям. За время их дружбы с Тайлером Кимберли привязалась к Оливеру, как к родному. Они так много времени проводили вместе, что теперь ей хотелось бы, чтобы он забрал вместе с собой все время, что останется после него. Без него.

Тай остановился на пороге, не решаясь пройти дальше. Он все еще не верил в происходящее. Ему казалось, что, если он не отпустит отца, не попрощается, тот останется. Поэтому Тайлеру так сильно хотелось оттянуть этот момент. Он хорошо знал, как жить без матери, но как жить без отца – он не представлял. В физическом смысле Тай давно перестал зависеть от него, в последние годы скорее Оливер зависел от сына. Но их потребность друг в друге была совершенно иной: оставшись вместе, они сплотились настолько, что казалось, будто у них одна душа на двоих. Возможно ли вообще пережить потерю души?

Тайлер сделал шаг вперед и снова помедлил.

Оливер будто спал. Тайлер давно не видел его лицо таким умиротворенным и светлым, словно ему снились прекрасные сны. Даже морщины, казалось, слегка разгладились, остались лишь гусиные лапки в уголках глаз, напоминающие о веселом нраве Оливера.

– Пап, прости меня, – слезы крупными каплями срывались с глаз Тайлера.

Он опустился на колени рядом с больничной койкой отца. Взял его еще не остывшую ладонь в свою и приник к ней лбом.

– Прости, пап. Я должен был чаще быть рядом. Я должен был всегда быть рядом с тобой. Я так много не успел тебе сказать. Я так люблю тебя, пап. Я так благодарен тебе за все, что ты для меня сделал, и я так не хочу отпускать тебя. Не могу, пап. Ты нужен мне, я не умею жить без тебя. А учиться у меня нет сил, – слабый голос Тайлера смешивался с рыданиями.

Он все говорил и говорил, пока горе не вымотало его настолько, что он так и уснул, сидя на коленях и сжимая остывающую руку отца.

Тайлер не помнил, как покинул больницу, не помнил, как оказался дома.

Пришел в себя он ближе к вечеру, сидя в собственной гостиной с Логаном. Он слышал, как из соседней комнаты доносится голос Кими.

– Мне это не приснилось, да? – осипшим голосом спросил Тай.

– Нет, – ответил Логан и мягко похлопал друга по плечу.

– Нужно что-то делать.

– Ничего не нужно, Кими уже обо всем позаботилась. Тебе и без того сейчас нелегко.

– Я с ума сойду, если не буду ничего делать, – признался Тай.

– Об этом не беспокойся. Босс вошел в положение и дал отгул нам троим, но только на сегодня. Ребята Купера опросили под запись нескольких фанатов, сейчас сопоставляют фото поклонников Гарднера с записями камер в доме критика, ищут совпадения. Так что работы у нас чуть убавилось, но вопрос с «Фармой» так и остался открытым. А еще нам нужно ознакомиться с тем, что для нас нарыла Кими. Предлагаю съесть по бутерброду и приступить к делу, – Логан использовал единственную известную ему уловку, способную отвлечь Тайлера.

– Не хочу есть. Давай папку, – Тай протянул руку.

– Не обижай Кими, она бегала в магазин, старалась, готовила. Всего один сэндвич, и приступим, – уговаривал Логан, понимая, что Тай за целый день сегодня выпил лишь полчашки дрянного кофе.

– Ладно, – сдался Тай.

Ким закончила говорить по телефону и присоединилась к напарникам на кухне. Они молча перекусили и принялись разбирать распечатки.

Кимберли связалась с владельцами сайта, где Гарднер публиковал свои тексты, и получила доступ к IP-адресам и регистрационным данным пользователей. Она сопоставила имена фанатов с именами тех, кто был зарегистрирован на том сайте. Из этого списка Ким выделила пользователей, которые чаще других вступали в конфликты с хейтерами, диванными критиками и экспертами. Для защитников Гарднера не было особой разницы.

Сравнение и текстовую аналитику она провела с помощью специальных ботов. Так они получили список наиболее вероятных преступников. Теперь предстояло выбрать из комментариев те, которые содержали в себе прямую или скрытую угрозу. Они поровну разделили распечатки и принялись помечать текстовыделителем самые острые моменты переписок.

Через пару часов кропотливого труда у каждого осталось не больше десятка комментариев, вызвавших подозрения.

– Что у вас? – поинтересовалась Ким.

– «Ты бы лучше так за своей семьей приглядывал, как за творчеством Гарднера!» – зачитал Тайлер.

– Кто автор? – Кимберли устало потерла шею.

– ВерховныйФанат1377.

– Погоди-ка, я тоже отметила одно его сообщение, – Ким принялась листать бумаги. – Вот: «Возможно, ты изменишь свое мнение об этой книге, если получишь ею по морде!»

– Логан, у тебя есть что-то от Верховного фаната? – спросил Тай.

– Неа, но есть парочка сомнительных комментариев от самого Гарднера.

– Каких, например? – заинтересовалась Ким.

– Ну, вот, допустим, на сообщение о том, что последняя книга была настолько слабой, что покупательница сожалеет о потраченных деньгах и времени, Гарднер отвечает: «Это ненадолго». Может, он имел в виду свой творческий застой, а может быть, и нет. Напомните мне, почему мы сбросили Гарднера со счетов?

– Хороший вопрос, – задумчиво ответил Тайлер. – У нас было недостаточно данных для того, чтобы подозревать его. Да, жертвы были связаны его сюжетами, но мотив для совершения преступления отсутствовал. Хотя теперь, зная, что все жертвы были связаны не только сюжетами, но и критическими замечаниями в адрес творчества Гарднера и даже его личности, я думаю, стоит поговорить с ним еще раз.

– И добраться до его компьютера, – добавила Кимберли.

– Что ты хочешь там найти? – Логан откинулся на спинку: от долгого сидения поясница заныла.