Последняя песня упавшей звезды
Шрифт:
А затем Артур поймал взгляд Ференца. Его величество выглядел скучающим, однако смотрел пристально, не выпускал его из виду. Верит ли сам Фран в успех их замысла? Почему-то казалось, что не слишком. Да и сам Артур сомневался в том, что они достигнут сколько-нибудь стоящего результата. Однако если не верить, зачем вообще начинать?
Вот его величество поднялся с трона и медленно пошел вдоль рядов гостей. Ему кланялись, а Арт со своего не слишком заметного места продолжал анализировать увиденное. И с удивлением заметил, что слухи не приврали: Франа откровенно не любят. В лицо ему, конечно, все улыбались, но стоило его величеству отойти, как выражение лиц окружающих менялось. Нет, конечно, они не плевали королю в спину, но недоброжелателей выдавала мимика: сморщенный нос, опущенные брови, искривленные губы. Это все было быстро, мимолетно, однако Арт успел уловить не одного и не двух гостей, которые именно так реагировали на его величество. В чем причина? Почему вокруг короля так много недоброжелателей? И ведь он сам об этом знает, иначе не обратился бы к нему.
– Скучаете, тер Донтон? – Настала и его очередь попасть в центр монаршего внимания.
– Что вы, ваше величество, – ответил Артур с поклоном. – Во дворце невозможно заскучать.
Ференц едва заметно улыбнулся.
«Врешь и не краснеешь», – говорил его взгляд.
«Вру, – подтверждал Арт, – но разве ты не знаешь?»
– Надеюсь, теперь вы будете бывать здесь чаще, – заверил его величество. – И, конечно же, жду вас на маскараде. Вам повезло, что вы все еще не женаты. Моя супруга третий день не может определиться с нарядом.
Люди вокруг засмеялись, Артур тоже ответил улыбкой. Намек он понял. Все идет по плану, и король ждет, что на предстоящем празднике Арт пообщается с Тильдой, стоит озаботиться костюмом. Впрочем, он не королева, уже определился.
– Таковы девушки, – ответил Артур.
– Вы совершенно правы, тер Донтон, – кивнул король и продолжил шествие по залу.
Фран-Фран… Арт уже понимал, что король затеял какую-то игру, и эта игра ему не нравилась. Но его никто не спрашивал, готов ли он стать пешкой в руках его величества. Как и не особо спрашивали, отправляя в Илонд, но тогда Артур обладал хоть каким-то правом голоса, а сейчас нет.
Прием постепенно подошел к своему концу. Король покинул зал первым, за ним потянулись и гости. Артур тоже двинулся к выходу из дворца, чувствуя себя измотанным. Экипаж должен был ждать его у дворца, и Арт уже мечтал о том, как вернется в свою скромную квартирку, отбросит придворный лоск и станет обычным человеком.
– Арт! – Кейт Хоуп нагнал его уже почти у выхода. – Слушай, может, как-нибудь найдешь время и заглянешь в гости?
Он протянул Артуру визитную карточку, на которой золотыми буквами был указан адрес.
– Мы с супругой будем рады тебя видеть, – заверил Хоуп.
– Тогда постараюсь заглянуть, – ответил Донтон, пряча визитку. – Рад был повидаться.
– Да, дружище. До встречи!
И Кейт умчался, а сам Арт подумал, что неплохо бы наладить старые связи. А еще говорят, что болтуны – находка для шпиона. И в гостях можно услышать много чего интересного. Возможно, даже получится разобраться, каковы цели короля? И чего добивается его окружение? Почему Александр более удобен для знати, чем Фран? Вот бы пообщаться с самим Александром. Только, говорят, он под замком, значит, пока не выйдет. А стоило бы…
Все эти мысли проносились в голове, пока Артур сел в экипаж и ехал домой. Да, маскарад – хорошая идея. Иногда под масками люди показывают свои настоящие лица. Так что его ожидает много любопытных открытий. Главное, чтобы они не вышли Артуру боком. Такое тоже может случиться.
А экипаж уже остановился неподалеку от трактира. Прямиком к своему жилищу Арт ехать не желал. Лучше пройти пару десятков шагов, что он и сделал. В окнах Нэтти горел свет. Значит, сегодня она не занята своими прогулками. Арт улыбнулся и толкнул входную дверь. Привычная квартирка встречала его теплом. Увы, он понимал: как только закрутится большая игра, сюда он будет возвращаться крайне редко. А жаль… Потому что чувствовал себя здесь дома.
