Чтение онлайн

– Не знаю, Петя... Может, действительно в дебри лезем понапрасну, но что хочешь со мной делай, не могу я представить Тумановых в роли убийц. На мой взгляд, это тот самый случай, когда порядочные люди, не являющиеся, по существу, преступниками в полном смысле этого слова, втягиваются в роковую орбиту откровенным подонком.

– Считаешь, Головчанский их втянул?

– Да.

– Семен Трофимович мне сказал, что Облсельстрой прислал в прокуратуру прекрасную характеристику на Головчанского.

– Что в Облсельстрое знают о Головчанском как о человеке? Он для них - начальник ПМК. А о начальниках судят цифровыми категориями: выполнил план на столько-то процентов, экономия средств такая-то, производительность труда ежегодно растет, новая техника внедряется. А то, что Александр Васильевич, еще будучи главным инженером, "химичил" с рацпредложениями, а став начальником ПМК, начал брать тысячами из государственной кассы как из собственного кармана, - это Облсельстрою неизвестно.

– Ты возненавидел Головчанского?

– Нет, Петя. Головчанский - потерпевший. Наша задача - найти его убийцу и посадить на скамью подсудимых. Но вот в чем дело... Чем больше я узнаю об Александре Васильевиче, тем больше склоняюсь к мысли, что основным преступником является сам потерпевший...

Зазвонил телефон. Бирюков ответил. После короткого разговора положил трубку и посмотрел на Лимакина:

– Олег Туманов хочет говорить со мной с глазу на глаз. Сейчас придет...

17. "Явка с повинной"

Со времени последней встречи с Бирюковым Туманов изменился еще больше. Добродушное, чуть продолговатое лицо Олега стало теперь вытянутым, скуластым, а под воспаленными до красноты глазами чернели такие плотные круги, словно Олег не спал несколько суток подряд. Он неуверенно уселся на стул прямо перед столом Антона и вдруг заявил:

– В общем, пришел с повинной... Я отравил Головчанского.

– Ты что городишь, Олег?!
– сорвалось у Антона.

– Уже неделю не сплю. Если сейчас не арестуете, повешусь или сойду с ума. Не могу больше...

– Посмотри мне в глаза...

Туманов нехотя поднял взгляд и уставился на Бирюкова замутненными расширенными зрачками.

– Ты пьян, Олег?

– Всего полстакана водки для храбрости...

Бирюков нахмурился:

– С пьяными разговоров не веду.

На лице Туманова появилась виноватая улыбка:

– Разве с полстакана опьянеешь? У меня трезвая голова. Прошу, арестуйте. Честное слово, не могу больше...

– Рассказывай, что надумал.

Туманов опустил голову и глуховатым голосом заговорил. Бирюков сосредоточился. Довольно быстро он понял, что Олег слово в слово, будто зазубренный урок, пересказывает показания своей жены. Только все это излагалось как бы в другом ракурсе, с точки зрения его, Олега. Больше того, Туманов даже не утаил, как ездил с Огнянниковой в Новосибирск к врачу и как тот объявил ему "приговор". Все в показаниях Олега было логично до самого последнего момента, когда он якобы заподозрил, что Головчанский намеренно до отправления электрички выпроваживает его с вокзала на охоту. Дойдя до этого места, Туманов мельком взглянул на Антона и опять потупился:

– В общем, на охоту я не ездил. Дальше все - как Надя вам рассказывала.

– Выходит, ты с Надиных слов говоришь?
– быстро спросил Антон.

– Почему с Надиных?..
– Туманов тревожно насторожился.
– Я откровенно говорю.

– Откуда, Олег, тебе известно, о чем мне Надя рассказывала?

На щеках Туманова заходили желваки:

– Она во всем мне призналась.

– Как после этого ты к ней относишься?

– Как прежде. Надя не виновата, что у нас не было детей.

– Почему же хотел ее отравить?

– Я не ее...
– Туманов растерялся.
– Я только Александра Васильевича хотел, по ревности...

– Но ведь Надя тоже могла выпить с Головчанским отравленного коньяка...

– Она, как стала беременной, совершенно не пьет. Мы очень долго ждали ребенка, - обреченно проговорил Туманов.

– А дождавшись, ты решил все угробить?

– Ревность...

– Ну и чем же ты отравил Головчанского?

Нервно сжимая ладони, Туманов долго молчал. Заговорил он лишь после того, когда Бирюков повторил вопрос.

– Порошок такой есть для протравки семян. Нынче весной Александр Васильевич у агронома в совхозе "Победитель" пол-литровую стеклянную банку насыпал, чтобы на дачном участке овощи лучше росли. Мне немного дал этого порошка, рассказал, как его применять, и предупредил, что это сильный яд. В пятницу я вспомнил об этом яде...

Внимательно слушая Туманова, Бирюков невольно отметил, что в показаниях Олега есть несомненная доля истины. Тут же возникла досада. Антон пока не мог понять отчего: то ли оттого, что ошибся в первоначальных выводах об Олеге, то ли из-за того, что Олег своей "явкой с повинной" перечеркивал вроде бы наметившуюся другую версию. Появилось желание немедленно запротоколировать показания, однако внутренний голос сразу возразил: "Не пори горячку! Предъявить обвинение никогда не поздно. Иди от обратного - постарайся уличить Туманова в неискренности". И Антон спросил:

– Какого цвета был ядовитый порошок?

– Розового, - быстро ответил Туманов.

– Давно стал ревновать Надю?

– В пятницу такая мысль появилась.

– Что ж ты берег тот порошок с весны до осени?

Туманов долго думал. Наконец сказал:

– В машине он у меня, в бумагу завернутый, лежал.

– А как же семена? Не обрабатывал этим порошком весной?

– Нет... Побоялся отраву в почву внести...

– И как ты подсыпал порошок в коньяк? Расскажи подробно.

Туманов вялым движением руки поправил спутанные волосы:

– Тихо открыл ключом дверь, вошел в кухню. Отвернул пробку с бутылки, но и... понятно, как.

– Обратно пробку завернул?

– Ну. Все, как было, сделал и тихо вышел.

"А Надя сказала, что пробка была не завинчена", - мгновенно отметил про себя Бирюков и, словно между прочим, уточнил:

– Хорошо помнишь, что завернул?

– Конечно.

– Дождь сильный был?

– Ночью?

– Да, когда ты в кухню входил.

– Проливной, как из ведра.

– Разувался на крыльце?

Туманов скривил в усмешке губы:

– Не хватало еще разуваться - не в чужую ведь дачу входил, да и не до этого мне было...

"Лжет, откровенно лжет", - даже как-то обрадовался Бирюков и сказал:

– Олег, ты присутствовал при осмотре места происшествия. Следов-то в кухне не было. Ты что, Христос, чтобы, не касаясь ногами пола, ходить?

– Как это не было?!
– На лице Туманова появилось удивление.
– По всему крыльцу и...