Чтение онлайн

Почему не сработало мое Божественное освобождение? Оно же должно было автоматически отменить любые эффекты контроля вне зависимости от того, кто их применил.

Потому что это не контроль — мне просто обнулили навыки и характеристики. Бездна повесила на меня Беспамятство. И именно поэтому я не могу использовать Откат, чтобы вернуться в состояние пятиминутной давности.

Главный вопрос: что вообще позволило ей активно вмешаться и атаковать меня этими нейтрализующими способностями? Ответ мог быть только один: пресловутый баланс мироздания не так уж сильно перекошен в ее сторону. Возможно, сыграло роль вмешательство Спящих, которые накануне воскресили всех своих павших последователей. А возможно, они делают что-то прямо сейчас, также нарушая баланс, преступая Вселенский закон равновесия.

Как бы там ни было, мне оставалось только наблюдать, слушая свое чутье и надеясь на интуицию.

Я видел, как мои друзья и союзники отчаянно бросились в битву, и оружие прошло сквозь врагов, как сквозь дым. Даже Гроэль не мог ни навредить, ни напугать, потому что защита Бездны легко нивелировала божественные атаки Древнего бога — его черный дым больше не внушал ужас, его касания не сводили с ума, а игроки проходили сквозь него, как сквозь обычный туман.

То, что это конец, причем конец жуткий, больше похожий на фарс, я понял, когда какой-то низкоуровневый игрок-дворф на дешевом грифоне с хохотом атаковал самого Диабло. Великого князя Диабло, чья сила обесценилась в последние месяцы, но еще год назад он мог бы в одиночку захватить весь Дисгардиум!

Диабло, сам находясь в инерции прежнего мышления, лениво отмахнулся когтистой лапой… и словно попытался сдвинуть с места гору. Зато ответный удар вспорол великому князю грудь, и, хоть и снял жалкие единицы жизни, сам факт того, что великому князю Преисподней пустил кровь какой-то дворф…

Именно после этого наши силы потеряли последнюю надежду.

Выкрикивая оскорбления и издевательства, миллионы игроков упивались «режимом бога»: лезли по головам, надеясь дотянуться и нанести урон великим сущностям — богам, демоническим князьям, Спутникам и йожам, чье «зеркалирование» не могло перенять Благословения Бездны. Я не сомневался, что она пообещала за это достижения и награды.

Вся наша объединенная армия превратилась в беспомощных мобов. Все, кто только что стирал игроков в порошок, теперь не могли нанести ни единицы урона. Игроки и демониаки вырезали их с тем же азартом, с каким высокоуровневые ветераны заглядывают по старой памяти в данж песочницы, чтобы пострелять мобов да поностальгировать по былым временам.

Мой друг Деспот рычал от бессильной ярости, разевая пасть-жаровню, когда очередной неуязвимый фанатик рубил его лицо двуручным мечом.

Диабло, Белиал, Азмодан рухнули за пару минут, заколотые обычными мечами и копьями. Я не различал деталей, только видел, как одна за другой гаснут их демонические ауры — багровые костры, затоптанные смертными муравьями. Чуть раньше полегли, защищая своих князей, генералы, легаты и центурионы. Рев Молоха, пытавшегося организовать отступление, оборвался на полуслове.

Монтозавр пытался затоптать врагов, но тщетно, а те кромсали ящера снизу. Монти ревел от ярости и растерянности, а когда наши взгляды встретились, в его глазах не было страха. Только немой вопрос: почему в этот раз все иначе?

Я не смог ответить. Когда его добили, он исчез из списка моих питомцев.

Другие зверобоги свирепо метались по пустыне, но и их загоняли и убивали, как первобытные люди — мамонтов.

Бездыханным упал Ояма, и его труп рубили до тех пор, пока от наставника не осталось пустое место. Рядом пали другие легендарные гранд-мастера боевых искусств.

Как и зверобоги, Старые боги тоже оказались взаперти, не в силах сбежать за Барьер.

Рядом с Фортуной стояла Афина, которая отбивалась от толпы игроков голыми руками, почему-то лишенная всей божественной силы. Ее волосы растрепались, на лице застыла гримаса боли и изумления. Такой она мне и запомнилась, прежде чем ее воплощение исчезло, а оставшийся божественный лут начали дербанить, отпихивая друг друга, игроки топ-кланов. Остальные Старые боги отступили, но бежать оказалось некуда: мы были окружены.

Рой больше не существовал как боевая единица, его жуки, термиты и богомолы лопались под ударами, разлетаясь ошметками ихора и драгоценного хитина, который тут же исчезал в инвентарях игроков.

Орда нежити Чумного мора рассыпалась в прах под массированным огнем магов, в первую очередь света. Долго держались моровые твари Пекла Большого По, но и их вскоре разобрали на ценные алхимические, кожевенные и, возможно, кулинарные ингредиенты.

Бездна дала своим последователям целый час полной неуязвимости и огромной мощи. Судя по тому, как азартно они зачищали поле боя, часа им хватит с лихвой.

Потому что мы не могли навредить врагам.

Враги могли навредить нам.

Но и этого им показалось мало.

Словно уничтожить нас хотели с гарантией, воскресшая Пайпер вскинула руки вместе с кардиналами, и тринадцать Эманаций бездны проявились над полем боя — видимые только последователям Бездны трещины в ткани реальности, незримые стиратели всего сущего, что отказалось преклонить колено.

Кардиналы направили их на наши поредевшие ряды, и кошмар, который я уже видел, повторился. В этот раз я наблюдал за ним не из Астрала, а воочию.

Но, как и тогда, ничего не мог сделать. Хуже того, без Ока изначальных я не видел Эманации. Просто наблюдал, как быстро стирались легионы демонов, Спутники Ушедших, зверобоги, йожи, кобольды, трогги, культисты Морены и приближенные императора Крагоша вместе с ним самим…

Я видел, как метались по полю боя «зверушки» Нге Н’куллина и как он беззвучно заплакал после смерти последней: Белый змей Апоп свернулся кольцами, защищаясь от невидимого врага, и растворился в воздухе. А недалеко от него почти сразу же полегла вся «Йоруба» вместе со своим лидером Йеми.

С бессмертными легатами Чумного мора враги поначалу обошлись иначе: какая-то кристаллическая субстанция обволокла их, заточив, как мошек в смолу. Большого По тоже накрыло янтарем вместе со всеми легатами, но, когда я подумал, что на него у Бездны другие планы или их невозможно убить, их стерли так же просто, как и остальных. Неуязвимость Чумного мора не помогла. Уведомление об уничтожении фракции «Чумной мор» затерялось среди сотен других.

Все мои друзья и союзники исчезали один за другим. Они просто переставали существовать. Эманации бездны стирали их без следа, без обломков, без пыли.

Одной из последних ушла Фортуна. Богиня удачи стояла на вершине бархана в золотистом сиянии, и ее нити судьбы бились, как птицы в клетке, пытаясь отвести неизбежное.

Тщетно.

Фортуна подняла голову и нашла меня взглядом.

«Скиф, — услышал я в голове ее слабый голос. — Не жалей. Это еще не конец».

Эманации бездны сомкнулись над ней, и Фортуна исчезла.

Что-то внутри меня сломалось в этот момент. Что-то, что не измерялось ни уровнями, ни рангами, ни деньгами.