ГЛАВА 11
Король Ференц бездумно чертил узоры на чистом листе бумаги. Это помогало ему сосредоточиться и успокоиться. Прошло несколько дней после приема, а он все прокручивал его в голове и пытался проанализировать. С одной стороны, ничего нового. Все те же лица, все те же речи. О том, что его не любят, Фран знал и так, поэтому довольно скептически относился к хвалебным одам в свой адрес. С другой стороны, он ввел в игру новое действующее лицо, с которым придется считаться другим участникам. Да, когда Артур Донтон покинул Лиммер, он был очень молод, но даже к тому времени успел завоевать себе определенную репутацию. И она шла впереди него. Приказ об аресте Донтона многих озадачил, и теперь, спустя столько лет, придворные не знали, как реагировать: принять бывшего изгнанника в свой круг или же держаться от него подальше.
Ференцу хотелось бы обсудить впечатления от приема с самим Донтоном, но так часто наведываться в гости к подчиненным – дурной тон. Пусть Арт пока действует сам, а уже после маскарада можно будет побеседовать по душам. Через пять дней.
Фран отодвинул лист, изрисованный каракулями: спиралями, зигзагами, хаотично расположенными точками. У его младшего брата сегодня был день рождения, а матушка до сих пор не появилась на пороге с очередным требованием пустить ее к сыну. Дурной знак! Значит, надо наведаться к Александру самостоятельно, выслушать очередную порцию лживых речей, поздравить с важной датой. Ференц усмехнулся. Да уж… А ведь было время, когда он доверял Алексу. Правда, оба они тогда были подростками, а дети легко верят своим товарищам по играм, не говоря уже о братьях. Когда все изменилось? Самому Ференцу тогда было семнадцать, Алексу четырнадцать, и Франа угораздило проиграть одну из драгоценностей короны. Перстень, который пылился в сокровищнице. Ференц был уверен, что отец не узнает, а сам он успеет вернуть украшение. Не успел… Его кто-то выдал, а единственным, посвященным в тайну, был его младший брат.
Впрочем, Алекс после этого никогда не совершал чего-то настолько очевидного. И все равно Ференца не покидало ощущение, что ему дышат в спину. Начали портиться отношения с родителями, а отец даже завел речь, что готов лишить Франа престола и завещать корону Александру. Ференц до сих пор не знал, что именно Алекс наговорил отцу и матери, и знать не хотел, однако выводы снова сделал. Они копились, копились, пока не переполнили чашу его терпения, и сразу после коронации Фран решил: он не станет больше играть в игры с младшим братом. Обезопасит себя раз и навсегда. По-хорошему Алекса следовало казнить. Ну, или устроить внезапную смерть, однако… Ференц медлил.
Поэтому сейчас его величество смял изрисованный лист, вышвырнул его в корзину для мусора и вышел из кабинета. Караульные склонили головы и хотели было последовать за королем, но тот махнул рукой, призывая их оставаться на месте. Уж со своим братцем-то он поговорит без охраны. Кстати, если Донтон докажет свою верность, можно будет подослать его и к Алексу. Они немного знакомы, Александр наслышан о талантах Артура и может попытаться переманить того на свою сторону. Но такая партия – слишком большой риск. Сначала бы разобраться с Тильдой…
Его высочество Александр обитал в северном крыле дворца. На его этаже было достаточно пустынно, лишь ограниченный штат прислуги обеспечивал комфорт младшего принца, да неусыпно дежурила стража. У стражников был приказ: глаз не сводить с его высочества, даже если он ест или спит. Естественно, Алекса не радовала такая перспектива. Поначалу он просил брата отменить приказ, требовал, ругался, умолял. Ференц остался непреклонен. Он не доверял Александру. Совсем не доверял!
Вот и сейчас шел к брату, как на бой. Младший принц нашелся в гостиной: он сидел в кресле у окна с книгой на коленях. Лучи солнца золотили и без того золотистые волосы, озаряли слишком правильное, будто вылепленное рукою скульптора лицо. Огромные голубые глаза помогли Алексу завоевать не одно девичье сердце. А еще невинный взгляд давал возможность с легкостью обманывать людей.