Чтение онлайн

– А не прогуляться ли на крылечко по случаю того, что нас, наконец-то оставили в покое?
– предложил Несс.
– У меня как раз осталось две последних сигареты.

– Ты бросаешь?
– спросила Кэсси.

– А вот и не знаю. Иногда бывает неохота, - Несс исчез в коридоре.

Синяя, тихая ночь чуть не заставила их забыть об изначальной цели.

Где-то щелкнуло, и Кэсси насторожилась. Потом оттуда же свистнуло.

– Птица, - прошептал Несс.
– Петь собирается.

Они послушали соловья.

– Несс...

– А?

– Последние дни ты похож на блаженного. Постригся даже...

Нестор задумался.

– Лето скоро. Вот Оську замуж выдадим, еще веселее будет.

– Думаешь это можно будет так назвать?
– засомневалась Кэсси. Думаешь, нам будет весело? Судя по сегодняшнему...

– Девушка волнуется, - нежно сказал Несс.
– Это не должно тебя раздражать.

– А что это меня должно? Успокаивать?

Несс затянулся, затем уставился на огонечек сигареты.

– Да, тебя можно понять. Ты никогда не мечтала посмотреть на такую девушку, - голос его был полон затаенной печали.
– А мне как-то хотелось... Но ничего не вышло.

– Это когда она у тебя была? Девушка?

– Ага.

– Несс...
– Кэсси смущенно отвела глаза в темноту.
– С тобой происходят загадочные вещи... Впрочем, если ты считаешь, что я этого не пойму, ты можешь не рассказывать...

Нестор наклонил голову; глаза его были скрыты тенью, как и его прошлое.

– Поймешь... Только это... трагическая история. Я и сейчас не совсем уверен, что она закончилась, хотя Алик считает, что так и есть.

– Алик - странный предмет, - заметила Кэсси, подозревая, что Несс и сам так думает.
– Я бы не рискнула с уверенностью утверждать, что его слова имеют только одно значение. Да и не станет он никогда делиться чужими тайнами. Поэтому услышать это я смогу только от тебя.

– Ладно...

Нестор поведал ей все до того самого момента, когда он вышел возле своего дома, а Алечка уехал куда-то к себе.

Сигареты к тому времени кончились, а соловей уже пауз почти не делал.

– Несс, прости, - тихо сказала Кэсси.

– За то, что считала меня психом? Ты не так уж ошибалась. Я и сам удивляюсь, как меня где-то за нормального принимают.

Он издал нервический смешок, поджег зажигалку и некоторое время размышлял, глядя шипящий язычок синеватого пламени. Этот маленький огонек совсем не подходил к его лицу, похожему на лица героев древности. Его, наверно, выгоднее оттенял бы отсвет пожарищ.

– Арно говорил, что огонь - вещь одновременно и изменчивая и вечная, опасная и желанная. Она может созидать, а может разрушать. Может умереть сама, а может...

– ...убить кого-нибудь другого. Это не только Арно говорил.

– Да, но он собрал этих тез с антитезами, или как это называется, на несколько страниц, - задумчиво проронил Несс.
– Я их читал и сожалел о том...

Он потушил зажигалку.

Кэсси вопросительно на него смотрела. Не отрываясь. Своими необыкновенно красивыми глазами, похожими в темноте на два камешка, лежащих на дне горного потока - изменчивого, быстрого, заставляющего их дрожать и преломляться под своей неспокойной поверхностью.

– О чем, Нестор?

– Что люди не могут жить без крайностей. Они нужны им, чтобы объемнее воспринимать мир. Что огонь, как символ, полюбили именно за это.

– Так же, как и всякую стихию, - Кэсси не особенно любила такие рассуждения. Вернее, когда-то, конечно любила, но с некоторых пор они стали ее раздражать, - Как и природу вообще...

Романтик погладил пальцами перила. Жестом, который заставил усомниться в том, что при этом он относился к ним, как перилам.

– Природа тоже разная бывает, - сказал он.
– Живая, например, и неживая...

– Да ну? И какая же тебе больше нравится?

– А тебе?

– Точно не знаю, - Кэсси расслабленно облокотилась на притолоку и потянула одной рукой за мертвую веточку обильно увившего вход плюща, другой за свежую, соединяя их вместе. Сухая ветка хрустнула и осталась у нее в руке.

Нестор полазил по карманам и нашел еще сигарету в смятой пачке.

– Знаешь, иногда, - неизвестно к чему сказала Кэсси, - начинаешь читать чьи-нибудь воспоминания, особенно в тех местах, где они заостряются на интересной исторической персоне, всегда кажется, что автор всерьез сожалеет о том, что он - не эта самая персона. Особенно эти фразы - он мог бы, он полагал, он был причастен...

Нестор не перебивал и моргал с явным интересом.

– Но в какой-то момент понимаешь, что, во-первых, не четкий образ, а фигура авторского сознания, а во-вторых... во-вторых понимаешь, что многие потомки пишут о предках своих сперва из тщеславия, а затем, стараясь загладить это впечатление... потому что тем, кто умер, это вряд ли нужно, а тем, кто жив, всего лишь любопытно. Становится как-то обидно за тех, для кого эти разрозненные факты и относящиеся к ним измышления были их единственной жизнью.

Нестор усмехнулся. Его намеки были поняты.

– И ты начинаешь читать их самих, да? Может быть, авторское сознание было не так равнодушно и тщеславно? Некоторые вещи даже легче понять, если они объяснены твоим современником. Ну, а если этот современник еще и не только твой современник...

Кэська вздохнула.

– Какие вы, мужчины, грубые и прямолинейные. Вам пытаешься аккуратно и деликатно, а вы прямо так. Некрасиво.

– Ты переобщалась с Аланкресом.

– Это пройдет?

– Если раз проходило, пройдет и во второй.

– Спасибо... кажется идиотизмом?

– Нет, Кэсси.

– Я не могу...
– Кэсси смотрела себе под ноги, - уже не могу нормально жить, зная, что он есть. Я готова согласиться, что просто очарована им, как и должна была, наверно, да? Но иногда у меня впечатление.... что и он... он это знает, и ему это нравится. Не из-за какого-то там тщеславия, а просто так. Мне кажется, он хочет, чтобы я видела в нем Аланкреса. Того человека, который был для меня... чем-то большим, чем исторический персонаж. Который изумительно танцует, не любит Лаксэни, который не мог не отомстить за свою жизнь, хотя и предполагал, что месть его разочарует. А иногда мне начинает казаться, что в нем чего-то не хватает, совсем немного, чтобы с уверенностью могла сказать, что это он и есть... Какой- то он расплывчатый, зыбкий и неясный... Я не могу его понять... Вобщем -то, наверно, и не надо.... Как ты думаешь?